— Все будет хорошо, — держит за руку, а меня снова пробивает волной боли.

Схватки начались еще час назад, усиливаясь по-нарастающей. Убью кого-нибудь! — хищно посматриваю на виновника моих «проблем».

— Откуда ты можешь знать, что все будет хорошо? Из тебя выходил другой человек? — снова боль разрывает внутренности, и я поскуливаю, закусив губу.

Туман бледный, растерянный. Складка между бровей так и вросла, делая его хмурым букой.

— Лиля, родная! Если бы я мог тебе помочь и взять все схватки на себя…

Становится весело. Я даже представила Тумана с большим животом. Он делает губы трубочкой и дышит: раз-два-три! — вдох, раз-два-три! — выдох! Но я тут же получаю расплату за мстительные мыслишки, сильная схватка тряхнула так, что начинаю орать.

— Тужьтесь! Ребенок идет! — подстегивает акушерка.

Спазмы сотрясают все тело один за другим. Зарычав, хватаю руку мужа и прокусываю запястье. Видели бы вы этот ошалелый взгляд, будто я на глазах хорошего мальчика кролика живьем загрызла. А он такой: «вот от тебя совсем не ожидал!». А чего это одна я мучаюсь, да?!

— Поздравляю! У вас девочка! — нам показывают маленькое розовое пищащее создание. — Папа перережет пуповину? — врачиха смотрит на Тумана.

У сильного, брутального мужика — дикое выражение лица: сбежать! Его трясет мелкой рябью, я слышу скрежет зубов. Это первые роды, на которых он присутствует. С Даней просто отвез в роддом, а потом встретил… Игорь усиленно мотает головой, что это — без него.

Туман

Ежтвоюмедь! Сползаю на стул в коридоре практически без сил. Чтоб я еще раз! Да ни в жизнь! У нас — комплект! Кошусь на палату, где сейчас отдыхают мои девочки. Пытаюсь выровнять дыхалку и двигаю кулаком в грудину, чтобы успокоить сердце. «Дебил!» — хватаюсь за голову. Цветы же надо! Лихорадочно начинаю думать, какую хрень еще закупить для них. И к Дане с Вовкой поеду.

Усыновили мы парня, оставшегося сиротой. Сначала он мыкался у тетки, которая успела оформить опеку, но спускала все деньги на собутыльника. Приехал навестить и волосы на затылке зашевелились от увиденного. Парень худой, бледный, совсем замкнулся. Сидит в тетради что-то рисует обычной шариковой ручкой. Отреагировал только на имя жены, словно вспомнил что-то очень светлое и хорошее.

— Вов, хочешь, к нам поедем? Помнишь Лилю? — сердце кровью налилось от такой надежды во взгляде.

Позвонил Лиле и рассказал все, как есть. Жена тут же согласилась принять подростка. Любви этой женщины хватит еще на одну заблудшую душу.

Имя для сестренки выбирали именно наши мальчишки. Надя — наша Надежда на будущее.

Конец.