Традиция похорон с музыкальным сопровождением
Карта Нового Орлеана. © Benjamin7, Shutterstock.
Кто сказал, что похороны не могут проходить весело? Точно не жители Нового Орлеана! Здесь принято организовывать похороны с оркестровой музыкой и танцами, сопровождающими усопшего до места его вечного покоя.
Луизиана. При мысли о ней в голове возникают яркие образы. Этот южный регион США окутан тайнами, как и его столица Новый Орлеан. Город был основан французскими поселенцами в 1718 г. на берегу реки Миссисипи и быстро стал важным торговым пунктом. Спустя 45 лет он был передан под контроль Испанской империи, затем возвращен Франции, пока в 1803 г. Наполеон Бонапарт не продал его США. Тяжелое колониальное прошлое штата привело к сильному смешению различных народов и культур: первоначально проживавших здесь коренных американцев и многочисленных черных рабов, привезенных из Африки, которые были вынуждены работать на белых поселенцев, обрабатывая плантации и занимаясь торговлей мехом. Все это привело к трансформации местных общественных и экономических отношений. На сегодняшний день больше половины населения города имеет афроамериканское происхождение. Значительную долю местного населения составляют потомки французских поселенцев XVIII в. – креолы[36] из Луизианы. Смешение различных традиций до сих пор продолжается, и это можно понять, изучив местную кухню, музыку и праздники.
* * *
В такой культурной эклектике Нового Орлеана можно разглядеть еще одну интересную деталь: религиозный синкретизм, или слияние нескольких религий в единый культ. В Луизиане произошло смешение доктрин католической церкви (католицизм являлся религией европейских поселенцев) и культа вуду, принесенного сюда рабами из Западной Африки (точнее, из королевства Дагомея[37], нынешнего государства Бенин). История распространения культа вуду (сначала на Карибских островах, затем – на Американском континенте) является очень интересной темой для изучения, так как это верование с течением времени претерпевало значительные изменения в разных обществах по сравнению со своим африканским прародителем. И все же у них есть общие черты, например, приверженцы культа хранят талисманы гри-гри и используют куклы вуду, практикуют «зомбификацию» и т. д. Некоторые подобные ритуалы, не связанные со смертью, вызывают даже больший интерес у обывателей, чем погребальные обряды.
Несмотря на то что в XVIII в. культ вуду был запрещен, так как европейские поселенцы связывали его с оккультизмом и считали опасным, он не прекратил своего существования. К примеру, в XIX в. на площади Конго в Новом Орлеане проводились знаменитые церемонии «воссоединения», объединившие верующих вокруг одной женщины, которую прозвали «королевой вуду». Это была Мари Лаво. В архивных источниках ее описывали как человека невероятно харизматичного. Историки ведут споры о ее происхождении, однако сохранившаяся запись о браке госпожи Мари позволила узнать некоторые сведения о ней. В 1819 г. в возрасте 21 года девушка вышла замуж, она была чернокожей, свободной и крещеной. Ее история – прекрасная иллюстрация новоорлеанского синкретизма, ведь, будучи жрицей вуду, Мари оставалась ревностной католичкой до самой своей смерти. Она вызывала некоторое подозрение у людей, не придерживающихся культа, потому что, помимо ее предполагаемой способности к магии, она была женщиной независимой, что было весьма необычно для общества того времени.
Могила Мари Лаво. Надпись на надгробной плите: «Эта гробница в стиле греческого Возрождения – известное место захоронения печально известной “королевы вуду”. Мистический культ вуду имеет африканские корни, был принесен в этот город из Санто-Доминго и расцвел в XIX веке. Мари Лаво была одной из самых популярных последователей этого культа». Автор: Deirdre. © Wikimedia Commons / CC BY-SA 3.0.
В это же время весь Новый Орлеан содрогался от имени другой женщины с ужасающей репутацией… Дельфин Лалори, по происхождению креолка из Луизианы, была печально известна своими издевательствами над рабами. Сегодня на популярных «экскурсиях с привидениями» (англ. ghosts tours) гиды рассказывают об этой женщине туристам, называя ее серийным маньяком (на счету Дельфин Лалори около сотни убийств чернокожих рабов), а ее дом на Роял-стрит стал местной достопримечательностью наравне с кладбищем Сент-Луи.
* * *
Во время экскурсий с привидениями туристов обязательно привозят на кладбище Сент-Луи, созданное в XVIII в. для захоронения умерших поселенцев. Оно поделено на три части, в которых погребения датируются не позднее 1789, 1823 и 1854 г. соответственно. Его часто сравнивают с парижским кладбищем Пер-Лашез (открытым в 1804 г.), так как здесь можно наблюдать схожие склепы, которые обыкновенно строили во Франции в XIX в. И на то была причина, ведь подобные захоронения были по карману лишь зажиточным людям определенного статуса, которые могли позволить себе купить место на кладбище (чаще всего это были люди французского происхождения). Это касается большинства могил, датированных ранее 1789 г. В остальных частях кладбища (которые фактически являются добавлениями к основной части) можно наблюдать совершенно разный этнический и социальный состав погребенных здесь людей (разнообразие усиливалось со временем), а французский язык по мере продвижения вглубь практически полностью исчезает с надгробий. Это место вызывает большой интерес у людей, в частности потому что здесь находятся могилы Мари Лаво (на ее надгробном памятнике недобросовестными посетителями выгравированы буквы «Х» – таким образом сторонники культа вуду совершают обет) и Дельфин Лалори (однако есть определенные сомнения, что тело захоронено именно в этом месте, так как она умерла, по некоторым сведениям, в Париже).
