Так как существует пятьдесят различных целей (если сосчитать их все – гражданские и религиозные), для которых женщина берет мужа, то она первым делом тщательно их взвешивает, а потом мысленно разделяет и разбирает, которая из всех этих целей ее цель; далее, посредством разговоров, расспросов, выкладок и умозаключений она выведывает и доискивается, правильный ли она сделала выбор, – и если он оказывается правильным – она в заключение, дергая полегоньку предмет своего выбора так и этак, проверяет, не порвется ли он от натяжения.

Образы, посредством которых Слокенбергий запечатлевает это в уме читателей в начале третьей своей Декады, настолько потешны, что из уважения к прекрасному полу я не позволю себе воспроизвести их – а жаль, они не лишены юмора.

«Первым делом, – говорит Слокенбергий, – она останавливает осла и, держа его левой рукой за повод (чтобы не ушел), правую опускает на самое дно корзины, чтобы сыскать… – Что? – Вы не узнаете скорее, – говорит Слокенбергий, – если будете прерывать меня. —

„У меня нет ничего, милостивая государыня, кроме пустых бутылок“, – говорит осел.

„Я нагружен требухой“, – говорит второй.

– А ты немногим лучше, – обращается она к третьему, – ведь в твоих корзинах можно найти только просторные штаны да комнатные туфли, – и она обшаривает четвертого и пятого, словом, весь ряд, одного за другим, пока не доходит до осла, который несет то, что ей нужно, – тогда она опрокидывает корзину, смотрит на него – разглядывает – исследует – вытягивает – смачивает – сушит – пробует зубами его уток и основу. —

– Чего? ради Христа!

– Никакие силы на земле, – отвечал Слокенбергий, – не вырвут из меня этой тайны, – решение мое бесповоротно».