Одна девушка, с которой я встречался в университете, имела склонность к селф-харму. У меня сердце обливалось кровью смотреть на свежие шрамы на ее запястьях, но, как будто этого мало, она призналась мне, что несколько раз пыталась покончить с собой.

Я, совсем еще зеленый юноша, не представлял, что делать, и только и мог, что поддакивать во время разговора.

Потом наши пути разошлись, мы расстались, и я не знаю, что с ней сталось с тех пор. Возможно, когда писал эту книгу, я вспоминал ее и думал, какие слова мне следовало ей тогда сказать, как утешить. Я точно знал, чем закончится повесть, но впервые за мою писательскую карьеру размышлял в процессе: а нельзя ли как-нибудь изменить финал?

Во время работы я крепко задумался, что наш мир полон слез самого разного толка.

Так же, как и мой главный герой Сэяма, я прожил жизнь, далекую от слез. Мы с ним – одни из множества людей, которые воспринимают плаксивость очень противоречиво. Нам обоим не нравится показывать чувства на людях, и вообще, «мужчины не плачут».

Однако в этот раз мне пришлось много прочитать о слезах, и даже более того – я подался на лицензию «слезного сомелье». Чем больше я узнавал, тем больше меня захватывала эта тема, и постепенно мое неприятие слез ослабло.

Почему люди плачут? Почему льют слезы? По мере того как продвигался сюжет, мне тоже захотелось разобраться.

Я довольно часто гулял под музыку, чтобы развеяться, и в том числе включал песни о слезах. Смотрел трогательное кино, читал книги самых слезливых жанров и вообще в перерывах между работой старался думать о слезах. Как, наверное, никогда прежде в жизни и как вряд ли доведется поразмышлять в будущем.

Все же, мне кажется, я нашел один из возможных ответов. По крайней мере, для меня теперь все встало на свои места. Ничего особенно возвышенного в итоге моих изысканий нет, поэтому я его тут не пропишу, но, скажем так, вынужден с неловкостью признать, что герои научили меня: слезы необходимы для жизни.

Какая ирония, что именно во время редактуры этой книги у меня пересохли глаза. На это время пришлось не расставаться с глазными каплями, а как только я сдал рукопись – все мистическим образом само прошло.

Недоумевая, неужели меня тоже поразила своего рода адакрия, я одновременно посмеялся, что теперь будет о чем написать в послесловии.

И еще, рискуя скатиться в самоповтор, все равно скажу: вы читаете уже четвертую книгу серии, однако ничего страшного, даже если этот том вы взяли первым.

Тем не менее для читателей, которые уже прочли третью часть, «Смерть заберет нас в один день», некоторые детали обретут дополнительный смысл.

Буду рад, если вы дадите шанс другим моим историям.