Белоснежные шатры были разбиты группами, расходясь кольцом от центра деревни. Повсюду сновали люди в светлых льняных одеждах с красными украшениями в коротких черных волосах. Было заметно, что они не привыкли к гостям, но были не враждебны – скорее любопытны.

Лунные острова оказались тихим, идиллическим, гораздо более прекрасным местом, чем описывали торговцы на родине. Цепь небольших островков, каждый из которых был соединен с соседним аккуратными подвесными мостами из бамбуковых досок.

– Вон тот остров, – сказал Мин, гребя веслами, – это деревня. На соседнем мы разводим кур и овец. А еще дальше занимаемся земледелием. Земля там очень плодородная.

– А те острова, что дальше? – поинтересовался я.

– Мы оставили их дикой природе, – пояснила Чжоу. – Это наш дом, но и дом растений и животных. Мы берем лишь то, что нам нужно.

На спокойной глади воды между островами плавали бумажные фонарики, лениво покачиваясь среди длинных камышей, а светлячки мерцали, как звезды над головой. В воздухе витала праздничная музыка – бой барабанов и морские песни поднимали настроение. Здесь царило изобилие, не тронутое разрушительной войной Императора.

– Старейшина! – громко окликнул Мин, когда мы сошли на берег. – У нас гости!

Навстречу вышел мужчина с густой белоснежной бородой и собранными в пучок волосами. Его одежда была украшена богаче, чем у остальных: молочный шелк с голубыми цветами по подолу. Тяжелое ожерелье из белых нефритовых бус с резным кулоном висело у него на груди.

– Добро пожаловать, дорогие путники, – произнес он теплым, глубоким голосом. – О, придется ставить еще пару мисок к ужину! Давненько у нас не было столько гостей разом.

– Мы не первые? – удивился я.

– Молодая женщина из Южного царства прибыла три дня назад, – объяснил он. – Имени она не назвала, странная такая. Мы зовем ее охотни…

– Эй, Заварник! – раздался резкий оклик. К нам подошла Фэн, растрепанная, но с триумфальной улыбкой. – Я так и знала, что найду тебя здесь.

Я с трудом изобразил слабую улыбку, хотя обожженная кожа болезненно стянулась.

– О, какое счастье снова тебя видеть, Фэн.

– Еще бы! Я обыскалась тебя везде, где только можно.

– Ты волновалась за меня, охотница?

– Дракон унес твою тупую задницу, – процедила она сквозь зубы. – Конечно, волновалась.

– Но как ты узнала, что искать меня нужно здесь?

– Проклятое чудовище полетело на запад. Ни один дракон не выживет в Пустошах. Я нашла оазис, но он выглядел заброшенным. Следы борьбы, много крови и несколько чешуек. Я поняла, что дракон был ранен и продолжил путь на запад. Лунные острова – единственное логичное место для дальнейшего путешествия. Я поехала туда прямиком верхом, воды у меня было достаточно, чтобы двигаться днем и ночью. Потому и добралась раньше.

– Весьма впечатляюще, – пробормотал я.

– А это кто такая? – Фэн подозрительно оглядела Цзинь.

Я украдкой бросил взгляд на Цзинь, чувствуя, как внутренности скручиваются от беспокойства. Что будет, если Фэн узнает правду? Сможет ли она принять это? Интуиция подсказывала, что нет.

Цзинь осторожно ухватилась за край моей накидки. Я ощущал ее напряжение через нашу связь. Именно поэтому я решил ничего не объяснять и промолчал.

– О, вы знакомы? – с улыбкой удивился старейшина. – Какое удачное совпадение!

– Удачное, – пробормотал я.

– Как надолго вы с женой собираетесь остаться? – спросил он.

Щеки Цзинь вспыхнули.

– Мы не…

– Она не моя жена, – торопливо перебил я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

– Ах, в таком случае я распоряжусь, чтобы вам выделили два свободных шатра, а не один. Чжоу, покажи нашим гостям дорогу.

