Берегиня внимательно посмотрела на Волколака, но он никак на это не отреагировал. Интересные дела получаются! Вот со мной всегда так! Сколько себя помню, мне всегда не везло с женским полом. Стоило мне обратить внимание на какую-либо девушку, так у неё либо сразу находился кавалер, либо возникали неотложные дела. Так что всё мои отношения личного характера были скорее исключением из правил. Вот и сейчас, я только раскатал губу на поистине сказочную девушку, так меня снова ждал полный облом. Даже хуже! Меня ждал путь неизвестно куда не с прекрасной дамой, а с что ни на есть настоящим волком! Весёленькая перспектива! Видя, как я сразу погрустнел, Берегиня вдруг неожиданно взяла меня за руку и произнесла:

– Если захочешь, мы с тобой можем снова увидеться, – сказала она, глядя мне в глаза, – ты можешь сюда вернуться.

Конечно, мне захочется вернуться! Я уже захотел вернуться! Да и сейчас мне никуда не хотелось идти.

– Но тебе сейчас надо идти с Волком. – спокойно продолжала она. – От тебя зависит жизнь многих жителей Яви. И моя в том числе…

– Я вернусь! – ответил я ей. Больше я не нашёл что сказать…

Мы сидели и молчали, пока Волколак не нарушил своим хриплым голосом нашу многозначительную тишину:

– Даа, – протяжно прохрипел он, – видно на судьбе мне такое начертано, на своём горбу людей таскать, да из всяких переделок их вытаскивать!

– А почему ты, собственно, думаешь, что тебе меня придётся вытаскивать из переделок? – снова с вызовом сказал я, – Да я и своим ходом могу добраться!

– Своим? – с усмешкой спросил он меня, – Так это запросто! Только ты сам будешь год добираться! Да и сам-то знаешь куда идти-то надо, а?

А вот тут он был прав. Я, действительно, не знал куда мне держать путь. До этого момента, меня вёл клубок, леший, Полевик, Берегиня наконец, то есть, самому мне не приходилось искать дорогу, особенно если учесть, что в большинстве случаев дороги, как таковой, особо и не было! Я знал только направление, к Великому Дереву Жизни, а где оно, мне было не известно.

– Вот то-то! – ответил он мне.

Стараясь как-то сгладить ситуацию, я спросил своего нового спутника:

– Хорошо, ты прав. Мне, действительно, неизвестно, куда нам дальше идти. – сказал я – И скажи, пожалуйста, куда нам путь держать?

– В Тридесятое Царство, в Тридевятое Государство. – ответил он.

– Куда!? – вот тут уж точно не было предела моему удивлению! В свете всех событий, я думаю, что он явно не шутил…

– В Тридесятое Царство, в Тридевятое Государство. – спокойно повторил Волколак, явно наслаждаясь моей реакцией на его слова. – Я думаю, ты уже слышал про наше Царство?

– Слышал, конечно. – уже более спокойно ответил я, – только до сих пор во многое не верится. Всё словно в сказке!

– Ну а ты, считай, и так в сказке! – весело проговорил Волколак.

– Да, конечно. Леший, Полевик, Баба-Яга, то что они существуют, я как-то с этим свыкся. Но то, что тут и своё царство есть…

– Хм, ничего удивительного, царство как царство. – ответил он и обратился уже к Берегине. – Ты ему разве не рассказывала?

– Нет, – отрицательно покачала она головой. – Не было времени.

– А почему именно Тридесятое Царство, но Тридевятое Государство? – поинтересовался я у Волколака.

– Вон, пусть она тебе расскажет. – кивнул он своей мохнатой головой на Берегиню.

– Ну, если не вдаваться во всю историческую летопись десяти царств, – начала рассказывать Берегиня, – то вкратце было так. Все предыдущие девять царств со своими государями, погибли от рук Кощея. Но именно при девятом государе нашего царства был повержен Кощей. Поэтому, чтобы как-то обозначить новую победную эпоху, было принято решение создать новое, десятое царство, но государь остался прежний. Поэтому так и говорим: Тридесятое Царство, Тридевятое Государство.

– Ясно, – ответил я. – И как погляжу, с названием своего царства вы особо не заморачивались. Первое, второе, третье, наконец десятое, а что, весьма удобно!

