– Ну, пора допрашивать? – Яна смотрела на Аню, как юный напарник на умудрённого копа.

– Да, – рассеянно кивнула девочка. – Вы начинайте, я сейчас кофе возьму и приду.

«Зачем мне кофе? – размышляла Аня, пытая автомат в коридоре. – Я ведь даже не люблю его. Проклятые штампы. В кино копы всегда берут кофе в камеры… Камеры!»

Она уставилась на камеру под потолком и судорожно отбила сообщение в группу. Потом вызвонила брата.

– Григорий Алтынов и его мегапопугай на проводе!

– Так, мега-Алтынов, слушай! – Аня диктовала на бегу, направляясь в игровую-допросную. Время утекало, как вода в песок сквозь пальцы, как масло в тесто для оладушек, как слёзы… в общем, быстро утекало, Аня за ним не успевала. – У охранника должны быть записи с камер! Доберись до них и скопируй записи из большого зала. Ты увидишь – там фигура Поттера ещё стоит, то есть стояла. И записи из коридора… Как добраться и скопировать, если охранник не пускает? Сам придумай! На телефон сними! Нет, я не могу, я занята. У меня… допрос. – Она остановилась перед белой дверью, отдышалась. И небрежно толкнула её плечом. – Ну, как вы тут…

Чёртов кофе выплеснулся и обжёг пальцы. Сохраняя вымученную улыбку, Аня села за стол рядом с Яной Макгонагалл. Выдохнула. Ну, конечно же, первым они будут допрашивать его – наглого, беспардонного, белобрысого, эталонного мерзавца.

– Так, я не понял, а что происходит? – возмутился Драко Малфой. – А это вообще кто? Вы чего, берега попутали, маглы? Вы знаете, кто мой папа?

Пока Аня играла в игру «хороший и злой полицейский», Григорий Алтынов оказался в гуще крайне драматических событий.

Он пытался проникнуть в библиотеку, но дальше холла, где сидели мамы и бабушки участников, разумеется, не прошёл. Уж как Гриша ни намекал, как ни умолял, как ни говорил прямым текстом, что действует во благо закона и в интересах следствия, охранник Ефимыч стоял насмерть, будто спартанский царь Леонид при Фермопилах.

Так что Григория буквально вынудили сделать то, что он сделал. Окажись вы на его месте, вы поступили бы точно так же. Хотя кого мы обманываем? Конечно, вы так не поступили бы. Ведь у вас нет такого попугая, как Тирион Ланнистер.

Потом, спустя годы, очевидцы расскажут, как это происходило, воспоют в касыдах, былинах и легендах. Поведают, как Григорий покорно повернулся и вышел за стеклянные двери. Но едва Ефимыч вновь обратился к своему пасьянсу, Гриша тут же приоткрыл дверь, просунул руку и выпустил Терёшу в холл.

Охранник сперва не понял, в чём дело, но, заслышав шелест крыльев и цоканье коготков по столешнице, поднял глаза. Терёша прошёлся перед ним, застенчиво склонил голову, схватил самую блестящую ручку и кинулся прочь.

Ефимыч открыл рот и откатился на стуле.

– Ты ж погляди, какой! – выдохнул он. – Чей попугай? Кто попугая принёс? Сюда нельзя с попугаями! Тут же книги!

Он оглядел холл. Мамы не отрывались от телефонов и не уловили, почему книги и попугаи противоречат друг другу. Терёша носился под сводами, оглашая их жизнерадостными криками. Ручку он уже где-то уронил и собирался пойти на второй заход к столу. Такого Ефимыч стерпеть не мог – он подскочил и бросился ловить попугая, который радостно умчался в глубины библиотеки.

Вот тогда-то Григорий и продемонстрировал всё коварство и изощрённость своего разума – он тут же распахнул дверь и бодрым деловым шагом направился к столу. Мамы совершенно не обратили на него внимания – ведь раз человек подходит и невозмутимо садится за компьютер, значит, имеет на это право.

Человек меж тем, сохраняя невозмутимость на лице, в панике щёлкал мышью. Кресло, промятое по форме нижней части Ефимыча, преданно хранило его тепло – и это Григория напрягало. Напоминало, что всё в мире кончается, и удача тоже.

– Клим, приём! Что мне делать! – шептал он в гарнитуру, и Клим, словно ангел-хранитель, тут же пришёл на помощь с инструкциями.

