Джо достал из внутреннего кармана шерстяного темного пиджака маленький клочок бумажки с написанным этажём и кабинетом. Ковровая дорожка вела к столу администратора, но молодому человеку пришлось свернуть с пути, так как его целью являлся коридор с шикарной, словно золотой, покрытой дорогим ковром, лестницей занимающей добрых метров пять в ширину. Кросман подошел к началу комнаты. Взявшись за ручку, молодой человек услышал позади себя крик. "Сэр! – крикнул в след молоду человеку неизвестный. – Лестницей разрешено использоваться только государственным служащем и высокопоставленным лицам. Иных просим пройти к другому проходу дальше по коридору". Каким образом незнакомец узнал о положении Джорджа в обществе, все же возможно его выдавал растерянный взгляд – оставалось только догадываться.

Конечная цель находилась на тринадцатом этаже, потому ему пришлось отдать не малые силы дабы оказаться в нужном месте. Только Джо двинулся по коридору, как вдруг, боковым зрением он заметил проходящую мимо молодую девушку. Её лицо, правда он только его не рассмотрел, казалось до боли знакомым, а рыжие волосы только усиливали чувство. Не придав увиденному большого значения Кросман нашел нужный кабинет. Легонько постучав в дверь молодой человек услышал заветные слова:"Входите!". Внутри мужчину встретил старик, казалось этому долгожителю с трудом давался каждый вздох, он борясь со своей природой старался не задохнуться. "А это же наш лучший труженик – Джордж Кросман!, – вдруг пробормотал потный мужчина. – Пожалуйста, присаживайтесь." Пришедший по адресу молча, непоздорововшись, из-за отдышки после тяжелого, хоть и привычного, поднятия по лестнице, плюхнулся на место, попутно вытирая влажный лоб. Ситуацию ухудшало полное отсутствие какого-либо свежего воздуха в помещении в купе с неприятным запахом исходящим со стороны того, с кем молодой мужчина собирался вести диалог.

"И так, – сказал незнакомец. – Вы, как один из самых патриотичных людей необъятной родины удостоены чести поучаствовать в одном занимательном проекте. "Слушайте, я не…", – неизвестный не дал Кросману договорить, перебив того по полу слове. – Вы не понимаете, вас выбрали. Выбрали, Джордж, для того чтобы изменить мир. Страна, по правде сказать и я сам, надеемся на вас! Вы будите направлены на работу, точнее сказать даже отдых в одну из северных точек нашей страны. Желаю вам успехов. Повозка прибудет через пятнадцать минут! – А как же мои вещи? – Ещё раз повторяю, страна нуждается в вас! Вот листок, на нем все написано. Передадите его кондуктору, а затем проводнику. Синяя повозка. Всего наилучшего!

Великовозрастный незнакомец закончил говорить, после чего молодой человек вышел за дверь кабинета. Гора разных мыслей одолевала без того загруженный мозг молодого человека. "На что я подписался?", – проговорил про себя Джо , медленно, с неохотой, перебирая ногами вдоль коридора. Недалеко от комнаты, в какой пару минут назад находился Кросман, сидела та самая девушка на уютном большом мягком диване, читая какие-то статьи на кристально белой бумаге, он узнал её по той же прически-пучку на голове и круглым, с тонкой оправой, очкам.

4

Ещё пару часов назад оживленное движение по не многу утихало. Люди расходились по своим домам, автомобили пропадали с виду. Олли пришла на остановку, ожидая приезда автобуса. Общественный транспорт в этом районе, не походил на своих собратьев из других мест. Ухоженные просторные кабины повозок с мягкими широкими сидениями, являлся основным приспособлением для переезда из одного места в другое.

Прибыла девушка домой довольно быстро, успев до наступления комендантского часа. По пути в квартиру дама достала из почтового ящика, расположенного в холле здания. В металлической настенной коробке, на самом дне лежали несколько конвертов, почти схожих друг с другом. Один из бумажных пакетов выделялся на фоне остальных – он имел синеватый приятный цвет, а на его лицевой части красовалось слово, написанное крупными буквами – фамилия Оливии. Вуд запустила руку в глубь контейнера, достав корреспонденцию с самого дна и отправилась в внутрь своего жилища.

