Облизнув губы, пыталась почувствовать вкус поцелуя Тумана. А пусть думает, что хочет! В теле приятно ныло. Подмурлыкивая радиоволне, стартанула со стоянки, утопив педаль в пол. Чувство драйва. Когда ты совершил что-то ранее запредельное для себя. В голову лезли шальные мысли «чего бы еще такого вытворить?». Клише «хорошей девочки» сыпалось на глазах. Я сейчас не думала о Тумане, не думала о своем бывшем муже… Запах мужчины от тела, будоражил.

Кто-то настойчиво назвякивал. Телефон скакал на соседнем сидении, требуя ответа.

— Серебрякова! — рык Игоря. — Ты выпила и села за руль?

«А, точно! Но, я всего глоток успела сделать» — мысленно оправдывала себя.

— Где ты? — настойчиво донимал голос.

— В городе пока! — хихикнула.

— Лилька, прекрати дурить! Остановись в ближайшем кармане и скинь мне геолокацию!

— Туманов, а на губной гармошке тебе не сыграть? Подумаешь, присунул один раз, а уже права качаешь, будто я, негодница, поматросила, бросила и все запылесосила!

Ну, вот и ладненько. Игореша скинул вызов. Раскомандовался тут! Увидев по курсу супермаркет, решаю закупиться продуктами, и приготовить что-то вкусное. В квартире родительской совсем пусто. Мама ударилась в паломничество по святым местам, отмаливать за нас грехи. Отец вечно где-то пропадает… Даже не интересно спрашивать про его занятость. Вот, заведу себе собаку! Французского бульдога, например — начинаю улыбаться, вспоминая смешного чебурашкина, не по-собачьи смышленого.

Качу тележку, увлеченно складывая в нее всякие вкусные нужности. Хоть я девица высокая, но до верхней полки не достаю. Для кого закинули наверх оливки, ироды? Скачу, пытаясь взлететь, и по возможности ничего не уронить.

«Моя!» — хочу орнуть, наблюдая за рукой, которая свободно схватила мою присмотренную баночку. Провожаю тоскливым взглядом оливки, которые падают в мою же тележку.

— Ну, ты горазда пожрать, Серебрякова! — вздохнул Туманов, рассматривая гору продуктов.

— Моя суперсила — есть и не толстеть, — показываю язык, и толкаю свою складовку на колесиках.

— Детский сад! Связался на свою голову, — слышу ворчание за спиной.

— Вот и ходи мимо! – огрызаюсь, тыча в широкую грудину пальчиком.

Предостерегающий взгляд синих глаз, говорящий, что его терпение не безгранично.

— Я теперь понимаю, почему от тебя сбежал Никитос…

Зря он так. Очень зря! Рука сама потянулась за багетом. Увернулся, гад! На шпильках бегать неудобно! Сначала за Туманом, потом от охраны отбиваться… Спеленали, обхватив руками, демоны! Кручусь гусеницей, повизгивая, и пытаюсь кусаться.

— Мужики, спасибо! Дальше я сам, — дрыгающуюся меня тащат к джипу.

— Мои продукты! Без них не поеду! — выкрикиваю лозунги голодной и расстроенной женщины.