Ноыль сидел за партой и пытался слушать, как Ким Ёнджу рассказывает о признаках равенства треугольников, но это было неинтересно. Он повернулся к Парану и шепнул, заглядывая в его тетрадь:

– Что ты там так усердно пишешь?

– Конспект.

Естественно, Ноыль видел, чем занимается его друг. Но это-то и было странно: Паран за все время их знакомства впервые делал заметки во время урока.

– Эй, ты же таким не занимаешься.

– Я не для себя.

– В смысле?

– Рани некоторое время не сможет писать, а в твоих конспектах черт ногу сломит, – пояснил Паран, продолжая писать.

Холодный гений впервые о ком-то беспокоился.

– А ты у нас, оказывается, заботливый! Просто хорошо это скрываешь. – Ноыль улыбнулся.

– Рани слаба в геометрии. Не запишу, мне же потом объяснять придется, время на это еще тратить… – начал оправдываться Паран.

– Признайся, что тебе грустно без этого демона бурной деятельности! – поддразнил его друг.

– Ну, немного…

Ноыль на секунду смутился. Такого ответа на свою шутку он не ожидал.

– А мне вот классно, – бодро возразил парень. – Никто над душой не стоит, нотации не читает, так тихо и спокойно… – Под конец он звучал грустно.

Кроме одиночества, Ноыль испытывал чувство вины – ведь Рани пострадала из-за него. Не полезь она тогда в эту дурацкую вентиляционную шахту…

– Ага, то-то голос у тебя такой радостный, – съязвил Паран.

– Ладно, раскусил… Как она могла не заметить, что у нее треснула кость в руке? Зачем вообще в вентиляцию полезла, – и не испугалась же… Храбрость на грани глупости, – негодовал Ноыль.

Паран кивнул, хотя отлично помнил страх в глазах Рани, просто вера в друга была сильнее него. Но, скажи он об этом, Ноыль бы опять начал задирать нос. И это бы растянулось надолго…

Признаки равенства треугольников

Пока парни шептались, урок закончился и в кабинете опять стало шумно. Одноклассники оживились в предвкушении обеда.

– Пошли, что ли, поедим, – предложил Ноыль другу, захлопнув учебник.

Они вышли из класса и тут же собрали на себя взгляды всех девчонок вокруг. В академии уже знали про инцидент во время олимпиады: в СМИ вышло достаточно статей, естественно, без подробностей про Zero и Зизи. Так что теперь Ноыль и Рани стали местными героями. Все только о них и говорили. И пока Рани была в больнице, Ноылю приходилось справляться с двойной порцией внимания: за себя и за нее. Взгляды девчонок пугали Ноыля.

– Поскорее бы Рани вернулась. Долго я не выдержу. Они еще смотрят, как охотницы на добычу.

Паран опять кивнул.

– Кстати, ты потом пойдешь на олимпиаду, когда ее снова устроят?

– Нет, – гений покачал головой.

– Ну да, после такого… не хотелось бы повторения.

– Да, все еще с трудом осознаю, что это случилось в реальности, а не в кино.

– Я тоже, дружище. – Ноыль вздохнул. – Нужно еще сегодня форум доделать. А то даже я понимаю, что это уже слишком…

– Да, – просто согласился Паран. – А что с Рю Гоном? Мы же не видели его после этого.

– Кто его знает. Мы с тобой одни новости читаем, и нигде о нем ни слова: «Вооруженные мужчины, личность которых не установлена, во время олимпиады по математике взяли школьников в заложники и требовали за них огромный выкуп», – все, больше никакой информации. – Ноыль нахмурился, вспомнив многочисленные статьи, которые прочитал за последние пару дней.

Но Восьмой не требовал денег. Это точно. К тому же во всех новостях Ноыль значился как «сын Чин Ёнджина», а не «ученик академии математики такой-то». Каждый раз, когда он видел имя отца, в голову закрадывалось неприятное подозрение. Конечно, он все обдумал и решил, что этого не может быть. Но избавиться от странного чувства не получалось.

– Поймают ли они преступников? – тихо, как будто сам себя, спросил Паран.

Эти слова вернули Ноыля на землю.

– Конечно, – уверенно заявил он, забыв о своем внутреннем конфликте. – Всех схватят. Рани же передала полицейским фотографии с олимпиады, а на них лица этих зеровцев.

Паран хотел ответить, но тут заметил знакомую фигуру. По стадиону, прямо им навстречу, шла Рани с гипсом на правой руке. Это не помешало ей радостно помахать левой, когда она увидела друзей. Парни подбежали к Рани.

Осень вступала в свои права. Листья понемногу меняли цвет, и, подобно им, отношение ребят друг к другу становилось другим.