Клима они не видели почти всю субботу. Ева сторожила его подъезд, сидя на скрипучих жёлтых качелях, которые помнили ещё дедушку Брежнева, и наблюдая за окнами Караваевых в бинокль. В руке у неё был телефон, а в телефоне – уведомления, настроенные на поиск новостей по запросу «Капитан Правосуд». Ева сумрачно листала их, копируя в отдельный файл. И зорко поглядывала в оптическое устройство.

Вернулся Клим только под вечер, нагруженный пакетами. На робкое возражение Ани – мол, может, он по делам ездил, – Ева гневно потрясла мобильным. В районе, где они упустили Клима, была замечена активность Капитана Правосуда!

Она зачитала с выражением:

– «Капитан Правосуд, по словам очевидцев, перевёл старушку через дорогу и помог заблудившемуся Яндекс-роботу. Также он выложил новое видео, в котором рассказал, что использует в работе электрошокер. Более того, подробно описал принцип работы этого прибора и объяснил, как можно соорудить его дома!» Ну кто, кроме Клима, такую ересь будет выкладывать?!

– И что, все его видели? – усомнилась Аня. – Как-то мало видео, почти нет. И комментариев полно хороших. Я, конечно, уверена, что это не Клим, но вообще этот Правосуд вреда не приносит. Может, зря мы всё это затеяли?

– Есть вероятность, что Клим спланировал это очень давно, – важно сказала Ева. – Может быть, он уже создал целое преступное сообщество, которое его прикрывает в сети и в реальности.

– Клим? Создал сообщество?! – изумилась Аня.

– Да, ты права, – поразмыслив, согласилась подруга. – Доверять людям – не в его характере. Даже нам. Тогда он наверняка соорудил целую сеть ботов, которые пишут о нём хвалебные комментарии. Вот, смотри, смотри, какая-то Юлечка Крышесносная – что это за юзер, откуда она взялась? Это звенья одной цепи. Он готовит преступление и отвлекает общество всей этой суетой с бабушками.

На следующее утро они снова собрались у качелей, высматривая Караваева – чтобы он не улизнул, как вчера.

– Я думаю, он хочет ограбить пекарню в районе! – Ева раскачивалась на качелях, глаза её горели, волосы развевались, выбиваясь из-под кепи. – Глядите, опять идёт туда за пирожками с капустой! Лицемер!

Она спрыгнула с качелей, взметнув сухие листья.

– Мы подозреваем невиновного, – упрямо настаивала Аня. – Он не Правосуд.

– А кто тогда? – вспыхнула Ева. – Кто? Ты? Гриша?

– Вот ещё, делать мне больше нечего, кроме как в костюмах по городу бегать. Гриша, конечно, мог бы… – Аня посмотрела на брата, но тот отчаянно замотал головой.

– Да разве я мог бы! Какой из меня Правосуд?

– Вот. Значит, Клим, – заключила Ева.

Ане показалось, что в размышлениях подруги есть некоторый изъян, но тут Гриша добавил:

– Но проверить его стоит. Клим такой тихушник, мало ли что он там у себя в омуте прячет.

– Какой омут? Откуда ты это выражение вытащил? – поразилась Аня. Подобной перемены она от Гриши не ждала.

– У нас занятие было по пословицам! Баба с возу – деньги на ветер. После драки не плюй в колодец. Как потопаешь за семь верст киселя хлебать, куда Макар не гонял, и всё такое…

– Устами младенца глаголет истина! – возликовала Ева. – Скоро мы раскроем дело о Капитане Правосуде.

– Делайте что хотите, – отмахнулась Аня.

– Ага… – Ева вгляделась в экран. – О, новое фото Капитана Правосуда. Тут он низкий какой-то, на себя не похож. Подражатели, что ли, уже появились?

– Внимание! Орёл покинул гнездо! Драккар уже в море! Тьфу, объект вышел из дома! – засуетился Гриша.

И верно: хлопнула дверь, и Клим, загребая листья длиннющими ногами, зашагал к автобусной остановке.

За ним, как городские партизаны, хоронясь за кустами и неровностями рельефа, двинулись остальные детективы. Клим прыгнул в автобус, но на этот раз Ева была готова – она задействовала арендованные самокаты. Учитывая пробки, они держались достойно: проиграли автобусу всего полтора корпуса, да и то их задержал светофор.