Зайдя в квартиру, девушка бросила стопку конвертов на столик, расположенный прямо под вешалками для верхней одежды. Сняв обувь дама почувствовала облегчение, оно не удивляло, так как довольно продолжительное время у Олли болели ноги от давления, создаваемого правильными, так их называло большинство людей, женскими туфлями. Вуд прошла в свой кабинет, попутно захватив с собой бумажные пакеты с полочки. Транслятор бормотал на минимальной громкости. Молодая женщина не имела привычки выключать устройство, только изредка делала звук менее громким. По трансляции шёл самый разгар ежедневных ночных новостей по седьмому каналу. "Сегодня всеми любимый и уважаемый Вождь лично присутствовал на открытии уже сто семнадцатой школы в стране! – говорила ведущая новостной программы с энтузиазмом. – Это уже пятая школа в нашей стране, в стенах которой детишки будут познавать мир и учиться жить на благо стране по новой, революционной методике". Рядом со школой стояли дети разного возраста наряженные в строгую школьную форму с красным круглым значком именно такой Вуд представила картинку. Транслятор, несмотря на свою прорывную технологию, не мог показывать изображение, транслируя только звук. Ученики хором пели песню собственного сочинения:

Моя страна великая, могучая держава. Морями окруженная, непобедимая. Я ради своей родины отдам жизнь незамедлившись. Нет такой более. Ради неё на смерть…

Олли подошла к транслятору, дослушав ведущую, проведя указательным пальцем по линии регулировки громкости в левую сторону, тем самым снизив ту до нуля. Транслирующий передачи прибор, вместо слов, стал издавать тихий еле уловимый писк. Хотя этот звук, многим действовал на нервы, не давая уснуть Оливию он успокаивал. В противном случае в квартире настала бы мертвая тишина. Вуд, приняв теплую ванну с большим количеством ароматной пены, вышла из комнаты, направившись в спальню. Бросив небольшую стопку писем на одеяло, дама, сев рядом на мягкий матрас, принялась изучать содержимое конвертов.

Первые два конверта не представляли ничего интересного, обычные квитанции для оплаты всего возможного. Многие, моментами, шутили, проговаривая:" Когда уже сделают налог на воздух? ". В третьем бумажном конверте скрывалось письмо от поклонника. Наверное некто стеснительный из списка заводчан. Реальный адрес никто из таких людей не знал. Для того чтобы отправить свое письмо девушке, им приходилась сначала слать их по адресу проверки на терроризм, только после этого, если содержимое признавали безопасным, как физически, так и морально, он попадал в руки Олли. Из-за данных обязательств корреспонденция нередко задерживалась, срочные письма, превращались в просрочку, а личная переписка велась реже, чем хотелось. Под исключение попадали только заказные письма отправленные каким-нибудь министерством. Написанные на розовом, сложенном в двое, мягком листе бумаги слова гласили: "Дорогая Олли, я очень счастлив, что ты озаряешь меня своим присутствием, хотя мы никогда не увидимся. Навеки твой М". Вуд дочитала слова, а затем, сомнув конверт вместе с содержимым, бросила бумагу в мусорное ведро.

Четвёртый, последний, конверт сильно отличался от прочих, какие попадались на глаза девушке за всю её жизнь. Изготовленный явно по специальному заказу в типографии, бумажный пакетик выглядел приятнее многих. Её имя, расположенное на изделии чувствовалось на ощупь выпуклым. Верхняя часть конверта являлась отрывной, о чем свидетельствовал слегка заметный пунктирный надрез. Никаких намеков на заклеивание, после укладывания туда содержимого, изделия не удавалось выявить. Олли проявила большим пальцем по черте, а после оторвала бумажный клапан.

Внутри конверта находился одиноколежащий небольшой прямоугольный кусок бумаги, похожий на визитную карточку. Девушка достала неизвестный предмет. Им оказалась телеграмма. Отправителем значилось министерство культуры и просвещения народа. Письмо сообщало:"Олли Вуд, рады сообщить вам, о том что комиссия по делам молодых специалистов сочла вашу работу выдающийся, а потому вы приглашены на недельный отдых в один из популярнейших курортов великого государства. Вся необходимая информация по делу поступит позже на адрес проживания". На другой стороне записки красовался трафарет с гербом, принадлежащий министерству. От весьма радостной новости Оливия, поскакав на кровати пару секунд словно маленький ребенок, решила готовится ко сну, несмотря на прилив эмоций. Завтрашний день обещал быть тяжёлым, но от этого неменее интересным.

На утро девушка проснулась с легким головокружением. Причиной тому стала улучшенная трансляторная башня. Её сигнал, по официальным данным, способствовал улучшению качества трансляции на трансляторе, но если брать в учёт многие гражданские догадки – вышка использовалась для перебора данных с устройств жителей домов, их последующей сортировке и выявления преступников. Каким образом проводили такое – аналогично, никто не знал. Вуд встала с кровати, направившись в ванную комнату дабы привести себя в порядок. Затем она достала с гардеробного шкафа своё лучшее пальто, такого же нейтрального серо-белого цвета, похожее на прочии у других людей, прикрепила к нему красный круглый металлический значок и вышла на улицу, еще раз, только теперь в слух, прочитав адрес:"Улица Вождя шестнадцать".

