Время шло, а пилоты «мусорщика» сидели в своих креслах.

Джек – скучал, Марк нервно поглядывал на часы.

– Так что, какие наши действия? – спросил стажер, которому не терпелось поскорее покинуть опостылевшую за сегодня кабину судна.

– Подожди немного, уже скоро нам должны прислать сообщение, когда можно войти в карантин.

– Ну, так пойдем, подождем там у ворот. Где он, этот карантин?

– Да здесь, – кивнул в сторону Марк. – В ангаре воротца небольшие имеются и они ведут сразу в карантинный шлюз.

– Понятно. А в ангаре по-прежнему дым?

– А чего там изменится? – пожал плечами Марк. – Воздухоочистку всю менять нужно, а это тебе не «мусорщик», тут масштабы вон какие. Правда, главный инженер сказал, что подали заявку на наружный блок. Но станция у нас старая, на нее столько дополнительных блоков поналепили, что уже дважды пересматривали разрешения по орбитальной массе.

– Да уж. То-то я замечаю, что у нас коррекция слишком часто включается, аж стены дрожат.

– Вот-вот. Больше масса, быстрее сползает с орбиты. Вот и тратимся на топливо для коррекции. А к этому еще и емкости для топлива нужны дополнительные. Одним словом – все по кругу, а выход один – менять всю станцию. Первую и Четвертую вот поменяли, они самые старые были, так теперь они по размерам втрое меньше, чем прежние.

На наручных часах Марка сработал сигнал и на экранчике высветилось сообщение.

– Ага, вот и долгожданное письмо, стажер! – воскликнул Бачинский вскакивая и устремляясь к выходу. – Давай, ноги в руки и бежим – у нас очень мало времени!

– А почему мало времени? – догоняя его спросил Джек.

– Приготовься, там теперь накурено хуже прежнего! – предупредил Марк игнорируя вопрос. Они прошли стыковочный шлюз и встали возле двери за которой уже начиналась рабочая атмосфера ангара.

– Как выскочим – сразу направо! Там в углу ворота, понял?

– Понял! Марк, а у тебя тут нет каких-то защитных масок с фильтрами? – спросил Джек, помня, как добирался через ангар сквозь дым и сажу.

– Своевременное напоминание, Майк! Что же ты раньше не спросил? Есть у меня все новенькое и запакованное, но сейчас на это уже совершенно нет времени!..

– Да почему нет-то?! – воскликнул Джек, но стальная дверь уже открылась и он вслед за наставником выскочил в туман, грохот и треск разноцветных искр, изливавшихся потоками во всех секторах ангара.

Стараясь не дышать, Джек проворно перебирал ногами, чтобы не потерять из виду новый комбинезон наставника, на котором удивительным образом, поубавилось сажи и масляных пятен.

«Надо будет спросить об этом,» – сделал себе заметку Джек, не будучи уверен, что запомнит, поскольку очередная попытка вдоха напомнила ему, как он впервые попробовал джин, который они с приятелями купили при участии местного алкоголика за награду в полстакана.

Это был самый дешевый джин и один его глоток приводил к спазму в глотке.

Вот и сейчас, почти те же ощущения. Но вот и долгожданные ворота, одну из створок которых своевременно распахнул один из механиков.

Марк с Джеком заскочили внутрь и сумели наконец, вздохнуть, хотя и здесь воздух еще крепко отдавал металлической окалиной.

Пропустивший их механик был в маске с фильтром, а дальше имелась еще одна дверь в многоуровневый переход, состоявший из нескольких изолированных отсеков-барокамер. Это требовалось для постепенного перехода из нормального давления, которое поддерживалось в ремонтном ангаре, в атмосферу карантинного шлюза, давление в котором бывало разным.

А во время принятия объекта и вовсе отсутствовало.

В последней, перед карантинным помещением камере оказалось попросторнее – тут имелась даже пара скамеек, на которых сидели трое механиков в скафандрах, но со снятыми шлемами.

– Привет, ребята, – поздоровался Бачинский. – Что там с давлением?

– Горы, Марк. На данную минуту высота – три восемьсот.

– Годится, – кивнул тот. – Стажер, у тебя горной болезни нет?

– А что это такое? – осторожно поинтересовался Джек и покосился на механиков.

– Значит – нет. Тогда, вперед, Майк! Времени у нас почти не осталось…

С этими словами Бачинский повернул рычаг блокировки и массивная стальная дверь сделала «пфф!», отдавая часть воздуха ангару.