Берегиня мне улыбнулась. Всё-таки мне не хотелось с ней расставаться…

– Мы стараемся не привязываться к именам. – неожиданно ответила мне она. – Ведь один раз наречённое тебе имя навсегда связывает тебя с его судьбой. И ты после этого можешь прожить только одну жизнь, начертанную тебе.

– Подожди, ты хочешь сказать, что если бы у меня не было имени, то я прожил бы другую жизнь?

– Да, – ответила она. – и прожил бы долго. Но вы, люди, давным-давно решили, что только боги могут жить вечно, поэтому стали записывать свои имена. А все записанные имена попадают в Книгу Судеб. А из неё нельзя уже удалить своё имя.

– Понятно тогда откуда взялась эта пословица: что написано пером, то не вырубишь топором. – ответил я.

– Совершенно верно. – проговорила мягким голосом Берегиня. – Поэтому наши имена при рождении нигде не были записаны. И у некоторых из нас вообще нет имён.

– А изменить ничего нельзя? – с надеждой спросил я.

– Что, пожить подольше хотелось бы? – с издёвкой спросил меня Волколак.

– Хотелось бы! – не стал я врать.

– Надо найти Книгу Судеб и стереть оттуда своё имя. – ответила Берегиня. – Этим ты и сотрёшь свою судьбу.

– А книжонку эту, как я понимаю, можно найти там же, на Великом Дереве Жизни, правильно?

– Правильно. – кивнул головой Волколак. – Но дорога туда лежит через Тридесятое Царство.

– И кого или что мы там должны найти?

– Мы должны попасть на приём к Царю и взять у него перо Жар-птицы. Без него нам путь на Дерево Жизни закрыт. А просто так он нам перо не отдаст.

– Почему? – недоуменно спросил я.

– А потому, – весело проговорил он, – что после того, как у него на службе появился Змей-Горыныч, Государь думает, что ни Кощей, ни даже сам Вий ему теперь не страшен!

– Змей-Горыныч? А он правда о трёх головах? – умнее спросить мне как-то и в голову больше ничего не пришло!

– Правда, – ответил всё также весело Волколак, – средняя мне, зараза, прошлый раз не слабо так левый бок подпалила! Так что в этом деле у меня тоже есть свой интерес. У меня к Змею-Горынычу есть должок. А долги надобно возвращать.

– Вам пора. – произнесла Берегиня. – Пора прощаться, Герой.

Берегиня обняла меня, мы постояли немного.

– Я вернусь.

– Я буду ждать. – тихо произнесла она. – Удачи тебе.

Вдруг за спиной раздался какой-то шорох, и вот перед нами стоял уже не человек, а волк.

– Садись на меня, – прорычал он.

И я вскарабкался к нему на спину. Не успел я схватиться поудобнее за его шею, как он рванул, словно молния! Я не успевал ничего разглядеть вокруг, только мелькающие деревья. Мы неслись в Тридесятое Царство, в Тридевятое Государство. Волколак бежал так стремительно и долго, что я успел задремать у него на спине. Мы пробегали бескрайние поля и луга. Когда Волколак забегал в лес, то волей-неволей он сбрасывал свою спринтерскую скорость, и мы неспешно продирались сквозь густой кустарник и поваленные сосны. Солнце уже начало садиться за горизонт, когда мы в очередной раз выскочили на одну маленькую, но уютную полянку.

– Здесь заночуем. – прохрипел волк, бесцеремонно скидывая меня со свой спины.

– А долго ещё до Тридесятого Царства бежать? – спросил я его. Пока я подымался и отряхивался, он уже снова перекинулся человеком.

– Два дня ещё точно. – сказал он хриплым голосом, продолжая тяжело дышать.

Было видно, что этот забег ему дался нелегко. Да ещё и со мной на спине. Но всё-таки в нём чувствовалась огромная сила.

– Я пойду что-нибудь нам поймаю на ужин. – проговорил он и медленно побрёл в сторону леса.

А я тем временем решил разжечь костёр. Только была маленькая, даже сказал бы, малюсенькая проблемка: набрать дров в незнакомом лесу, где рыскает Волколак в поисках ужина. А мне очень не хотелось становиться ужином. Но выбора не было, и я пошёл искать дрова. Пока искал дрова и оглядывался по сторонам на каждый шорох за моей спиной, наступили сумерки. Я несколько раз возвращался к месту нашего ночлега, но дров всё равно было мало. И вот, когда в очередной раз я наклонился, чтобы поднять довольно крупную ветку сухого дерева, внезапно услышал за своей спиной чье-то тяжёлое дыхание. Я стал медленно поворачиваться, ожидая самого худшего. И не ошибся. Передо мной стоял Волколак. И был он как раз в обличье волка. И он был голоден.