Добравшись до необходимого места Олли поднялась на нужный ей этаж, постучав в дверь необходимого кабинета. Ей не пришлось ползти по ступенькам, пытая свое хрупкое тело. Даму просто подвезли до нужного этажа с помощью маленькой комнаты поднимающейся вверх, у этого изобретения еще не имелось нормального названия, поэтому все звали его просто подъемникам. Услуга обошлась не в крупную сумму, то есть вообще бесплатно – оплатил какой-то мужчина-джентельмен. "Войдите", – сказал голос. "Здравствуйте, я…",– не успела договорить девушка, как тут же услышала от сидящего за большим деревянным столом человека другие слова. "Знаем, знаем, – радостно пробормотал старик. – Мы отправляли вам письмо, вы теперь здесь. Прошу, присаживайтесь". Неизвестный указал даме на большой деревянный стул со спинкой и мягкой подушкой. Незнакомец общался вежливо, но несмотря на это в воздухе веяло чем-то тревожным.

"Я Крайк. Моё имя Крайк, – тяжело дыша проговорил мужчина. – Вот мы и познакомились". – Вам предстоит поездка в отдалённую часть нашей Великой страны, в распрекрасное место на севере нашей родины. Сейчас, точнее через десять минут, вам выдадут необходимые вещи, сшитые специально для вас, а также будут выданы другие необходимые для поездке предметы. Всё в достаточном количестве, высочайшего качества. С вами будет находится еще один человек, к слову умнейший человек. Следовательно, скука вас не настигнет. Все понятно? – Да. – Вот и замечательно. Ожидайте, пожалуйста в холле и хорошего вам время препровождения. Вуд вышла из кабинета, тихо закрыв дверь. Пройдя дальше по коридору Олли села на мягкое кресло в ожидании дальнейших действий.

В скором времени девушку окликнули. Парнишка, одетый в черную форму, какую носили кучера да водители, произнес: "Вас ожидают", убежав вперед девушке на улицу. Еще каких-то десяток минут и Оливия уже ехала по хорошей ровной дороге в удобном автомобиле, на заднем сидении. Единственный раздражающий момент, абсолютный и неизменяемый – свист, гул и чихание парового двигателя. Мимо проносящиеся дома не успевали задержаться перед взором девушки раз за разом пролетая мимо её взора. Водитель находился за огражденным стеклом. Просторный салон, в иной раз здесь разместились бы свободно пять человек, принадлежал в долгой поездке одной молодой женщине. Не близкий путь с каждой минутой норовил задержать Вуд, ввиду чего та время от времени нервничала, боясь опоздать на поезд.

Девушка постучала по толстому загородке, в надежде обратить на себя внимание водителя. "Вы что-то хотели, мисс?", – неожиданно в салоне раздался голос мужчины, сидящего за рулем. Звук исходил с бокового небольшого отверстия, под мягким подлокотником. "Да,– ответила Оливия. – Нам долго еще ехать?" – Не мало. Дороги сегодня перегружены администрацией. Все готовятся к празднику. – Мы можем как-то побыстрей добраться? – Я могу свернуть на другую дорогу, через поселок. Если вам будет угодно. – Хорошо. Действуйте.

После сказанных слов, шофер убавил скорость, свернув на другую дорогу. Двигаясь по иному пути автомобиль часто потряхивало на кочках, по причине чего двигатель издавал страшные звуки , пыхтя и щелкая без остановки Шоссе номер четырнадцать – заброшенная дорога идущая напрямик к северу страны, пересекающая старые поселения. Многие населенные пункты, образовавшиеся на том месте основывались за долго до войны. Людей, практически, не осталось в тех местах, хотя небольшие, обособленные горстки людей все же проживали, не соглашаясь перебираться в цивилизацию. Среди причин в связи с чем дорога представлялось заброшенной – неудачное расположение.

Трасса, хоть и ощущалась не комфортной, при этом выглядела вполне безопасной. Девушка покрутила колесиком увеличения громкости, включив радио. На радиопередачи транслировали новости – частое явление в поздний часы. "Гражданин обязан знать о правдивой ситуации в стране в любое время суток", – часто говорили с транслятора чиновники. "К важным новостям,– передавал мужчина с приятным голосом вещающий с радиотрансляции. – Заводы про производству патронов перевыполнили квартальный план на двести семьдесят процентов в честь скорого празднования юбилея Вождя. Пресечена незаконное распространение запрещенной литературы в книжном магазине, недалеко от завода. Директор и продавец взяты под стражу. Вводится лишение свободы, сроком от трех до пяти лет за оскорбление государственной символики". Короткие новостные сводки пересказывались одна за другой, давая общую информацию произошедшего за несколько дней.