Чувство такое, будто голова раскалывается в буквальном смысле слова. Пытаюсь дотянуться до нее руками, словно надеясь таким способом сдержать боль, но не могу пошевельнуться. Плечи болят, а одна рука почему-то вся мокрая. Ощущаю в ней странное жжение. Что случилось? Кто-то обращается ко мне, упорно добиваясь ответа.

– Оливия! Ну же, Оливия, очнитесь.

Чья-то рука гладит меня по щеке, но голос принадлежит другому человеку, мужчине. А осторожные прикосновения явно женские. И тут она произносит:

– Кажется, приходит в себя, Том.

В ответ низкий мужской голос бормочет:

– Отлично.

Где-то в стороне другой мужчина торопливо раздает инструкции. Слышу слова «скорая помощь», «дети», «оставьте все тела»… Тела?! Тут же прихожу в себя. Какие тела?.. Где мои дети?.. Пытаюсь сесть, но сильные руки удерживают меня за плечи.

– Оливия, вы можете говорить?

Пытаюсь кивнуть, но простое движение причиняет сильнейшую боль. И тут я все вспоминаю. Страшные события этого дня проносятся перед глазами с такой скоростью, что чуть было не теряю сознание снова.

– Роберт забрал детей, – произношу я, словно говоря сама с собой. В голове туман. Пытаюсь разобраться, действительно ли все так и было или это просто бред, последствия удара головой. Но нет, он действительно был здесь, и я это знаю.

Повторяю уже громче:

– Роберт забрал детей.

При последних словах из груди вырываются рыдания.

– Мы знаем, мы их обязательно найдем.

– Сейчас кто-то сказал «оставьте все тела». Какие тела?..

Рядом кто-то испуганно ахает. Перевожу взгляд на хорошенькую девушку с темными волосами и усталыми глазами.

– Нет-нет, вы неправильно расслышали – не «тела», а «дела» – «оставьте все дела». Сержант вызывает подкрепление. Собираемся бросить все силы на поиски ваших детей.

Слава богу. Но как долго я была без сознания? Будто прочитав мои мысли, мужчина с сильными руками спрашивает:

– Не знаете, в какое время Роберт пришел сюда? Чтобы грамотно организовать поиски, нужно рассчитать, далеко ли он мог уйти.

Нет, не знаю, на часы не смотрела. И соображать я толком не в состоянии, однако нужно приложить все усилия.

– Посмотрите у меня в телефоне. Как только позвонила Софи, сразу увела детей с пляжа. А потом объявился он. Все случилось очень быстро. Прошло минут пятнадцать, самое большее – двадцать.

Девушка тут же поспешила на поиски телефона.

– Черт возьми. На какие-то три минуты опоздали! Правда, если прошло двадцать минут, то на восемь.

Полицейского в форме я узнала. Это сержант из островной полиции. Остальных двух ни разу не видела. Но они приехали помочь мне, и это главное. А знакомство можно отложить на потом.

– Знаю, куда он их повел. – Голос у меня дрожит, но пытаюсь взять себя в руки. – На какую-нибудь высокую скалу над морем.

Сержант внимательно слушает, готовый отдавать приказания подчиненным.

– Зачем, Оливия? Почему именно на скалу? – спрашивает мужчина по имени Том.

Едва могу говорить. В голове проносятся картины, одна страшнее другой. Вспоминаю тот день на острове Южный Стэк. И последние слова, которые Роберт сказал моим детям: «Попрощайтесь с мамой».

– Он собирается спрыгнуть со скалы… вместе с моими детьми.

* * *

– Бекки, оставайся здесь, с Оливией. Оливия, Бекки – инспектор полиции. Если ваш муж вдруг вернется, она сумеет вас защитить. Договорились?

Ну уж нет.

– Я пойду с вами, – объявляю я.

Мужчина по имени Том порывается возразить. Все-таки есть в его лице что-то знакомое. Кажется, я его где-то видела, только не припомню где.