– Привет, – ничего более умного я не нашёл что сказать. – а я тут дрова для костра собираю.

Он, конечно, ничего не ответил. Волколак тихо зарычал и осторожно пошёл на меня. Мне ничего не оставалось, как взять поудобнее найденную ветку в качестве дубины и надеяться, что я смогу ударить прежде, чем он успеет перегрызть мне горло. Я снова попытался с ним заговорить, в надежде, что он меня всё же вспомнит.

– Это я, Андрей! – уже переходил я на крик, одновременно замахиваясь своей дубиной.

И в этот момент он прыгнул. Я чудом успел сделать полшага в сторону и что было сил приложил его дубиной. Удар пришёлся точно в цель. Дубина от удара по его железобетонной голове разлетелась вдребезги, а Волколак молча упал к моим ногам. Он был без сознания. Я перевёл дух и вытер испарину со лба. Только сейчас до меня дошло понимание того, насколько я был близок к смерти. И ещё напоследок я удивился. Всё это время в поисках дров, я таскал с собой Меч-кладенец. Но у меня даже и мысли не возникло им воспользоваться! Ведь тогда, по сути, я мог убить его… Но я совершенно забыл о существовании меча. Это было немного странно. И всё же я был горд. Я одолел Волколака! Но не успел я как следует насладиться своей победой, как весь мой победный запал немного приугас. Возникла новая проблема. Волколак не приходил в себя, всё-таки, видно, я его через чур сильно приложил, и его нельзя было оставлять здесь в лесу. Немного поразмыслив, я решил перетащить его к месту нашей ночёвки. Как оказалось, это было легко в теории, но не так легко на практике. Волколак оказался на удивление тяжёл, да и тащить его, держа за передние лапы, через кусты и поваленные деревья, было довольно затруднительно. Но ладно бы только тащить Волколака! Так я ещё решил не бросать своё оружие, которое мне спасло жизнь. Не знаю, сколько это заняло по времени, но когда я всё же притащил его на место ночёвки, было уже темно. Так что разводить костёр мне пришлось уже, можно сказать, ночью. Благо ночь выдалась, на удивление, звёздная и большая луна хорошо освещала это волшебное место. За всеми этими поистине невероятными событиями, у меня не было времени по-настоящему оценить то место, куда я попал. А сейчас, когда Волколак был в отключке, костёр был разожжён и тихонько потрескивал, выплёскивая свои огоньки, мне только оставалось наслаждаться спустившейся ночью. Самое интересным оказалось то, что я не сразу узнал звёздное небо. Не могу сказать, что я большой знаток астрономии, но дома у меня был телескоп и найти в ночном небе созвездия Большой и Малой Медведицы я мог. Так вот, их то я быстро отыскал на ночном небе, но остальные созвездия были мне незнакомы! Причём, я не видел других известных мне созвездий! Не было ни созвездия Гончих Псов, ни дракона! На их месте были другие звёзды! И это было очень необычно. И вот, сидя и разгадывая тайные узоры, которые сплели незнакомые мне звёзды, я не заметил, как очнулся Волколак. Он уже был в человеческом обличье, и это радовало.

– Не ожидал. – произнёс он, потирая голову. – Чем ты меня так?

– Этим. – показал я на свою дубину.

– Угу, – кивнул он головой, немного помолчал и сказал: – а ты не из пугливых. Это радует. Но голова, блин, трещит.

– Извини. – сказал я. – Кстати, а ты меня узнал, когда был, ну, не человеком?

– Нет, не узнал. Когда я волк, то я вижу только добычу. Осознаю, бывает, что-то знакомое передо мной, но воспринимаю только как ужин.

– Понятно. – хоть Волколак и хотел мной поужинать, сейчас мне было неудобно перед ним. Глядя, как он потирает своими мощными руками, шишку на голове, я испытывал чувство стыда. Немного. У меня ещё был свеж в памяти его рык…

Ужина у нас так и не было. Волколак больше не горел большим желанием идти снова в лес в поисках добычи, а я, может, и пошёл, попытал бы счастья, но из всего оружия у меня был Меч-Кладенец, перочинный ножик, да дубина. Не ахти какое оружие для добычи пропитания. Спать мы легли на голодные желудки.