Чжоу передала свою дочку мужу.

– Будет сделано.

– Оставайтесь сколько пожелаете, – продолжал старейшина. – У нас был богатый урожай и удачная охота. Еды хватит на всех. Сегодня вечером устроим пир в вашу честь. С нетерпением жду рассказов о ваших странствиях.

Цзинь поспешно направилась за Чжоу, держа себя настороженно и скованно.

– Спасибо за вашу доброту, – произнесла она.

Чжоу провела нас через лабиринт шатров к двум, что стояли на окраине деревни, у самого края бамбукового леса. Она откинула одну из створок. Внутри оказалось на удивление просторно: мягкие подушки и вязаные одеяла создавали уют.

– Этот – для тебя, Сай, – весело сказала она. – А вот этот – для тебя, цзецзе. – Пир скоро начнется, но внутри должно быть немного свежих фруктов. Если что-то понадобится, дайте знать.

Я поклонился:

– Спасибо за гостеприимство.

Чжоу тихонько хихикнула:

– Не нужно столько формальностей. Отдыхайте. Я зайду за вами, когда будет время пира.

Она ушла, оставив нас с Цзинь наедине впервые с тех пор, как мы выбрались из Затерянной библиотеки. Мы молча смотрели друг на друга, напряжение между нами было почти осязаемым. Вопрос, который я задал у оазиса, повис в воздухе, как топор, готовый обрушиться. Хотя Цзинь так и не ответила, ее молчание сказало достаточно. Я не знал всех деталей, но общее представление у меня сложилось.

Мне оставалось только дождаться, когда Цзинь подтвердит или опровергнет мои догадки. Она не сделала ни того ни другого.

– Я буду в своем шатре, – пробормотала она, разворачиваясь.

У меня заломило висок, раздражение начинало сверлить его.

– Ты просила меня доверять тебе, – сказал я, прежде чем она успела уйти. – И я доверяю, Цзинь. Что бы ты ни собиралась рассказать, я обещаю, что восприму это спокойно. Но мне нужны ответы.

Цзинь застыла на месте.

– Ничего хорошего не выйдет, если я расскажу правду.

– Почему ты так уверена?

– Ты не сможешь этого вынести.

– С чего ты взяла, что я не смогу?

– Я не собираюсь сейчас это обсуждать, Сай.

– А когда? – вспылил я. – Когда, Цзинь? Потому что, судя по всему, я быстрее окажусь на смертном одре, чем ты расскажешь, что здесь происходит!

Цзинь вздрогнула:

– Я пытаюсь тебя защитить!

Я сжал челюсти. Больше не было сил делать вид, что ее поведение меня не ранит.

– Почему ты все время отталкиваешь меня? – спросил я, чувствуя, как голос предательски дрогнул. – Я чем-то тебя обидел?

– Эй, Заварник!

Я тяжело вздохнул. Боги, даруйте мне терпение. Фэн подошла, сверкая глазами от негодования.

– Не думай, что так легко от меня отделаешься. Нам нужно поговорить.

– Может, позже? Я только хотел… – Я посмотрел в сторону. Цзинь уже скрылась в своем шатре. Я бы удивился, если бы она осталась.

Фэн ткнула пальцем мне в грудь.

– Что произошло после того, как дракон унес тебя? Куда он делся? Как ты сбежал? Помнишь, где видел его в последний раз?

– Забавная штука память, – натянуто усмехнулся я. – Я совершенно не помню.

– И ты ожидаешь, что я в это поверю?

– Я был при смерти, когда она меня спасла. Так что прости за провалы в памяти.

– Она? – прищурилась Фэн.

– То есть оно, – поправился я, сжав зубы.

– Значит, улетело, но не сожрало тебя?

– Возможно, не было голодным.

– А она кто вообще такая? – Фэн подозрительно покосилась на шатер Цзинь. – Ты встретил ее во время своего чудесного спасения?