Марк вышел наружу и Джек, которому уже передалась лихорадка его наставника, тотчас последовал за ним и надавив на дверь, помог Бачинскому заблокировать замок, а когда обернулся – обомлел. Их добыча стояла в ярком свете прожекторных фонарей и выглядела, как реквизит с какой-то съемочной площадки фильма про фантастику.

Приземистый, хищный корпус почти черного цвета, небольшие крылышки «на спине», а на них двигатели – четыре штуки, и еще подвески с «пушками» – именно так определил Джек те устройства, которые там располагались.

Заглядевшись на все это, он хрипло закашлялся, сказывалось высотное давление, которое пока еще не достигло нормального.

Тем временем, Марк при помощи бригадира механиков, подтащил лесенку к тому месту, где над бронированным корпусом узнавались силуэты рубки управления.

Проворно взобравшись наверх, Бачинский принял поданный с кран-балки гравитационный захват и разместив его «лапы» на защитном колпаке, быстро спустился с лестницы.

После этого они с бригадиром и Джеком, которого увлекли за собой, спрятались за стойкой с компрессорами и оттуда механик с помощью пульта включил тягу.

После пары секунд надсадного жужжания послышался хлопок и выглянувшая из-за компрессоров команда обнаружила колпак рубки поднятым.

– Вообще-то, по инструкции, мы в этот момент должны быть в защитных масках, – сказал механик.

– Ну, у нас то их нет, а ты почему шлем снял? – спросил Марк, все еще не выходя из под защиты компрессоров.

– Да запарился я в нем, пока эту твою байду в стропы ставили.

– Масса какая?

– Сто четыре тонны с копейками…

– Да уж, подарочек.

– Время, Марк! Мы же вроде куда-то спешили! – напомнил Джек, не в состоянии отвести взгляда от поднятого колпака рубки.

– Ты с нами? – спросил бригадира Марк, делая шаг из убежища.

– Нет, мне уже и за это «прилетит», а уж чего там еще будет… Не, не надо, – отмахнулся механик и отвернувшись пошел в угол ангара.

– Правильное решение, – согласился Бачинский и крадучись, словно охотник и не отводя взгляда от поднятого колпака, стал приближаться к лесенке. Джек, в точности копируя его манеру, двигался в шаге позади.

Сейчас, он не замечал даже «высокогорного» разрежения воздуха, так сильно был захвачен предчувствием какой-то тайны.

Марк стал подниматься по лесенке и Джек последовал за ним – она была достаточно крепкой и лишь поскрипывала под двойной нагрузкой.

Вот и край рубки. Джек ожидал увидеть вывороченные язычки замков или другие повреждения, но край колпака выглядел неповрежденным.

Оказавшись на верхней площадке лестницы, Марк с Джеком замерли, по-гусиному вытягивая шеи, чтобы рассмотреть все, что хотелось, но при этом не касаясь корпуса аппарата.

– Ну, и что тут? – почти шепотом спросил Джек, слегка разочарованный простотой панели управления.

Здесь не было никаких экранов, диграммеров, джойстиков и контрольных лампочек. Только какие-то впадины и неглубокие отверстия на «понтовой торпеде», как про себя назвал это Джек.

Нечто похожее просили для салонов машин заказчики, желавшие поразить пассажиров. Чтобы все темно-матовое и ничего не разобрать, но чтобы с места водителя все приборы было прекрасно видно.

– Простовато выглядит? – спросил Марк.

– Да. Я ожидал приборов в разы больше, чем у нас, а тут…

– А тут вон – два контрольных отверстия для подключения, вероятно, шлема.

– Один разъем для шлема, а второй?

– Хрен знает, что у них за физиология. Правда, кресло по форме, почти как наше, – заметил Бачинский.

– Только под пилота килограммов на двести пятьдесят.

– Это да. Под крупного пилота.

– Ну, а где он этот пилот? Выходит, аппарат остался без управления и его вынесло к нам? Может просто с какой-то стоянки сорвало?

– Нет, стажер, был пилот. Видишь тут везде сажа осела?

– И ты думаешь?..

– Да, это и есть то, что осталось от пилота.

– Но колпак-то цел!

– Цел. Но ты заметил, что на двигателях и пушках нет сквозных отверстий в стволах и соплах? Принципиально другие технологии.

