Здравствуй, Кей. Это Герда из Амстердама.

Хочется верить, что ты ещё помнишь меня…

Как поживает та роковая дама,

Что увезла тебя с площади на санях?

С ней ты, конечно, выглажен и причёсан,

Если не лев, то как минимум светский лис.

Помнится, ты писал, что летом пересечёмся,

Двести прошло, а мы так и не пересеклись.

Кто виноват? Кто из нас обещал беречь «нас»?

Может быть, ты? Ах, прости, у тебя дела:

Ты собираешь из кубиков слово «вечность»,

Но королева двух кубиков не дала…

Я избавляюсь от горестных сожалений:

Раз не вернулся, то, стало быть, — не моё.

Всюду разбойники, вороны и олени,

А ты охлаждаешь кубиками «Мойот»…

Только не надо считать, что ты просто жертва, —

Тёплый «Мойот» в животе разгоняет желчь,

А мне остаётся для остроты сюжета

Замок разрушить, а королеву сжечь.

Не представляю, как я проникаю в замок

И застаю вас в постели в объятьях сна…

Кстати, о вечности, — я собираюсь замуж,

Не за советом — хочу, чтоб ты просто знал.

Парень старается — будут камин с диваном,

Двое детей, а не просто в шкафу скелет…

Я назову их Гансом и Христианом.

В общем — до связи. Ещё через двести лет.