Гриша вывел на экран все камеры, отмотал записи назад на время похищения книги, сделал контрольную фотографию на телефон и только-только собрался изучить повнимательнее каждую из записей, как на его спину упала тяжёлая длань закона.

– Ах ты ж, вредитель!

И как это Ефимыч сумел подобраться столь незаметно?! Пожилой дедушка, а крадётся, будто ниндзя из деревни Скрытого Листа.

Гриша запрыгал лягушечкой, заюлил ужиком, запричитал, что, мол, он тут случайно, хотел просто поиграть, разве это не компьютерный клуб по интересам, и вообще он маму потерял… Но старый аист Ефимыч, крепко стоявший на мозолистых ногах, подхватил Григория, повернул к двери и в два счёта выставил на улицу.

– Погодите! Попугая отдайте! – возопил Григорий. – Он мне как родной!

– Ещё раз сунешься – полицию вызову, – пригрозил Ефимыч и захлопнул дверь.

Григорий тяжело вздохнул.

– Дожили! Ребёнка из детской библиотеки выгоняют. Я, может, книжку хотел почитать!

Он критически оглядел фасад и двинулся вдоль стены, высматривая, нет ли где открытого окошка или форточки, через которую он мог бы дозваться Тириона.

А между тем фото с экрана, которое Гриша сделал, уже получил Клим, и этот снимок привёл его в большое недоумение. Однако Гриша вышел из чата и занялся спасением питомца. Наконец он нашёл приоткрытое окно, забранное решёткой, залез с риском для жизни на ближайшее дерево и перепрыгнул на карниз. Решётка заскрипела, но Гришу выдержала. Он вцепился руками в холодные прутья, вгляделся. В комнате было темно,

– Терёша! – позвал он тихонько и прислушался. Изнутри донеслось чириканье. – Терёшечка! – Гриша прибавил громкость и попытался втиснуть голову между прутьями решётки, как очень голодный примат, выпрашивающий банан в зоопарке.

Нежные трели попугая определённо стали громче. Гриша напрягся, вглядываясь в темноту, и – о ужас! – оттуда на него вышел Ефимыч. А на ладони у него сидел попугай – предатель Тирион Ланнистер, которого Гриша почти буквально грудным молоком выкормил.

Мальчик отшатнулся, замахал руками и непременно рухнул бы с карниза, но охранник мгновенно оказался у окна, просунул руку и ухватил Григория за воротник.

– Шпасибо, – прохрипел детектив, цепляясь за прутья.

– Вот же неугомонный, – Ефимыч с удивлением смотрел на него бледными голубыми глазами, совсем не собираясь отпускать. – И что мне с тобой делать?

– Помочь, – посоветовал Григорий. – В расследовании коварного похищения. – Он покосился на попугая, который задумчиво крутил в клюве фисташку. – Как вы Терёшу поймали? Он к чужим не идёт.

Ефимыч ослабил хватку. Лицо его смягчилось. Он почесал попугая, и тот – Гриша глазам не поверил – чуть ли не замурчал.

– У меня дома две самочки живут, – сказал охранник. – Так же егозят, как этот. Что там у тебя за расследование?

…Остаться бы нам у этого карниза, послушать их разговор, восхититься тем, как живая природа объединяет и старых, и малых, но, увы, неумолимое течение событий влечёт нас дальше, прочь от особенностей разведения корелл в Нечерноземье. Рассказ наш несётся и бурлит, словно горная река в теснине ущелья, всё уже и уже скалистые берега, всё белее брызги пены в сыром воздухе, – и вот уже бешеный поток тащит вас, и кружит, и бьёт о драматургические камни так, что вы теряете сами себя и не можете сказать, кто вы и где. Аня вы Алтынова или посланник Министерства магии, расследующий убийство картонного Гарри Поттера в детской библиотеке номер тридцать три имени Амброза Бирса, расположенной в переулке Совиный Ручей.

Да и кто ж вам ответит? Вот сидите вы за столом, держите стаканчик с остывшим кофе, а напротив – нахальный Драко Малфой, и вам категорически запрещено использовать Круциатус. Поди, допроси такого!

Аня вся взмокла. И, разумеется, никто из четверых косплееров не признался – более того, они приняли допрос за очередное задание и азартно вошли в роль.

Девочка включила трансляцию на телефоне и положила его набок, чтобы Ева с Климом тоже могли полюбоваться на это представление.

