Я почти не спал прошлой ночью — всё время провел, переживая о заключении договора по поводу дела всей моей жизни. Тяжесть, которую ощущаю сейчас — непривычное явление для меня, так как меня нельзя назвать тревожным человеком. Где-то читал, что управление малым бизнесом — одно из самых стрессовых занятий, которым может заниматься человек. Только вот никто не говорил, что стресс начнется еще до того, как бизнес сдвинется с мертвой точки. Чувствую себя измотанным, на взводе и взволнованным одновременно.
Следовало лечь спать несколько часов назад, но беспокойная энергия в теле подтолкнула меня на прогулку по гостиничному двору. Я и представить не мог, что встречу там очаровательную сбежавшую невесту, которая заставит меня ощутить всё то, что я вообще не должен чувствовать по отношению к только что вышедшей замуж женщине. Теперь всё то напряжение, что я чувствовал ранее, больше походило на волнение — такое же, как перед выходом на ринг против устрашающего противника. Уснуть в ближайшее время не получится — это точно.
Расхаживаю по теперь уже пустому и тихому двору, размышляя о разговоре с таинственной девушкой. Мне следовало бы думать о контракте, который только что подписал с моим молчаливым партнером, Райдером Мэлоуном. Райдер верит в меня и в мое видение «The Mill»[15] — современного фитнес-центра в самом сердце Куинса, Нью-Йорк. Он вложил немалые деньги в этот проект, и я обязан полностью посвятить себя новому делу. Позволить себе отвлечься на женщину, даже если это был недолгий разговор, было последним, что я должен был делать, когда на карту было поставлено так много.
Но всё же… Эта беседа напомнила о том, что рядом со мной нет никого, с кем я мог бы разделить один из самых волнующих и важных моментов в жизни. Я не хотел, чтобы наш разговор заканчивался. В ней была искра, внутренняя сила, скрытая под поверхностью. Несмотря на мое поддразнивание — «содержанка» — я сразу понял, что она не такая. В ней было гораздо больше.
Ее голос — гладкий, как шелк, с какой-то неприкрытой наивной искренностью — еще долго будет звучать в моей памяти. Поразительные черты лица представляли собой сочетание силы и утонченности: высокие скулы, прямой нос, полные губы цвета розовых роз на закате.
А ее тело…
Господи, помилуй. Невозможно было не заметить соблазнительные изгибы, подчеркивающие ее хрупкую фигурку, скрытую под слоями белого атласа и кружева. Полная грудь приковывала взгляд над глубоким вырезом платья, заставляя мечтать приблизиться к ней, коснуться губами шеи и вытащить из волос все шпильки, удерживающие великолепные светлые волосы. Тонкая талия, плавно переходящая в округлые бедра, — воплощение женственности.
Когда наши тела повернулись друг к другу, это было похоже на столкновение магнитов — словно сила притяжения сработала мгновенно. Все звуки ночи исчезли, и на мгновение показалось, что во всем мире остались только мы двое. Мы едва успели осознать напряжение, витавшее между нами, как реальность обрушилась на нас с силой грузового поезда.
Она принадлежит другому мужчине — факт, который стал совершенно очевиден в ту минуту, когда он появился, собственнически обняв ее за талию.
Я никогда не уклонялся от вызова, но она — тот вызов, с которым мне не под силу справиться. Существуют неписаные правила — не посягай на чужую жену, — принципы, которые я всегда уважал и соблюдал. Но по какой-то причине сейчас они будто перестают существовать. Никогда в жизни не испытывал такой зависти к другому мужчине.
Что в ней такого особенного? Я едва ее знаю. Черт, даже имени ее не знаю.
Блеск у ножки скамейки, на которой я сидел, привлекает внимание. Наклоняюсь, чтобы посмотреть, и понимаю — это сережка. Поднимаю ее и кручу между пальцами, сразу узнавая серьгу той самой очаровательной невесты, которая одним своим взглядом заставила сердце сбиться с ритма. Серьга сверкает, как бриллиант, ловя свет под разными углами в тусклом освещении. Уже второй раз за эту ночь я вспоминаю слова моей сестры Изабеллы:
«Ты найдешь девушку, которая тебе подойдет, младший брат. Твой алмаз в грубой огранке где-то там — возможно, именно в том месте, где ты меньше всего ожидаешь.»
Когда жизнь закручивалась в водовороте событий, я всегда мог рассчитывать на поддержку сестры. Она была моей опорой, якорем в моменты, когда мне это было нужнее всего. Когда в детстве меня дразнили за лишний вес, сестра отвела меня в YMCA[16] — и купила нам абонемент. Вместе мы бегали на дорожке и плавали в бассейне, пока мое пухлое подростковое тело не стало крепким и подтянутым. Это решение определило мою жизнь на долгие годы вперед. И я благодарен ей за стипендию, которая позволила мне учиться в Сиракузском университете на факультете спортивного менеджмента.
Мы были близки, всегда поддерживали друг друга, особенно когда повзрослели и она начала встречаться с Кристофером, своим парнем, а теперь — мужем. Они были хорошей парой, у них бывали взлеты и падения, как у всех, но хорошего было куда больше. Кристофер заботился о ней так же, как мой отец о матери. Между ними была особая связь, которую мог чувствовать любой, находившийся рядом человек. После стольких лет наблюдений за такой преданностью, мне тоже захотелось испытать нечто подобное.