– А ведь точно! – воскликнул Джек. – Значит и этого – прямо через колпак?..

– Прямо через колпак, – подтвердил Марк и они оба осторожно вздохнули.

Внезапно, лестница под ними затряслась и заходила ходуном, после чего Марк скомандовал:

– Валим!..

И они с Джеком стали торопливо спускаться.

Как оказалось, лестницу тряс бригадир, который тотчас оттащил ее в сторону, едва Марк с Джеком с нее соскочили.

Причем, стажер не сразу понял в чем дело, но все встало на свои места, когда в карантинный ангар ворвалась команда в легких черных скафандрах, с каким-то фантастическим оружием и командиром, которого можно было опознать по осанке и отсутствии «автомата».

По мнению Джека, эта группа, как нельзя лучше подходила к добытому Марком аппарату. По крайней мере – внешне, впрочем, до четверти тонны веса эти ребята, конечно, не дотягивали, хотя и были на голову выше их с наставником.

Пилотов вывели через вереницу шлюзов обратно в ангар и понукая тычками стволов в спины, погнали к выходу на причал, где располагался «мусорщик» Бачинского.

Джек был настолько удивлен происходящим, что почти не замечал жуткой атмосферы ремонтного ангара, где ни на миг не прекращалась работа.

Когда конвой прибыл к выходу на причальный парапет, Джек ожидал, что потребуется помощь – его или Марка, чтобы открыть дверь, но конвоиры обошлись своими ключами и вскоре пилоты уже стояли перед дверью своего «мусорщика», которая также оказалась открытой.

Дюжие конвоиры затолкнули пилотов внутрь, захлопнув двери и оставшись в шлюзе.

Марк с Джеком переглянулись и наставник первым вышел из-за угла, увидев в своем кресле незнакомого мужчину в дорогом костюме.

При появлении хозяина судна, а за ним и стажера, гость неторопливо поднялся и одернув пиджак, сказал:

«Ты что же, сволочь, думаешь, что доверие к тебе является одновременно всепрощением?»

Именно такую фразу заготовил капитан из очень важной организации, однако это были только его личные эмоции.

Начальство же делегировала ему права сказать другое.

– Вы, что же, Бачинский, решили, что доверие к вам является одновременно и всепрощением?

– Нет, сэр, я такого даже не допускал, – ответил Марк, уже понимая с кем имеет дело.

– Тогда почему вы не вызвали буксир?

– Сэр, дело в том, что эта штука валилась прямиком на «нулевые орбиты», а там было не протолкнуться. Вот я и рискнул, потерял пару манипуляторов, но удержал его уже, практически, на пороге катастрофы. А потом, так по ходу и потащил к нашей станции – ближе ничего не было.

– Ближе не было! – подтвердил из-за спины наставника Джек, слегка обескураженный происходящим.

– Почему не вызвали буксир? Почему шантажировал главного инженера повреждением ворот!?. – перешел на крик капитан, однако чувствовал, что недорабатывает. Судя по лицам пилотов они его не боялись.

Были удивлены – да, но никакой паники.

«Да я вас на „Лиму-Желтую“ упеку! Да я вас… Нет, не годится.»

– Это было первое и последнее предупреждение, Бачинский. Не забывай с кем ты имеешь дело. А если еще вздумаешь и болтать на эту тему…

И не досказав очередной угрозы, строгий гость прошел мимо посторонившихся пилотов, свернул за угол и было слышно, как одна за другой лязгнули замками тяжелые двери.

– И что это было, Марк? – спросил Джек осторожно опускаясь на штурманское кресло.

– Ты же слышал – предупреждение. Причем последнее, – сказал Марк, занимая свое пилотское кресло.

Они помолчали, каждый по-своему обдумывая случившееся. Чем это им теперь грозило?

– Эй, а что же мы сидим!? – воскликнул Марк, вскакивая.

– А что такое!? – в свою очередь воскликнул Джек, вскакивая и готовясь к каким-то очередным неприятностям.

– Так в столовку же собирались!

– Ах, вот ты о чем, – кивнул Джек и переведя дух расслабленно улыбнулся. – Я с этими приключениями, совсем о столовке забыл.

– Но теперь мы пойдем через этот океан малополезных газов хорошо оснащенными, – добавил Марк и достал из своих закромов две упакованные в пластик маски с универсальными фильтрами, которые отфильтровывали все – от продуктов сгорания с вредными примесями до инертных газов.