Драко Малфой (в жизни – Антон) утверждал, что терпеть не мог Поттера и досталось ему поделом. Но лично он на него руку не поднимал и совершенно к этому злодейству не причастен. Ха-ха, вы взяли не того!

Полумна Лавгуд (девочка Лиза), не выходя из образа, поведала о том, что лицо картонного Гарри было отмечено печатью смерти и ему недолго оставалось. Однако она, Полумна, стояла от него дальше всех. Бедняжка Гарри, он был такой грустный!

Гарри Поттер (а в действительности – вы не поверите! – Игорь) заявил, что он и есть настоящий Гарри, а эта фигура – лишь его жалкая копия. И нападать на картонки – выше его достоинства, ведь он сразил самого Тёмного Лорда. Ещё один Северус Снейп мрачно сверкал темными глазами, картинно откидывал длинные чёрные волосы и презрительно цедил, что Поттер, как и его отец, доигрался, но лично он вреда ему не наносил. Профессора Снейпа звали Ангелиной, и Аня даже не рискнула спросить, почему она выбрала мужскую роль, – настолько облик Снейпа подходил девочке.

Они сняли отпечатки. Яна с трудом объяснила, что они прибегают к презренной магловской технике, потому что дело не терпит отлагательств и для этого даже вызвали личного поверенного Дамблдора – да-да, вот её, Аню. Аня тем временем умудрилась проверить и отпечатки обуви – самым примитивным образом, просто роняя ручку под стол и нагибаясь.

Но ни у одного из подозреваемых отпечатки не совпадали со следом, оставшимся на фигуре. Аня, грешным делом, и на Яну поглядела, но её миниатюрные белые кроссовки никак не могли оставить подобный след. Тут требовался кто-то покрупнее. В голове у девочки промелькнула тень мысли: у кого-то из присутствующих в библиотеке точно была такая лапища. Ещё немного – и она поймала бы её за хвост, но вопли Драко Малфоя сбили её с толку. Разумеется, все четверо отрицали, что брали книгу, вдохновенно отпирались и вертелись, как караси на сковородке.

Наконец допрос закончился.

До конца квеста оставалось чуть меньше часа.

Мрачный Пётр вместе с помощниками – Хагридом и уборщиком Аргусом Филчем – гоняли стайки косплееров по игровым заданиям, а измученная Яна по сотому разу обходила, как заведённая, зал, где уронили Поттера.

– Нет, она точно не брала книгу, – сказала Аня в микрофон. – На ней лица нет. Это агентство для неё – как ребёнок родной.

– И все остальные тоже, – задумалась Ева. Саму её видно не было. На экране клубился пар, из которого, будто речи древнегреческой прорицательницы, доносились слова.

– Братцы и сестрицы, надо что-то делать! – заволновалась Аня. – Времени почти не осталось, скоро приедет эта Анжела Вилоровна, и наступит конец света.

– Я кое-что накопал. На самом деле много всего накопал – я, считай, дело раскрыл, – сообщил Клим. Он переместился на второй этаж кровати и забился в угол, как древесный жук-хакер. Судя по всему, в лагере у него было весело – кто-то ломился в дверь и заунывно звал: «Клим, выходи!»

– Что там за вопли? – обеспокоилась Аня. Если его утащат из кадра, прежде чем он поделится тем, что раскрыл, то Аня этого не переживёт. Им всем хорошо, а она Яне в глаза смотреть боится.

– Не обращайте внимания, это вожатый, – отмахнулся Клим. – У нас футбол. Родители ж беспокоятся, что мы в гаджетах сидим всё время. А я обязательный час физры прогуливаю. Лучше слушайте!

И Клим развернул перед ними ковёр своего красноречия.

Всё верно – ивент-агентство «Головоломка» зарегистрировано на Яну, она его владелица. Нашёл Клим и их конкурентов – агентство «Мир приключений», а также информацию о тендере на проведение серии квестов. И здесь его ждал сюрприз: проверяя сотрудников «Головоломки», мальчик обнаружил, что помощник Яны Пётр работал раньше в «Мире приключений». Уволился он оттуда несколько месяцев назад, как раз после того, как «Головоломка» выиграла тендер.

– Только мне это кажется подозрительным? – уточнил Клим.

Аня с Евой согласились: нет, не только ему. «Но давай, не томи, пой дальше, Климушка, потому что время уже заканчивается».