Сейчас мне двадцать девять, и я так и не нашел того, чего искал. Со временем я перестал гоняться за любовью и сосредоточился на своей мечте — проекте «The Mill». Так продолжалось довольно долгое время. Я отказался от мимолетных связей и за последние пару лет был всего с несколькими женщинами. Не искал ничего серьезного, просто позволял событиям идти своим чередом. К сожалению, ничего не складывалось и часто заканчивалось, так и не начавшись — по непонятным причинам.
А сегодня вечером я встретил сбежавшую невесту, и все забытые желания вернулись с прежней силой. Она была всем, о чем я когда-либо мечтал, и даже тем, о чем не догадывался, что хочу. Как я могу чувствовать такое к женщине, которую едва знаю. Не понимаю, но эти чувства такие реальные. Я хочу эту женщину, но не могу получить. Чувства к ней так же неуместны, как и потерянная сережка. Я разочарован из-за упущенной возможности. Злюсь, что какой-то другой счастливчик добрался до нее раньше. Неважно, что она — первая женщина, которая по-настоящему вызвала во мне такие эмоции. Судьба — капризная сука, дразнящяя таинственной невестой, которая никогда не станет моей.
Кручу сверкающую серьгу между большим и указательным пальцами, наблюдая, как тусклый свет в гостиничном дворике отражается от граней.
— Наверное, мне стоит это вернуть, — бормочу вслух, ни к кому конкретно не обращаясь. Прячу осиротевшее украшение в карман и направляюсь внутрь. Найти банкетный зал не составляет труда — просто иду на звук музыки и веселых голосов гостей. Направляюсь по коридору, вдруг замираю, услышав крики из-за угла.
— Ради всего святого! Ты всё еще в свадебном платье!
Сбавляю шаг и подхожу к вестибюлю в конце зала. Останавливаюсь, увидев ее. Это она — сбежавшая невеста. Муж хватает ее за руку, в его взгляде читается ярость. Невольно делаю шаг назад и частично прячусь за высоким кашпо с пышной листвой.
— Я просто вышла подышать воздухом, Итан. Прости. Честно, я даже не знаю как его зовут. Ай! Больно! Отпусти…
— Нет, — рявкает ее муж.
Какой мудак.
Я шокирован от такого грубого обращения. Инстинкт толкает сделать шаг вперед — я почти выхожу из укрытия, чтобы встать между ними, но в последний момент останавливаюсь.
А мое ли это дело?
В голове быстро прокручиваются варианты. Если я ничего не сделаю, будет выглядеть, будто я одобряю его действия, и я ничем не лучше его. Если вмешаюсь — может начаться скандал. Я не из тех, кто боится, но не хочу быть тем придурком, который испортит чью-то свадьбу. Хотя… возможно, она бы этого хотела. Картинка, где невеста бросает мужа ради меня, вспыхивает в воображении.
Очнись. Этого никогда не произойдет.
Вглядываюсь в ее лицо, пытаясь прочитать эмоции и решить, что мне делать.
— Такого больше не повторится. Обещаю, — шепчет она дрожащим голосом. И кажется, она выглядит испуганной. Во мне закипает кровь. Я знаю таких. Тех, кто самоутверждается за счет женщин, заставляя их чувствовать себя ничтожными. Придурки.
— Хорошо. Больше никаких ссор, — говорит он уже спокойным тоном. Он отпускает ее руку и, кажется расслабленным, но я не доверяю этому ублюдку. Когда он протягивает руку к ее лицу, я едва не выбегаю из своего укрытия, но он всего лишь касается ее уха.
— У тебя нет серьги.
— Да? — отвечает она. — Наверное, потеряла снаружи.
Я опускаю взгляд на свою ладонь — в ней сверкает та самая серьга. И в этот момент я задаюсь вопросом: стоит ли сейчас выйти из тени?
— Неважно, Джиа. Это всего лишь бижутерия. Забудь. Нам нужно вернуться на вечеринку. Это неуважительно по отношению к нашим гостям.
Джиа.
Вот как ее зовут.
Он обхватывает ее талию властной, стальной хваткой, и они уходят. Двери в банкетный зал закрываются за их спинами, и я выхожу из своего укрытия.
Рядом с дверью, на подставке в форме буквы А стоит черная табличка, на которой написано золотыми буквами.
Я хмурюсь. Они не выглядят счастливой парой. Девушка, с которой я едва успел познакомиться, заслуживает лучшего. В ней есть искра, а он, похоже, хочет ее погасить.
Странное чувство поселяется внутри. Сжимаю серьгу в кулаке и снова прячу в карман. Отворачиваюсь от вывески с надписью «долго и счастливо» и направляюсь к лифтам. Грудь сжимается от необъяснимого чувства утраты — по девушке, которая никогда не была моей.
Впервые с того самого момента, как увидел ее очаровательное лицо, пожалел, что вообще встретил эту женщину.
Проще было бы не знать, что где-то есть девушка, которая, возможно, идеально мне подходит, чем знать, что она недосягаема — потому что принадлежит такому типу, как он.