– Bonjour![173] – Доброе утро!– Как вы рано надели теплое платье!– Впрочем, утро сегодня холодное, и вы благоразумно поступаете – лучше ехать верхом на хорошей лошади, нежели идти пешком,– и закупорка желез вещь опасная…– А как поживает ваша сожительница – ваша жена – и ваши дети от них обеих? Давно получали известия от ваших стариков – от вашей сестры, тети, дяди и прочих родственников?– Надеюсь, они поправились после насморка, кашля, триппера, зубной боли, лихорадки, задержки мочи, ишиаса, злокачественных опухолей и болезни глаз.– Вот чертов лекарь! выпустить столько крови – дать такое мерзкое слабительное – и все эти рвотные – припарки – пластыри – декокты – клистиры – мушки!– И зачем столько гранов каломели? Santa Maria![174] такую дозу опиума! да ведь он едва не отравил – pardi! – все ваше семейство, от мала до велика. – Клянусь старой черной бархатной маской покойной тети Дины, для этого, по-моему, не было никаких оснований.

Так как упомянутая маска немного облезла на подбородке от частого снимания и надевания ее моей теткой, еще до грехопадения с кучером,– то никто из нашего семейства не хотел потом надевать ее. Покрыть маску новым бархатом стоило дороже самой маски – носить же облезлую маску, которая наполовину просвечивает, было все равно что ходить вовсе без маски. —

Это и есть причина, с позволения ваших преподобий, вследствие которой многочисленное семейство наше насчитывает в четырех последних поколениях всего лишь одного архиепископа, одного валлийского судью, трех-четырех олдерменов и одного-единственного скомороха. – —

В шестнадцатом столетии мы могли похвалиться не меньше чем дюжиной алхимиков.