Вашингтон, округ Колумбия

Понедельник, 10 апреля 2023 года

19:48

В свои пятьдесят шесть лет Аннетт Паккард сохранила атлетическое телосложение благодаря сочетанию пилатеса и плавания. Пилатесом она занялась не так давно, а вот плавание было у нее в крови. В подростковом возрасте она мечтала попасть в олимпийскую сборную США и имела все шансы на это, но травма плеча отняла у нее полсекунды на дистанции четыреста метров баттерфляем, и вместе с этой долей секунды ее карьера пловчихи была окончена. Несмотря на то что ей рано пришлось бросить плавание, она, как и многие, кто вырос на этом виде спорта, продолжала любить воду. В этом ей помогало то, что в здании имени Дж. Эдгара Гувера находился бассейн олимпийского размера. Здание Гувера, в котором располагалась штаб-квартира ФБР, считалось самым уродливым зданием в Вашингтоне, и бассейн только подтверждал это. Он был расположен на втором подземном уровне и представлял собой ветхое месиво из разбитой плитки и плохо залатанного бетона. В гигантском помещении не было ни окон, ни естественного освещения, только плохо работающие подвесные люминесцентные лампы, вечно нуждающиеся в замене. Но когда Аннет работала допоздна, как в этот вечер, круглосуточный доступ в бассейн был как нельзя кстати. У нее была карточка частного фитнес-клуба в пригороде, но бассейн, находящийся там, закрывался в семь вечера, а ее текущий проект редко позволял ей так рано уходить с работы.

Она вышла из душевой в зону между женской раздевалкой и бассейном и с радостью увидела, что из шести дорожек занята только одна. На ней пожилой джентльмен бороздил водные просторы чем-то средним между брассом и собачьим стилем. Это был Лен Палмер, восьмидесятилетний специальный агент в отставке, который проходил реабилитацию после протезирования тазобедренного сустава. Аннетт знала историю жизни этого человека по их разговору на прошлой неделе, когда бассейн был переполнен и ей пришлось делить с ним дорожку. Сегодня она направилась к бортику с противоположной стороны от той, где плескался Лен.

Аннетт Паккард проработала в ФБР двадцать пять лет. Она начинала как оперативник, но быстро поняла, что носить пистолет и гоняться за плохими парнями не ее призвание. Через год ее перевели в отдел наблюдения, а еще через два года поручили провести предварительное расследование в отношении окружного прокурора с губернаторскими амбициями. Именно в этой оперативной группе Аннетт в свои тридцать четыре года, разочаровавшись в работе в ФБР, нашла свое призвание. Она выяснила, что иногда таланты раскрываются, даже если их не развивать, а цели достигаются, если к ним не стремиться и даже не знать об их существовании.

Попав в эту оперативную группу между тридцатью и сорока годами, Аннетт Паккард развила в себе способность вникать в личные дела людей. С годами она доказала, что чертовски хороша в этом деле. Пожалуй, лучше всего ее способности вскрывать человеческую жизнь и выискивать в ней тревожные детали подходит эпитет «безжалостная». В последние годы, когда видные политические деятели проходили проверку, именно Аннетт Паккард поручали вести расследование. Бюро по-прежнему требовало от нее носить огнестрельное оружие, но вместо того, чтобы гоняться за плохими парнями, она вынюхивала секреты, которые политики пытались закопать и спрятать.

Она заправила выбившиеся пряди волос под плавательную шапочку и прыгнула в бассейн. Обхватив грудь руками, резко опустилась на дно. Холодная вода была похожа на объятия старого друга. Многие жаловались на низкую температуру воды в бассейне, но Аннетт предпочитала похолоднее. Прохладная вода не давала ей перегреться и приводила ум в состояние острой сосредоточенности. Она согнула колени, когда ее ноги коснулись дна, оттолкнулась от него, выпуская воздух из легких, и вынырнула на поверхность. Прижавшись к стене, сделала глубокий вдох и сильно оттолкнулась от крошащейся плитки, проплыв под водой половину длины бассейна, прежде чем начать двигаться вольным стилем.

После трех заплывов по дистанции она вошла в ритм и держала его в течение тридцати минут, почти не замечая участившегося пульса. После такого количества лет, проведенных в воде, чтобы устать, ей нужно было изрядно потрудиться. Если она хотела настоящую кардиотренировку, нужно было поднажать, что она иногда и делала. Но в основном она предпочитала медленное и равномерное сжигание жира. Это позволяло не набирать вес и поддерживать мышцы в тонусе. Кроме того, можно было упорядочить мысли, чего и требовала ее должность в Федеральном бюро расследований.

Через сорок минут она решила избавиться от остатков лишних калорий на стометровом спринте. Сделала сальто у стены и длинными гребками погрузилась в воду, выплескивая оставшуюся энергию в воду за собой. Приближаясь к последнему повороту, она почувствовала чье-то присутствие рядом: кто-то стоял на краю бассейна и наблюдал за ней. Она прервала поворот под водой и вынырнула на поверхность, сняла маску и подняла на лоб.

– Джеймс, – обратилась она к своему помощнику и второму агенту, который проверял Лоуренса Чедвика. – Что случилось?

– Возникла непредвиденная ситуация, – объяснил Джеймс.

Они уже три месяца занимались проверкой Чедвика и не наткнулись ни на одну серьезную проблему: такая ситуация успокаивала и вызывала беспокойство одновременно. Чем дольше Аннетт не находила компромата на свой объект, тем более подозрительно это выглядело. Аннетт всегда находила компромат, а когда не находила, это обычно означало, что его тщательно скрывают.

– Что за ситуация? – спросила Аннетт, тяжело вздохнув.

– Плохая. Нам нужно, чтобы вы немедленно поднялись наверх.

– Насколько плохая? – Аннет вытерла глаза от хлорки. – Потребуется корректировка курса или речь идет об отказе двигателя?

За годы работы команда Аннетт привыкла описывать проблемы с помощью корабельной лексики. Корректировка курса означала проблему обычную и вполне преодолимую: возникло незначительное препятствие, и нужно было повернуть и перегруппироваться, чтобы обойти его. Отказ двигателя случался не так часто, но обычно и с ним можно было справиться, если заметить проблему достаточно рано.

– Скорее, это айсберг у нас на пути.

– Черт, – произнесла Аннетт, снимая с головы плавательную шапочку. – Насколько большой?

– Как тот, на который наткнулся «Титаник».