Из руководителей страны в советские времена никто правильно не говорил. Михаил Сергеевич между тем стал первым генсеком СССР, который попросил фиксировать его ошибки и направлять ему, чтобы он мог работать над ними. То есть действовал в точном соответствии с поговоркой: лучше поздно, чем никогда. Мне кажется, он мог делать это и прежде, скажем, во время многочасовых перелётов. Было бы, как говорится, желание.

Мне известен лишь один пример, когда человек, обременённый высокой должностью и многочисленными обязанностями, выучил новый для себя язык – английский – во время перелётов. Это Владимир Владимирович Путин. Причём выучил практически в совершенстве. Я не говорю о его блестящем немецком языке, который восхищает самих жителей Германии. Да и с русским у нашего Президента всё хорошо. По-другому и быть не может, ведь он выпускник нашего Университета.

– А как же его «мочить в сортире» и другие словечки и фразы из стиля подворотен?

– Тут другое дело. Лично я, услышав от Путина это самое «мочить», одобрила его. Было понятно, что он очень раздражён, буквально выведен из себя одним и тем же вопросом, задаваемым одной журналистской едва ли не при каждой встрече с ним. Я уверена, что Владимир Владимирович отдавал себе отчёт в том, какие слова говорит.