Впрочем, как они вскоре убедились, на самокаты можно было не тратиться – Клим ехал в их родной ДК, тот самый, где девочки занимались в театралке. Конечно, они знали, что там есть и весёлая робототехника, и художественная пайка, и брейк-данс-аниматроника, и прочие радости технического творчества, но Клима в ДК прежде никогда не видели. Он ходил своими тайными айти-путями, скрытыми от непосвящённых, занимался в особых кружках (наверное, по ночам на кладбище брошенных компьютеров) и, по большому счёту, был загадочным типом. Подозрительным. Так что у Евы глаз-алмаз. Или сапфир.

Детективы шумной толпой вломились в стеклянные двери и встали как вкопанные.

– Жизнь меня к этому не готовила, – признался Гриша.

В ДК проходил день безопасности дорожного движения. Повсюду сновали стайки хрупких детишек в жилетах автоинспекторов, преследуя такие же стайки малышни в костюмах автомобилей.

По холлу разносились трели свистков, крики детей и песенки вроде «Светофор мигает красным – значит, двигаться опасно».

Мимо проскакала задорная пятилетняя дорожная зебра, за которой бежала мама с колготками наперевес. Ева утащила Аню за колонну. Гриша утопал в туалет – как всегда, невовремя.

Скрываясь за колонной и за надувным светофором, они высмотрели Клима – тот стоял у стены и разговаривал с каким-то мужчиной лет пятидесяти. Мужчина упирал руки в полные бока, обтянутые свитером, и убедительно тряс седеющими патлами длиной до плеч. Разговор был энергичный, но короткий, по его итогам они ударили по рукам и обменялись чёрными пакетами.

– Видела? – прошептала Ева. – Сто процентов – там детали бомбы!

Она навела на Клима телефон и сфотографировала.

Клим распрощался и быстро пошёл прямо на них, и потому Еве и Ане пришлось вжаться в колонну, а когда они отлипли от полированного мрамора, он уже выходил из дверей ДК.

Аня и Ева, конечно, всё равно не упустили бы его, но на выходе путь им перегородил поток ликующих мальчиков-светофорчиков, сквозь который им пришлось пробиваться, как стремящимся на нерест лососям – сквозь водопад. А когда наконец вырвались, они лицом к лицу столкнулись с Анной Арменовной – руководителем их кружка.

– Ева! Аня! – удивилась та. – Как хорошо, что я вас встретила, собиралась писать как раз! Хотела напомнить, что мы начинаем на следующей неделе разбор «Маленького принца». Вы же прочли?

– О, да-да, – закивала Ева. – Всё очень хорошо помню! Там мальчик на астероиде, у него за пазухой был лисёнок, который выращивал розу. А потом прилетел лётчик и подарил ему барашка в удаве. Так, Ань?

Анна Арменовна захлопала глазами.

– Извините, мы торопимся! – Аня схватила подругу, и они полетели вниз по ступенькам и дальше, через площадь, мощённую плитами, затем к железной ограде, за которой и увидели Клима: он… садился в такси.

Ева вырвалась вперёд, полетела прыжками – полы её розового пальто развевались, будто крылья, – махнула рукой и остановила ещё одно такси. Запихнула туда Аню, втиснулась сама и грохнула дверью. Водитель с улыбкой повернулся к ним.

– Вам куда?

– Вон за той машиной! Побыстрее! – Ева ткнула пальцем в сторону удаляющегося такси, которое уносило прочь коварного Клима с чёрным пакетом.

– За машиной так за машиной, – согласился водитель, не трогаясь с места. – Пристегнитесь только. У вас вон праздник правил дорожного движения. «Путешествие в страну Безопаснию». Придумают же…

Ева закатила глаза, взвизгнула ремнём и защёлкнула его с таким видом, будто передёрнула оружейный затвор.

– Ой, мы Гришу забыли! – вспомнила Аня.

Ева только фыркнула – всё её внимание поглощало такси, за которым они наконец начали следовать.

– Как думаешь, что у него за дела с этим дядькой?

Она лихорадочно набирала какой-то текст на телефоне. Подводку к подкасту? Сообщение в прокуратуру? Заклятие на порчу Климовых микросхем?

Аня пожала плечами. Она уже боялась такой Евиной одержимости – всё-таки любовная неудача в кинотеатре «Крипота» оставила в её сердце глубокий след. Мысль о том, что наглым супергероем мог оказаться Клим, не выдерживала никакой критики, но Ева считала её очевидной. Кто, если не он? Здорово, конечно, что она перестала кашлять и в целом забыла о своей меланхолии и чёрной хандре, но, судя по всему, подруга не выздоровела, а просто сменила одну болезнь на другую.