Другая особенность кладбищ в Новом Орлеане, которые Марк Твен называл «городами мертвецов», – могилы находятся не под землей, а возвышаются над ней в виде маленьких домиков. В богатом на байу[38] регионе грунтовые воды, берущие начало в старых рукавах Миссисипи, могут попросту унести за собой гробы, особенно в случае наводнения. Так, в 2005 г. из-за ураганов «Катрина» и «Рита» улицы Нового Орлеана и Батон-Руж превратились в реки, по которым начали плавать гробы… Ужасающий вид мертвецов, сплавляющихся по воде, стал еще одним испытанием для местных жителей, потрясенных человеческими и материальными потерями.
Это событие не понравилось встревоженным Баронам и Баронессам! Они являются главными среди духов геде (эти мифологические создания, по верованию вуду, переносят души умерших людей в другой мир). Бароны и Баронессы живут на входе к кладбищу, за которым они наблюдают и которое при случае охраняют, останавливая нарушителей своими костлявыми руками в бархатных перчатках… Один из самых знаменитых – Барон Суббота, легко узнаваемый благодаря цилиндру, черному фраку[39] и солнцезащитным очкам, одно из стекол которых разбито. Таких духов очень много, так как титул барона или баронессы присваивается первому захороненному на кладбище человеку.
И конечно, духи вступают между собой в романтические отношения! Так, Барон Суббота женат на женщине по имени Мама Бриджит, она покровительствует надгробиям с крестами. Очевидно, генеалогия духов загробного мира в Новом Орлеане очень сложная… Интересно, что чествование духов происходит в дни католических праздников (еще одно проявление синкретизма в Луизиане), например в День поминовения, 2 ноября, или в день святой Бригитты (в июле) для Баронесс с таким же именем. Чтобы эти духи с радостью встречали похоронную процессию на кладбище, к ней нужно как следует подготовиться! Это поверье до сих пор живо, и именно оно породило традицию похорон с музыкальным сопровождением.
* * *
Первые чернокожие рабы, прибывшие в Луизиану, играли музыку на похоронах, согласно своей традиции. Для местного сообщества смерть символизировала перерождение и возвращение к африканским истокам и вовсе не означала окончание жизни. Эта традиция пережила влияние карибских вуду, католицизма и даже военных парадов, постепенно трансформируя африканские музыкальные похоронные процессии, пока они не приобрели форму, существующую сегодня.
Похороны с музыкой[40] проводятся по строгим правилам и согласно точному порядку. Во главе кортежа идет гранд-маршал (это прямая отсылка к воинскому званию) и задает темп. Колонна людей в похоронной процессии делится на две части. Первая группа – брасс-бэнд[41] – состоит из музыкантов, играющих на духовых и ударных инструментах, а также родственников покойного. Во второй группе – сэконд-лайн[42] – идут не только приглашенные со стороны семьи покойного, но и незнакомцы, например женщины в костюмах с зонтиками, которые сильно выделяются из остальной толпы. Их называют бэби-долс[43]. Пока процессия движется от морга к церкви, играет медленная музыка – госпел[44]. Она становится веселее, когда процессия начинает идти от церкви к кладбищу. Ритм ускоряется, люди начинают танцевать, и, что часто случается, к этому празднику присоединяются прохожие! Участие зевак в кортеже придает похоронной процессии живости. Это прекрасно иллюстрирует отношение жителей Западной Африки к смерти: человек должен уйти в иной мир с радостью. Кроме того, похоронная процессия наполнена африканскими символами. Например, для выражения скорби люди надевают белую одежду (конечно, черные наряды как символ католической традиции тоже можно увидеть). Многие из них являются джазовыми музыкантами из Нового Орлеана[45], что подчеркивает значение музыки в их жизни и в местных представлениях о смерти.
Обобщая, можно сказать, что для большей части населения сдержанные и тихие похороны кажутся странными. Напротив, люди смеются, танцуют и веселятся в честь усопшего, и иногда даже гроб с телом участвует в этом празднике. Так, во время погребения трубача Кервина Джеймса (он скончался в 2007 г. в возрасте 35 лет) близкие подняли его гроб и танцевали вместе с покойным.
И хотя традиция проведения похорон с музыкой немного угасла после урагана «Катрина», она остается важнейшим элементом культуры для большинства членов афроамериканского сообщества в Луизиане. Похороны, ярко окрашенные старыми афроамериканскими традициями, показывают всему миру, что веселой может быть не только жизнь, но и смерть.