Мезонин, витая лестница,

Поле, рощица, река…

У окна грустит Прелестница

Лет примерно сорока.

Разодета, упакована,

Вроде как и жизнь не зря,

Разве что… недоцелована.

(Это мягко говоря!)

Мысль гложет неотступная:

«Я неправильно жила.

Ах, зачем я неприступная,

Недоступная была?!

Что теперь? Жалеть да плакаться…

Гладить котика, скучать.

Надо было Сразу Трахаться,

Недотрогу не включать.

С песней! Танцем! С настроением!

Больше! Чаще!! Без конца!!!

Отдаваться с упоением

В лапы каждого самца.

На диване, на кровати ли,

В душе, сауне – везде!

В лимузине, в экскаваторе,

В самолёте, в поезде́!

Тут и там! И всех и каждого.

Не успела? Всё, привет:

Спроса нет ажиотажного,

Никакого спроса нет!

Вам пишу, трамвая ждущие

Или алых парусов!

Знайте: к вам грядёт грядущее,

Выползайте из трусов!

Стоны! Крики!! Междометия!!!

Ощущайте «ощуще»!!!

Чтобы в день сорокалетия

Было вспомнить чо… ваще.

В мемуарах что расскажете?

Да! Я вам! Ау? Куку?!

Мужика найдите в гаджете,

Напишите мужику!

Или… С нашей героинею…

Позабыв про все мечты,

Пойте «Настроенью Синюю»,

Ну, и прочие «хиты»…

Толку нет скулить да плакаться,

Каждый сам себе кузнец.

Надо было Сразу Трахаться.

Тут и сказочке Конец!