Нож для мяса не любил борщей,

Но любил умыться свежей кровью,

Презирая нож для овощей,

Он не запятнал себя морковью,

В праздник шашлыков и барбекю

Он бывал особенно надменен,

Про его высокое ай-кью

Перед смертью спорили пельмени,

Был он чёрным кухонным ножом,

Этаким задиристым латино,

Но хвалился, что произошёл

От французской мамы-гильотины.

Нож для овощей был малышом,

Но весьма востребованным в резке,

Он умел по-русски хорошо,

И весьма неплохо по-еврейски,

Мякоть ни одну не упускал,

Измельчал и корнеплод, и семя,

Был приятель всякого куска,

Спал в отделе с вилками, со всеми.

Он любил публично подколоть

Мясника в присутствии клубники,

Но барашка розовую плоть

Видел только в кулинарной книге.

Пацаны рубились много лет,

Со времен «совка» и перестройки,

Не лежали рядом на столе,

Не были в одной посудомойке,

В соцсети «Зарежу_точка_ру»

Друг о друге отзывались гнусно,

Называя брата по перу

Язвой кулинарного искусства.

Нож для мяса думал, что большой,

Нож для овощей — что популярный…

… Я вчера на даче их нашёл

В ящике с гвоздями и столярным —

Ржавчины гнилая желтизна

Покрывала славные доспехи.

И тогда я чётко осознал

Главный смысл теории успеха:

Время всё расставит по местам,

У него свой собственный порядок,

Как бы ты, приятель, ни блистал,

И какие б ни носил наряды.

Вилок алюминиевый гарем

Ценит экшен, а не благородство.

Только время — главный конкурент,

Только с ним и следует бороться!