– А в пакете? В пакете у него что? – задавалась вопросом Ева, следя блестящими воспалёнными глазами за машиной. – Может, бомба у него там? Маленькая такая бомба…

Таксист бросил на них быстрый взгляд.

– Или оружие… для грабежа, – продолжала Ева. – Или девайс хитроумный для киберпреступлений.

– Думаешь, он решил взломать банковскую защиту?

– А это у вас игра такая, девчонки? – весело и как-то слишком громко спросил таксист.

– Точно, игра, – подтвердила Аня. – В детектив.

– Вот я и думаю – преступления, бомбы, – закивал с облегчением таксист. – А это детектив, понятно…

– Да, такая игра, обхохочешься… – мрачно сказала Ева, неотступно следя за машиной Клима. – На кону мирная жизнь всего города. Тормозите!

Таксист вздрогнул, когда Ева гаркнула ему прямо на ухо, подрулил к тротуару и, едва они вышли, сразу ударил по газам.

В этом районе Москвы Аня никогда не бывала – скучные дома, слепленные из блоков, чахлые чёрные деревья, уже окончательно облетевшие, бесконечные заборы и странные приземистые вытянутые здания. К одному из таких – с цветастой вывеской – Клим и направлялся.

– «Потеха пиротеха», – прочла Аня. – Кто вообще такие названия придумывает?

– Не очень здоровые люди со странной фантазией, – объяснила Ева. – А зачем он туда идёт? Бенгальских огней прикупить?

– Рановато для Нового года, – заметила Аня.

Клим вошёл в магазин и тут же вышел. Завернул за угол и двинулся вокруг дома. Девочки едва успели догнать его и спрятаться за старой газелью, надписи на которой умоляли: «Помой меня», «Покрась меня», «Продай меня» – словно на этой газельке прикатила кэрролловская Алиса прямиком из Страны чудес.

Клим, озираясь, остановился у неприметной серой дверцы, постучал условным стуком.

Из-за двери высунулась рука с объёмным пакетом, а Клим в ответ протянул деньги.

Ева, разумеется, зафиксировала преступный акт на видео.

– Да он весь город опутал своей сетью, – ахнула она. – Ну теперь ты мне веришь?

– Ну… – Аня колебалась. Конечно, Клим вёл себя необычно, отрицать это было нельзя. Но бегать по городу в маске и плаще… – Смотри, мы же за ним два дня уже плотно следим, так?

– Следим, – согласилась Ева.

– А Правосуда видели вчера, в то же время, когда мы следили за Климом! – Аня показала скрин плохого качества: парень в маске красного носатого демона и чёрном плаще мчал куда-то на самокате. – И ещё новости! «Капитан Правосуд дал пинка безбилетнику». «Капитан Правосуд вернул девочке улетевший воздушный шарик». «Капитан Правосуд поделился шаурмой с голубем». Погладил собаку… Ерунда какая-то.

– Это банда, – убеждённо сказала Ева. – Поверь моему чутью, Клим – мозговой центр, который руководит множеством подручных. Карманных правосудиков.

Мозговой центр на тонких журавлиных ножках тем временем зашагал вдаль по узкой дорожке между гаражами, и девочкам пришлось, содрогаясь, вступить на ту же тернистую тропу.

Обратно они добирались долго и крипово. В гаражах их облаяли собаки и обшипел кот, затем они шли кривыми путями через два железнодорожных перехода и автомобильный мост до электрички, прячась от Клима за редкими прохожими и столбами освещения.

С электрички он перескочил на метро и уже в длинном переходе над шоссе начал нервничать – останавливался, озирался, завязывал шнурки, изгибаясь, как знак вопроса, чтобы разглядеть, кто у него за спиной.

– Почуял, – процедила Ева, выглядывая из-за торгового автомата. – Теперь начнёт убегать.

И она не ошиблась. В метро Клим переходил из вагона в вагон, долго кружил на пересадочных станциях и в довершение дважды выпрыгивал на перрон из поезда прямо перед закрытием дверей.

В последний раз ему это удалось, и он остался на станции, а поезд понёс подруг дальше. Но они уже так устали, что решили не ловить Клима – всё равно он вернётся домой, где Ева легко расставит ему капканы.

– Преступнику надо дать иллюзию выбора, – заметила она. – Пусть он думает, что контролирует ситуацию, и расслабится. А мы тогда нанесём удар.

Аня покосилась на подругу, но ничего не сказала.

– Завтра. Мы прижмём его к стене завтра, – вдохновенно продолжала Ева. – Под давлением доказательств он сознается, раскается и поймёт, как ошибался. Это будет лучший день моего рождения!