Следующие несколько дней я провожу, исследуя три квартала вокруг своей квартиры. Я наконец-то раздобыла карту метро. Даже нашла места, где можно спрятаться, если понадобится, — круглосуточную закусочную с таксофоном и женский приют в трех минутах ходьбы. Также занимаюсь поиском работы, но мне нужно неофициальное трудоустройство, а выбор невелик. Я могу выгуливать собак, убирать дома, работать барменом или официанткой — если только не попросят номер социального страхования, который Итан может использовать, чтобы отследить меня.

Пока я ничего не нашла, и занять себя чем-либо непросто. Сплю плохо, и днем всё чаще вздрагиваю от каждого шороха. Понимаю, что веду себя нелепо, но ничего не могу с собой поделать. Именно поэтому я пришла в хозяйственный магазин, на который наткнулась накануне.

Замок на двери моей квартиры — обычный одинарный засов с дверной ручкой, который можно взломать при помощи простой карты. Мне необходимо обновить систему безопасности в доме, чтобы появилась хоть какая-то надежда на спокойный сон. Однако, глядя на ряды с гайками, болтами, инструментами и деревянными досками, понимаю, что не имею ни малейшего понятия, что мне нужно. Знаю лишь одно — хочу добавить еще один засов. После того, как Итан выбил дверь в отеле, я решила сделать баррикаду из пары досок с петлями — так, чтобы их можно было поднимать и опускать. Никто больше не ворвется ко мне.

Выбрав, как мне кажется, всё необходимое, тащу покупки домой. Оскар выходит из здания как раз в тот момент, когда я вхожу.

— Ого, милая леди! — с удивлением говорит арендодатель. — Позволь мне помочь.

Передаю ему две тяжелые деревянные доски длиной четыре фута.

— Спасибо.

— Что-то нужно починить? Если да, ты должна была сказать мне.

— Всё в порядке. Я просто хочу установить дополнительный замок на дверь, — объясняю. Он смотрит на меня скептически, взгляд скользит по моим покупкам, но мужчина ничего не говорит. Вместо этого доносит доски до моей двери и оставляет меня с ними.

Через полчаса, когда я с трудом вкручиваю петлю в стену, Оскар возвращается с дрелью, небольшим металлическим кейсом и бейсбольной битой.

— Что это? — спрашиваю.

— С дрелью тебе будет проще, чем со старой отверткой. В кейсе есть сверла разных размеров.

— Ого! Просто отлично, Оскар. Спасибо. Я верну тебе это сегодня позже.

— Оставь себе. Это мой старый набор. У меня есть еще.

— А бита? Для чего она?

На его лице на секунду мелькает суровое выражение, затем он понимающе улыбается.

— На всякий случай, если новый замок не сработает. Можешь, конечно, пойти на модные курсы самообороны в «The Mill», но иногда лучше действовать по старинке, — подмигивает он.

Когда он уходит, я ошеломленно смотрю ему вслед, пока он не исчезает за углом. Впервые задумываюсь, насколько много Тедди рассказал ему. Не знаю, стоит ли волноваться — или радоваться, что кто-то здесь, на моей стороне.

Я смотрю на биту. И без тени сомнений знаю, что буду держать ее рядом с кроватью. Не могу поверить, что не подумала об этом раньше. Упоминание о курсах самообороны зажигает интерес, и я задумываюсь, не зайти ли в спортзал. Окидываю взглядом беспорядок из инструментов и приспособлений. Я уже на полпути к тому, чтобы добавить дополнительную защиту к двери. Когда закончу — обязательно загляну в спортзал. Обучение самообороне никогда не будет лишним.

И, возможно — просто возможно — мельком увижу Дерека Миллса, пока буду там.

* * *

Прохожу через поворотные двери в The Mill. Яркие флуоресцентные лампы освещают дорогие тренажеры, а воздух пропитан потом и запахом резины. Стук кроссовок по беговым дорожкам, глухие удары ракетбола и мотивирующие крики тренера, поддерживающего тяжелоатлета, создают высокооктановую атмосферу.

Подхожу к стенду с брошюрами, рекламирующими программы спортзала, и нахожу ту, что посвящена самообороне. Внимательно читаю, довольная тем, что вижу, но замираю, заметив ценник. С таким бюджетом я не могу себе этого позволить. Закрываю брошюру и тянусь, чтобы положить ее обратно, но взгляд цепляется за фотографию женщины на обложке. Она стоит в боевой стойке — гордая, уверенная. Больше всего впечатляет ее взгляд: свирепый, решительный. Невольно завидую.

Легкое похлопывание по плечу заставляет меня вздрогнуть. Оборачиваюсь — передо мной стоит Дерек Миллс с виноватым видом.

