Кажется, сейчас этого уже никто не понимает… но ещё совсем недавно большинство детей (и их родители) жили совсем по-другому. Матильда – моя бабушка. В детстве я всё время забиралась на колени к дедушке Адриану с тетрадкой в руках, чтобы расспросить его о том, «как было раньше». Он рассказал мне, как в 1900 году Матильда по семейным обстоятельствам оказалась вынуждена работать на кирпичном заводе в регионе Рюпель.

В Голландии кирпичных заводов, где царили такие же порядки, было ещё больше. Хоть в 1863 году в заморских колониях Голландии и было отменено рабство, но люди оставались «слепы к тому, что происходит в их собственной стране». Так писали газеты того времени. Рабочие были связаны по рукам и ногам, не могли распоряжаться своей жизнью и целыми семьями должны были работать на хозяина. Чтобы свести концы с концами, родителям ничего не оставалось, кроме как отправлять на работу своих детей – настолько низкими были зарплаты. На школу не было ни времени, ни денег. И этот порочный круг нищеты и безграмотности поддерживал сам себя.

Детский труд использовался не только на заводах и фабриках девятнадцатого века, но и в кустарной промышленности, в сельском хозяйстве, на шахтах и торфяных приисках, где семьям до самой Второй мировой войны приходилось ютиться в землянках.

– В то время когда и католические, и протестантские священники вещали в церкви, что «неравенство существует, ибо так угодно Богу», рабочие были как бы сами виноваты в своей нищете: исключительно из-за собственных низких моральных качеств. К ним относились как к потенциальным преступникам: они считались ленивыми, агрессивными и зависимыми от алкоголя. С ними обращались как с вещью, не было ни одного закона, который бы их защищал.

Работодатель мог платить своим рабочим, когда и сколько ему заблагорассудится. Избиения и изнасилования были в порядке вещей.

В голландском языке есть забавная поговорка: «Если родился десятицентовиком, то четвертаком тебе не стать». Так оно и было столетиями…

Пропасть между бедными и богатыми была просто огромной, все решения принимала малочисленная элита. Подавляющее большинство населения не имело никаких прав. Лишь в двадцатом веке произошли изменения. Наконец-то было введено всеобщее избирательное право. Ещё раньше «Детский закон» Ван Хаутена в Голландии (1874) и «Закон о детском труде» в Бельгии (1889) установили запрет на использование детского труда. Но эти законы просто-напросто не соблюдались. Только в 1914 году, после введения обязательного образования для детей до четырнадцати лет, появился механизм контроля за исполнением закона. Заработная плата рабочих постепенно росла, так что заставлять детей работать перестало быть нужным. Но в глазах общества детский труд ещё долго считался приемлемым: «Только так можно бороться с нищетой, так дети хотя бы учатся работать!» Вплоть до Второй мировой войны закон массово нарушался. И только потом, с приближением уровня благосостояния к современному, детский труд в Голландии и Бельгии был искоренён.

В бельгийском городке Бом есть музей под открытым небом EMABB, где можно увидеть, как выглядели кирпичные заводы и рабочие посёлки того времени. Если прогуляться по территории завода, среди сушильных цехов, можно легко себе представить, как всё было… Как Матильда с Адрианом бегали с формами по «сушке».

Посвящаю эту книгу всем тем сотням тысяч безымянных детей прошлого и настоящего, которые стали жертвами детского труда по всему миру…