– Я наткнулся на ее дом, когда искал помощи, только и всего.

Фэн нахмурилась:

– Тогда почему она пошла с тобой?

– Захотела путешествовать, – ответил я, чувствуя, как раздражение вскипает в крови. – А мне было по пути. Разве есть что-то плохое в том, чтобы найти спутницу в дороге?

– Но как насчет…

– Хватит, – резко оборвал я. Я не выдержал. Фэн испытывала мое терпение, а настроение у меня и без того было скверное. Я заставил себя успокоиться. – Пожалуйста, дай мне немного отдохнуть, прежде чем продолжишь допрос. Я и так все рассказал. Дракон исчез, Фэн. Прими этот факт.

Ее лицо внезапно помрачнело, это застигло меня врасплох. Я знал, как сильно она жаждала славы, связанной с охотой на последнего дракона, но ее разочарование выглядело слишком сильным для обычной досады. Меня охватило любопытство.

Я сделал шаг вперед и понизил голос:

– Почему ты так отчаянно охотишься на дракона?

Фэн фыркнула, скрестив руки на груди:

– Потому что эта проклятая тварь убила моих родителей десять лет назад.

Ее признание ошеломило меня, слова звенели в ушах. Цзинь убила родителей Фэн? Значит, дело не в деньгах или славе, а в мести. Неудивительно, что она так одержима своей идеей.

– Как это произошло? – спросил я.

Челюсть Фэн напряглась.

– Они отправились на охоту. Я тогда болела, так что меня оставили у бабушки. Мне было лет шестнадцать, не больше. Они ушли на несколько дней, а когда отец вернулся… Он нес на руках мать. Искусанную, разорванную на куски. Они наткнулись на дракона, сказал он. Зеленого, как изумруд. Этот зверь сильно потрепал отца. Через неделю он умер от ран.

– И ты отправилась на поиски дракона, – предположил я.

– И в итоге меня изгнали из деревни, – ответила она с горьким смешком. – Все твердили, что нужно отпустить прошлое. Что месть того не стоит. Что я прогневлю богов.

Я представил Цзинь в облике дракона, свернувшуюся в густых зарослях джунглей, пытаясь спрятаться. Она бы не стала атаковать без причины. С тех пор как мы встретились, она лишь убегала от опасности, а не искала ее.

– Может, это был несчастный случай? – осторожно предположил я. – Возможно, они напугали дракона.

Фэн бросила на меня ледяной взгляд.

– Это существо слишком опасно, чтобы оставаться в живых. Пока дракон дышит, люди будут в опасности. Я уже почти десять лет ищу зверя. Я положу этому конец, и он больше не сможет никому навредить.

Я хотел продолжить спор, но охотница пробормотала что-то себе под нос и ушла, тяжело ступая. Ее решимость была несгибаемой, а готовность слушать ограничивалась лишь сведениями, которые помогли бы ей в охоте. Я сомневался, что смогу ее переубедить, ведь сам прошел через два царства и проклятую пустошь, лишь бы потом вернуться к матери с лекарством. Я слишком хорошо понимал, на что можно пойти ради близкого человека, чтобы осуждать ее одержимость.

Я закрыл глаза и глубоко вдохнул свежий морской воздух. Наконец-то покой и тишина. Хоть на время я избавился от назойливой охотницы.

Первым делом мне захотелось проведать Цзинь, но как я избегал Фэн, так Цзинь избегала меня. Она выставила перед собой щит и лишь сильнее отстранилась бы, если бы я продолжил ее донимать. Мы оба устали после долгого путешествия, нуждались в воде, еде и отдыхе. Я все равно потребую ответов позже, но сейчас мне хотелось только одного – завалиться на подушки в шатре и забыться в крепком сне под звук морского прибоя.

Как только я вошел в отведенный мне шатер, я рухнул на ближайшую груду подушек и мгновенно уснул.