– Влюблены! – воскликнул Трим, – ваша милость были еще совсем здоровы позавчера, когда я рассказывал вашей милости историю о короле богемском. – Богемском! – проговорил дядя Тоби – и задумался. – Что сталось с этой историей, Трим?

– Она у нас как-то затерялась, с позволения вашей милости, – но ваша милость были тогда так же далеки от любви, как вот я. – Это случилось сейчас же после того, как ты ушел с тачкой, – — с миссис Водмен, – проговорил дядя Тоби. – Она мне всадила пулю вот сюда, – прибавил дядя Тоби – показывая пальцем на грудь. —

– Она так же не может выдержать осаду, с позволения вашей милости, как не может летать, – воскликнул капрал. —

– Но поскольку мы соседи, Трим, – лучше всего, по-моему, сначала учтивым образом ее предуведомить, – сказал дядя Тоби.

– Если б у меня достало смелости, – сказал капрал, – не согласиться с вашей милостью…

– Зачем же тогда я разговариваю с тобой, Трим? – мягко заметил дядя Тоби. —

– Так я бы первым делом, с позволения вашей милости, сам повел на нее сокрушительную атаку – и уж потом заговорил учтиво – ведь если она наперед что-нибудь знает о том, что ваша милость влюблены… – Спаси Бог! – воскликнул дядя Тоби, – она сейчас знает об этом не больше, Трим, – чем неродившееся дитя. —

Золотые сердца! – —

Миссис Водмен уже двадцать четыре часа назад самым обстоятельным образом рассказала о случившемся миссис Бригитте – и в эту самую минуту держала с ней совет по случаю легких опасений относительно исхода дела, которые Диавол, никогда не дрыхнущий где-нибудь в канаве, заронил ей в голову – не дав ей допеть и до половины благодарственное славословие. —

– Я ужасно боюсь, – сказала вдова Водмен, – что если я выйду за него замуж, Бригитта, – бедный капитан не будет наслаждаться здоровьем из-за своей страшной раны в паху. —

– Может быть, мадам, она не такая уж большая, – возразила Бригитта, – как вы опасаетесь, – и кроме того, я думаю, – прибавила Бригитта, – что она засохла. —

– Я бы хотела знать наверно – просто ради него же, – сказала миссис Водмен. —

– Мы всё узнаем досконально не позже как через десять дней, – ответила миссис Бригитта: – ведь покамест капитан будет ухаживать за вами – я уверена, мистер Трим приволокнется за мной – и я позволю ему все, чего он пожелает, – прибавила Бригитта, – лишь бы всё у него выведать. —

Меры были приняты немедленно – дядя Тоби и капрал, со своей стороны, продолжали приготовления.

– Итак, – проговорил капрал, подбоченясь левой рукой, а правой сделав размах, обещавший успех – никак не меньше, – если ваша милость дозволит мне изложить план нашей атаки…

– Ты мне доставишь огромное удовольствие, Трим, – сказал дядя Тоби, – и так как я предвижу, что ты будешь в этой атаке моим адъютантом, вот тебе для начала крона, капрал, чтобы спрыснуть свой офицерский патент.

– Итак, с позволения вашей милости, – сказал капрал (сперва поблагодарив поклоном за офицерский патент), – мы перво-наперво достанем из большого походного сундука шитые мундиры вашей милости, чтобы хорошенько их проветрить и переставить рукава на голубом с золотом – кроме того, я наново завью ваш белый парик рамильи – и пошлю за портным, чтобы он вывернул тонкие пунцовые штаны вашей милости. —

– Я бы предпочел надеть красные плисовые, – заметил дядя Тоби. – Они худо сидят на вас, – сказал капрал.