Проснулся я рано от того, что замёрз. Эта ночь оказалось холодной. Уже чувствовалось приближение первых осенних холодов. Солнце только-только начало подниматься из-за горизонта и прогреть остывшую на ночь землю ещё не успело. Я огляделся, но моего спутника нигде не было. От этого мне стало не по себе. Ведь по сути, я не услышал, как он поднялся, а значит, всё время оставался беззащитным. И любой мог меня спокойно убить. Об этом стоило подумать. Не стоит так спокойно спать, словно у себя на диване. Вот только как научиться чуткому сну? Что поразительно, у себя дома я спал довольно таки беспокойно. Любой шум на улице или включённая музыка, нарушали мой сон! Я не мог спокойно уснуть даже под работающий телевизор, хоть много раз видел, как моих друзей сразу после включения зомби-ящика, начинало тянуть в сон! Я же, наоборот, не мог уснуть словно выпил перед сном четыре чашки кофе! Здесь же со мной творилось что-то непонятое… Стоило мне положить голову хоть на какое-то подобие подушки, что я каждый раз сооружал из различных веток, как меня сразу начинало тянуть в сон! И спал я так, что можно хоть из пушки палить, всё равно ничего не услышу! Может на меня, городского жителя, так свежий воздух действует? Приключения, опять же, не дают соскучиться…

Пока я пребывал в своих размышлениях, за кустами что-то шевельнулось. Быстро выхватив меч, я приспособился его носить у себя за спиной, благо в рюкзаке оказались припасённые Ленькой подходящие ремешки, и встал, широко расставив ноги, держа меч двумя руками.

– Молодец, не плохо смотришься!

Это был мой спутник, Волколак. Был он в человеческом обличье, а в руках у него был крупный заяц.

– Вот, – сказал он, протягивая мне зайца. – Прогулялся с утречка.

Я взял его в руки и растерялся. Глядя на моё удивлённое и растерянное лицо, он рассмеялся.

– Разделывай, а не смотри на него! – сказал он смеясь.

Что мне ещё оставалось… Я молча взял зайца и стал мучиться. В детстве, как я помнил, мой дедушка держал кроликов. И мне, конечно, иногда выпадала честь оказывать помощь ему в оказании последних почестей бедному кролику. Основную работу делал, конечно, дедушка, но я был рядом и, хоть мне было страшно, старался всё же запомнить эту хоть неприятную, но, как теперь оказывается, полезную для меня работу. Поэтому, хоть моё сердце билось как у бедного кролика, приступил к делу. Всё-таки, голодные мы били уже почти сутки.

Не могу сказать, что у меня получилось всё гладко с первого раза. Волколак несколько раз мне подсказывал, но ни разу не позволил себе подколоть меня. Вскоре мы с ним уже наслаждались запечённым на углях вкуснейшим зайцем.

– Давай, жуй быстрее, – подгонял он меня. – итак времени много потеряли. Навёрстывать придётся.

Я старался, конечно, но, так как был сильно голоден, то откусывал слишком большие куски сочного мяса, и от этого получалось ещё дольше. Вскоре с завтраком было успешно покончено, и мы снова двинулись в путь. Дремучий лес снова сменялся бесконечными полями. Иногда мы пересекали реки. Если речки были сравнительно небольшие и не глубокие, то Волколак не останавливался и переходил её вброд или переплывал её со мной на спине. А вот если на нашем пути встречались уже реки, что вброд не перейти, и у реки было сильное течение, то свой рюкзак я оставлял у него на спине и мы переплывали реку поодиночке. Так мы двигались целый день, без остановок на обед, до позднего вечера. Ночёвки мы, обычно, устраивали на небольших полянках. Я, обычно, занимался костром, а Волколак – нашим ужином. Только теперь он уходил в лес после того, как я уже заготовлю дрова. После того, как костёр был разведён, Волколак отправлялся за добычей. Чаще он приносил утку, один раз принёс двух перепелов, сказал смеясь, что случайно на них наступил при беге. Зайцев больше не было. Так прошло около трёх дней, прежде чем мы вышли на проезжую дорогу. Это была извилистая тропинка, по которой тянулись бесконечные следы от телег.