— Блядь! — выдыхаю, хватаясь за грудь. — Не подкрадывайся так!

— Извини, не хотел. Я трижды позвал тебя по имени, но, видимо, ты не услышала.

— Что?

— Тебя ведь зовут Вэл, да? — шутит он. Его улыбка дружелюбная, но взгляд странный — будто он догадывается, что это не мое настоящее имя. У меня сжимается живот. Мне срочно нужно привыкнуть к новому имени — иначе рискую себя подставить.

— Да… Вэл. Меня зовут Вэл, — говорю, стараясь привыкнуть к звуку, срывающемуся с губ. Дерек прищуривается, но тут же мягко улыбается.

— Ну, Вэл, что привело тебя сюда? Готова воспользоваться бесплатным пробным абонементом?

— Пока не знаю. Просто смотрю брошюры. Занятия по самообороне входят в пробный месяц?

— Всё, что видишь в списке, включено. Но предупреждаю — занятия проходят только два раза в неделю. Чтобы получить реальные навыки, нужно посещать занятия как минимум три месяца.

Мои плечи опускаются при мысли о том, во сколько это мне обойдется.

— Мне нужно подумать, — отвечаю я. — Определенно воспользуюсь бесплатной месячной картой, но пока только осваиваюсь в городе, мне нужно найти работу, прежде чем брать на себя серьезные расходы.

— Хм-м, может, я могу помочь. Какой у тебя опыт?

Он улыбается легко и стоит достаточно близко, чтобы я уловила его запах. Его одеколон пахнет свежестью и древесиной с легкой пряной нотой. Напоминает мне о теплом воздухе у озера, окруженного вечнозелеными елями.

— Не хочу признаваться, но мой основной опыт работы — официантка и бармен.

— Тогда тебе повезло. Моя сестра с мужем владеют рестораном «Camilla's». Это модное итальянское место. Недавно зять упоминал, что ищет хорошую официантку. У них всегда много клиентов, и, насколько я знаю, хорошие чаевые.

— Где находится ресторан? — спрашиваю и впервые с момента приезда в Нью-Йорк чувствую проблеск надежды.

— В Маленькой Италии[38], — отвечает он. Хмурюсь, вспоминая карту. Он замечает это и добавляет:

— Примерно в тридцати минутах на метро отсюда. Хочешь, покажу?

Качаю головой, вспоминая маршруты, которые уже изучала на карте метро.

— Думаю, разберусь. Спасибо. А как связаться с твоим шурином?

— Его зовут Кристофер Пастори. Могу позвонить ему. Но… — он замолкает, нахмурившись.

— Но что? — подталкиваю.

— Прежде чем я это сделаю, стоит упомянуть одну вещь. Это может показаться странным, но скорее всего, работа неофициальная. Надеюсь, это не проблема.

Неофициальная!

Дерек понятия не имеет, насколько это важно для меня. Я и сама не смогла бы придумать лучше. Тем не менее, мне нужно убедиться, что не ввязываюсь во что-то теневое просто потому, что это удобно.

— Есть ли причина, по которой мне стоит беспокоиться?

— Нет. Кристофер — хороший парень. Я и сам не знаю, почему они всё делают именно так, — пожимает плечами Дерек. Потом смеется и качает головой: — С того дня, как моя сестра вышла замуж за итальянца, я перестал задавать лишние вопросы. Достаточно насмотрелся «Клан Сопрано»[39]. Надеюсь, тебя это не смущает.

Мне все равно, даже если его зять сам Аль Капоне[40] — лишь бы эта работа помогла мне спрятаться. Я расплываюсь в широкой улыбке.

— Тогда определенно да! Здорово! О, боже, я прямо сейчас готова тебя поцеловать! — как только слова вылетают из моего рта, осознаю, что я сказала. Брови Дерека взлетают к волосам, а мои щеки пылают двадцатью оттенками красного. Пытаясь выглядеть менее смущенной и отчаянной, неловко улыбаюсь и объясняю свое чрезмерное рвение: — Прости. Я просто так устала искать работу, а тут такое идеальное предложение, и в самый подходящий момент.

— Всё нормально, — заверяет он, одаривая меня лукавой улыбкой, от которой внутри всё трепещет.

К моему удивлению, он достает телефон. Я не ожидала, что он позвонит своему зятю прямо сейчас. Когда он набирает номер, едва сдерживаюсь, чтобы не подпрыгнуть от волнения и молча молюсь, чтобы Кристофер ответил.

— Крис! Привет, мужик! Ты всё еще ищешь официантку? — короткая пауза, и Дерек показывает мне большой палец вверх. — Отлично, потому что у меня есть идеальный кандидат на эту должность.