Остальные члены его группы отреагировали гораздо менее хладнокровно. Каждый из них обмяк, как марионетки, у которых перерезали ниточки, а затем двинулся к Чезиоту беспорядочными рывками, будто борясь с движением собственных тел. Оборотни зарычали и забились в конвульсиях от ужаса, когда против своей воли начали ползти на зов сирены Чезиота. Казалось, это продолжалось бесконечно, пока руки Белой Леди не начали сжиматься по бокам, и она подумала, что должна как-то остановить это.

— Достаточно! — Регент привалился к менгиру, стиснув зубы.

Песня внезапно оборвалась, и Чезиот снова поклонился Регенту.

— Проводи их, Чезиот. Я скоро последую за тобой.

Регент вытащил из кармана каменную подвеску и бросил Чезиоту, который легко поймал ее грязной костлявой рукой.

Затем существо потянулось к ближайшему из других подданных Регента. Женщина-фейри побледнела и сглотнула. С самообладанием, которым Белая Леди не могла не восхититься, женщина вскинула голову и взяла свободную руку Чезиота в свою. Затем она потянулась назад, чтобы схватить за руку другого спутника Регента. Группа медленно взялась за руки, обматывая веревки пойманных волков вокруг своих рук, пока они не образовали цепочку из фейри и пленных зверей.

Чезиот почтительно склонил голову перед Регентом и Белой Леди и прикоснулся каменным ключом Регента к менгиру.

Они исчезли. Белая дама вдохнула, будто впервые вдохнула свежий воздух.

— Эта штука… — воскликнула она.

Регент провел пальцами по своим темным волосам и поправил пиджак.

— У Чезиота есть свое применение.

Белая Леди покачала головой:

— Ты знаешь, как люди называют Чезиота, Регент?

— Боюсь, я редко обращал внимание на то, что говорили люди, Миледи.

— Они называют его наместником дьявола, и полагаю, что большинство из них знают об этом только из ночных кошмаров и мифов.

Регент фыркнул:

— Наместник дьявола! И кем это меня делает? Как грубо с их стороны. Я удивлен, что кто-то из них когда-либо видел Чезиота и все равно выжил, чтобы рассказать об этом.

— Даже в легендах смертных Чезиот известен своим чистым злом, — осторожно сказала Белая Леди, — и все же ты доверяешь ему свой ключ от потустороннего мира. Разумно ли это, Регент?

— Что это? Беспокойство обо мне, Миледи? — Регент наклонил голову и приподнял бровь, она прямо встретила его взгляд, пока он не улыбнулся и просто не сказал: — Я обнаружил, что доверие само по себе является валютой.

Белая Леди нахмурилась, услышав его загадочный ответ.

Он посмотрел вдаль, на поля, и добавил:

— Кроме того, Ты же не оставишь меня здесь совсем одного, пойманного в ловушку в мире людей, не так ли?

— Это скорее противоречило бы цели Сбора, — сухо сказала Белая Леди.

— Тогда, я полагаю, мы здесь закончили. Призывы Чезиота были рассчитаны на темных фейри. Даже я бы с трудом устоял перед этим. Сбор завершен.

— Еще не полночь, — Белая Леди взглянула на небо.

Регент рассмеялся:

— Конечно, никто из твоих подданных не проигнорировал бы ночь Сбора? Разве не все они отреагировали в прошлый раз? Что за существо бросило бы вызов твоей воле или решило остаться в этом мире, если не для того, чтобы охотиться на слабых?

Белая Леди улыбнулась ему через плечо, и Регент удивленно обернулся, когда она протянула руку и прошла мимо него.

— Я надеялась, что на этот раз ты придешь, — мягко позвала она.

Регент, нахмурившись, обернулся, наблюдая за приближением молодого человека в простом костюме и с копной рыжих кудрей. Он нес чемодан и неловко улыбался.

— Человек? — Голос Регента стал резким от презрения. — Миледи, ты не можешь допустить…

— Эмори Харкер не человек, Лорд Регент, — весело сказала Белая Леди, протягивая руку молодому человеку.

Вновь прибывший склонился над ее пальцами, почтительно приложившись к ним губами, а затем подошел, чтобы предложить руку Регенту:

— Здравствуйте, сэр?

Регент смотрел на его протянутую руку так, словно это была отравленная змея, пока Белая Леди не взяла пальцы Эмори в свои.

— Прошло слишком много времени, — сказала она, — я не была уверена, что ты когда-нибудь захочешь присоединиться к нам.

Эмори улыбнулся, но в его черных глазах была печаль.

— Теперь здесь для меня ничего не осталось, миледи. Я бы хотел вернуться домой, если можно?

— Конечно, можно.

— Ты подменыш? — внезапно спросил Регент. — Ты ведь подменыш, не так ли? Почему кукушка решила остаться здесь, в мире людей?

— У меня был друг, — просто сказал Эмори.

— Пора идти, — сказала Белая Леди, сочувственно улыбаясь ему.

Она прикоснулась пальцами к кулону у себя на шее, словно желая убедиться, что он на месте, а затем протянула Регенту свободную руку.

Он улыбнулся, принимая ее, и все они, выстроившись в шеренгу, подошли к камню-менгиру.

— Мне было бы любопытно узнать твою историю, Эмори Харкер, — сказал регент, протягивая руку, чтобы прикоснуться к стоячему камню.

Черные глаза Эмори встретились с глазами Регента, и он улыбнулся.

— Это не мое имя.

Регент с любопытством приподнял бровь, затем кончики его пальцев коснулись менгира, и последний из народа фейри исчез.