– Но как он погасил свет? – спросила Аня. – Он же был в зале, где уронили фигуру.

Клим усмехнулся с таким высокомерным видом, как будто сама миссис Хадсон сейчас принесла ему чай. На серебряном подносе.

– Потому что он не выключал, – сообщил он. – Свет погасил кто-то из наших подозреваемых. Вы знаете, что они все в одной группе во «ВКонтакте» состоят? В сообществе косплееров?

– То есть они все связаны между собой, – подытожила Аня. – Это очень подозрительно.

– Нужен следственный эксперимент! – заявила Ева. – Собрать всех в зале и повторить события.

– Кстати, насчёт камеры, – продолжил Клим. – Гриша прислал скриншоты. На записи ничего не видно.

– Ну конечно, свет же выключили! – Аня поразилась: боже, с кем ей приходится трудиться. – Я хотела узнать, что было до похищения. Мне вся запись нужна!

– В том и дело, что камера в зале вообще не работала. С самого начала. Все включены, кроме этой.

– Почему? – глупо спросила Аня. Хотя откуда Климу это могло быть известно? Просто это была последняя Анина надежда, она рассчитывала выяснить, кто заглядывал к Поттеру до похищения. А время почти вышло.

– Я не знаю, – развёл руками Клим.

– А я знаю! – в конференцию ворвался Григорий. Судя по мелькающим за спиной веткам, он продирался сквозь джунгли Калимантана. Или бродил где-то в московских палисадниках, среди сиреней и пластиковых гномов.

– Господи, явление натуралиста народу, – вздохнула Ева. – И почему?

– Потому что её выключили по распоряжению Петра. Мне Степан Ефимович сказал.

– Какой Степан? Как Пётр? – Ева нахмурилась, но в Аниной голове всё сразу встало на свои места. Есть подозреваемый, есть мотив, есть возможность. Дело и правда почти раскрыто.

Ева моргнула, и Аня поняла, что та тоже сложила два и два.

– Степан Ефимович, который охранник. У него дома живут два попугая, девочки Изора и Натали, он обещал Терёшу с ними познакомить! А если будут птенчики, то даст мне одного! – Гриша сиял.

– Да погоди ты судьбу Тириона устраивать! – перебила Аня. – Что точно твой охранник сказал?

– Ну, что Пётр велел камеру отключить. И руководство библиотеки это подтвердило. Им из департамента звонили, приказали выполнять всё, что Пётр скажет.

– Вот же паразит! – выругалась глава агентства «Утюг». – Засланный казачок.

– При чём тут казаки? – удивился Клим.

– Потом фильм покажу, – отмахнулась Ева. – Аня…

– Знаю, – Аня кивнула. Все нити были у неё в руках, и настала пора развязать этот узел. Не хватало ответа только на один вопрос: где же сама книга? Вряд ли Пётр, даже если припереть его к стенке этими косвенными уликами, признается в краже, и уж точно он не скажет, куда спрятал книгу.

Двери распахнулись, и вошла бледная Яна с телефоном в руках.

– Осталось двадцать пять минут, – трагически произнесла она. – Звонила Анжела Вилоровна, спрашивала, как у нас дела. – Губы у неё затряслись. – Я сказала, что хорошо. Но… я вызываю полицию.

– Не надо полиции! – Аня подскочила, схватила её за руки. – Соберите всех в зале! Я знаю, кто взял книгу и где она! Всё в порядке!

Яна посмотрела на неё с изумлением, хотела что-то спросить, но махнула рукой и бросилась в коридор.

Аня побежала следом. В голове у неё билась лишь одна мысль: где книга? Куда он мог её спрятать? За такое короткое время, пока был выключен свет, куда он её дел?!

Она вбежала в зал и окинула его быстрым взглядом: стол, ящики которого уже перерыла, мусорное ведро, которое проверила первым делом, полки, щели и углы, куда можно было бы запихнуть томик. Перед ней стояла четвёрка косплееров – Драко, Поттер, Полумна и Северус. За ними – белая, как стеллаж, Яна, а также Пётр, который одной рукой поддерживал картонную безголовую фигуру, а другой Яну. «Вот же гад», – подумала девочка.

За его спиной белели шкафы с книгами – много шкафов.

Аня увидела картину целиком – так ястреб обозревает равнину с высоты полёта. И всё поняла.