– Плевать, какие у вас там звания. Моим детям угрожает опасность, и я не собираюсь сидеть сложа руки.

С трудом поднимаюсь на ноги и едва не падаю снова. Голова взрывается болью, но полицейские не должны заметить моей слабости.

– Вы только замедлите наше продвижение, Оливия. Лучше останьтесь.

– Нет. Если Роберт будет на скале и заметит вас, сразу прыгнет. Я единственная, кто может хотя бы попытаться его отговорить.

Том бормочет себе под нос ругательства, но меня его мнение не волнует. И вообще, чего мы ждем? Том подзывает местного сержанта.

– Ну что, Рэй? Какой у нас план? – спрашивает он.

– Сначала хорошая новость – высоких скал поблизости нет. Кроме того, если с мистером Бруксом трое маленьких детей, быстро идти он не сможет. Кстати, решил подключить к делу пожарных. Пойдут в штатском, чтобы не спугнуть его. Спасательный катер уже вышел в море. Будут плыть вдоль побережья и, если заметят мистера Брукса, сразу дадут знать. Так я не понял – вызывать в дом скорую помощь или нет?

Пытаюсь покачать головой, но идея оказалась неудачная.

– Нет, – выговариваю я. – Никакой скорой помощи. Я пойду с вами.

Полицейские переглядываются, и сержант пожимает плечами:

– Некогда препираться. Если Брукс вышел через заднюю калитку, наверняка повернул направо и шел по тропинке. А слева только пляж, до ближайшей скалы оттуда мили две, не меньше. Только что звонил мой констебль – говорит, что присоединился к группе, которая дежурит около дорожки, ведущей к скалам. Они сейчас на расстоянии около двухсот пятидесяти метров от ее начала, и Брукса пока не видно. – Сержант направился к двери. – Я сейчас тоже туда поеду. Надо все проконтролировать. Если что, позвоню.

Выйдя за дверь, он переходит на бег.

– Ну и чего мы ждем? – кричу я, выведенная из себя кажущимся бездействием полиции.

Девушка кладет руку мне на плечо.

– Нам лучше не уходить далеко от машины. Когда найдут ваших детей, так мы сможем гораздо быстрее добраться до места. Рэй оставил нам патрульную машину, она у него с четырехколесным приводом, так что проехать сможем даже по самой трудной местности.

Девушка берет меня за руку и ведет к стулу.

– Давайте осмотрю вашу голову, – ласково предлагает она.

Но, как ни странно, боль меня не беспокоит. Для меня это просто напоминание о том, что я должна сделать. Умудряюсь просидеть спокойно целых тридцать секунд, после чего порывисто вскакиваю. Голова снова начинает болезненно пульсировать, будто предупреждение об осторожности, иначе еще раз сознание потеряю.

– Почему мы не можем выехать в нужном направлении прямо сейчас? Я вас очень прошу. Если буду сидеть и ничего не делать, просто не выдержу!

Полицейские переглядываются. Судя по выражениям лиц, им тоже не терпится. Наконец Том едва заметно кивает.

– Брукс вышел из дома около пятнадцати или двадцати минут назад. Средняя скорость пешехода – примерно пять километров в час, но с детьми он, скорее всего, продвигается вперед гораздо медленнее.

Наверное, Роберт взял Фредди на руки, а Жасмин уже большая девочка. Вся надежда на Билли, но он начнет уставать только после первого километра, не раньше. Делюсь своими соображениями с полицейскими, и Том, похоже, соглашается.

– Бекки, садись за руль, а я буду прокладывать маршрут, – распоряжается он. Кажется, девушку это распоряжение почему-то удивляет. – Где карта, которую ты смотрела?

– В машине, – отвечает Бекки, беря сумку. – Рэя предупреждать будешь?

Но Том, не успев дойти до двери, уже прижимает к уху мобильный телефон.

– Рэй, мы тоже направляемся к дорожке, ведущей на скалы. Будем дежурить на расстоянии километр двести пятьдесят метров от ее начала. Да, карта есть. Встретимся там.