Август заканчивался. В Клеверовой долине все разговоры были только про Первое сентября. Просто жители, от мала до велика, очень любили этот праздник. По улицам разъезжал на мотороллере скунс, который работал корреспондентом на местном радио, и брал у прохожих интервью. У скунса на макушке подпрыгивала полосатая шапочка с помпоном, которую он не снимал даже летом, а ещё у него в кармане куртки лежала чёрная облезлая коробочка с микрофоном. Ею скунс гордился больше всего на свете, потому что эта таинственная коробочка перешла к нему по наследству от дедушки – тоже корреспондента.

– Говорите, пожалуйста, вот сюда. – Скунс совал кому-нибудь под нос облезлую коробочку и нажимал на кнопку. – Не бойтесь, это диктофон. Он запишет ваш голос, а потом вы услышите себя по радио.

Папа Лапин, как знаменитый радиолюбитель, обожал всё, что связано с радио, и старался попадаться скунсу под лапу чем чаще, тем лучше.

– Э-э-э, – чесал шапочку скунс, – мы с вами вроде бы встречались час назад на площади под фонарём?

– Встречались, – кивал папа, – но я вспомнил ещё кое-что интересное. Так вот…

– Погодите, уважаемый, дайте выговориться и другим.

Папа Лапин вздыхал и уступал очередь колонку, белке-летяге, супругам крокодилам, бобровому дедушке – всем, кому было что рассказать про Первое сентября.

Скунс опять заводил мотороллер и мчался в другой конец Клеверовой долины. А на следующий день в утренней радиопередаче «Клеверовая зорька» радиослушатели узнавали собственные голоса и радовались, что теперь они немного прославились.

– Папа, ну как можно дотерпеть до праздника и не лопнуть от нетерпения?!

Лапин хватал себя за уши и пробовал завязать их под мордочкой, как делал в минуты великого волнения.

– Не волнуйся, не лопнешь, – улыбался папа Лапин и выкручивал ручку радиоприёмника на повышенную громкость.

– Самое главное – не забыть купить будильник. Какое же Первое сентября без будильника?! Это будет ненастоящее Первое сентября, м-да, – говорил по радио чей-то знакомый голос.

– Представьтесь, пожалуйста, – перебил говорящего скунс.

– Бобр, заслуженный дедушка будущего первоклассника.

– Я его сразу узнал! – вскочил со стула Лапин. Стул покачнулся, крутнулся на одной ножке, но устоял. Это был бывалый, дрессированный стул. – А почему нужен будильник? А у нас есть будильник? А как он должен звонить?

– Сто вопросов в секунду.

В комнату заглянула мама Лапин с кисточкой в лапе.

– Не сто, а всего три, и не в секунду, в полминуты, – возразил Лапин. – Где наш будильник?

Родители переглянулись. И правда, где же будильник, который разбудит их сына Первого сентября? В доме водились часы с кукушкой, налапные часы у папы и налапные часы у мамы, но всё это было не то. Если верить бобровому дедушке, настоящий школьный будильник должен стоять на тумбочке у кровати первоклассника, трезвонить на весь мир и подпрыгивать.

– Хорошо, что тумбочка у нас есть, – сказал папа Лапин и выключил радио, потому что там началась передача «Из жизни глубоководных рыб», а рыбой папа не интересовался.

– Скорее побежали искать будильник!

Лапин потянул маму к входной двери.

– Что ты так разволновался? Будильников много в магазине «Минутка». Сейчас я дождусь, пока докрасится хвост, и пойдём.

Дело в том, что все мамы первоклассников тщательно готовились к торжественной линейке. И те, у кого имелись хвосты, занялись их украшением: неловко явиться на праздник с обыкновенным хвостом. Мама Лапин решила освежить цвет и нанесла краску «серебристый иней».

Как долго тянулись эти минуты, пока хвост наконец засеребрился! Но Лапин выдержал. И вот все втроём они побежали в магазин «Минутка». Брякнул колокольчик. За стеклянной дверью покупателям тикали часы и часики всех размеров и на любой вкус. Продавец хомяк промакивал мордочку бумажным полотенцем. Видно было, что он очень устал.

– Здравствуйте! Дайте нам, пожалуйста, будильник для первоклассника! – сказал за всех Лапин.

Хомяк вытаращил глаза и сел на высокий крутящийся стул за прилавком.

– Если ещё кто-нибудь явится за будильником первоклассника, я закрою магазин и уеду в деревню к маме.

– Не торопитесь, успокойтесь. – Папа Лапин достал из кармана домашнего халата газету «Клеверовый вестник» и стал обмахивать разгорячённого продавца. Хорошо иногда забыть переодеть домашний халат. Он может пригодиться. – Поясните, что случилось.

Оглядываясь на входную дверь, хомяк рассказал, что прямо с утра, сразу после радиопередачи «Клеверовая зорька», в магазин повалил народ. И все за будильниками первоклассника.

– На крокодилах будильники закончились.

– Как закончились?! – подпрыгнул Лапин.

– Так, – развёл лапами хомяк. – И на складе нет. И вообще в конце августа это дефицитный товар.

– Что же нам делать? – спросила мама Лапин. Она чувствовала себя виноватой, что провозилась с покраской хвоста, но, с другой стороны, тогда будильника не хватило бы крокодилам, а их тоже жалко.

– Ничем не могу помочь, – вздохнул хомяк.

По пути домой Лапин пинал камушки и тихонько всхлипывал. Тихонько, чтобы не расстраивать родителей, но они всё равно расстроились.

– Я могу продудеть в трубу ровно в семь утра Первого сентября, – предложил папа Лапин, но сразу понял, что это совсем не то.

Из почтового ящика на калитке торчал краешек белого листочка. Мама Лапин вытянула его в прорезь и прочитала:

– Извещение. Получите бандероль в почтовом отделении. Сегодня до 12:00.

Папа посмотрел на налапные часы.

– Без десяти двенадцать. Я сбе́гаю.

Получать бандероли всегда очень приятно. Особенно если не знаешь, от кого они и что внутри. Папа бежал во весь дух. Пусть хотя бы бандероль им достанется, если не достался настоящий будильник первоклассника. На крыльце почтового отделения суетилась мышь-почтальон: она искала под ковриком ключ, чтобы запереть дверь.

– Подождите! – крикнул папа Лапин, размахивая извещением. – Ещё одна минута! Выдайте мне бандероль, пожалуйста!

Мышь подёргала носом. Если бы папа Лапин забыл добавить «пожалуйста», она бы ни за что не вернулась в почтовый зал, потому что была строгой мышью.

– Ладно, пойдёмте.

Перерыв полки с бандеролями, заказными письмами и посылками, мышь наконец нашла нужный свёрток. Она держала его в лапках и ждала, пока папа Лапин распишется в квитанции, и тут бандероль задребезжала: «Тр-р-р-р-р… Дзи-и-и-и-и-инь… Тр-р-р-р-р-р… Дзи-и-и-и-и-инь!» Мышь подскочила на месте, бандероль выпрыгнула из её лап и волчком закрутилась на полу, продолжая дребезжать. Хорошо, что папа Лапин был не робкого десятка и поймал свёрток. На боку у него была наклейка с надписью «Дорогому внуку от Простодедушки к Первому сентября». Папа засмеялся:

– Вот так сюрприз!

Когда он вернулся домой и свёрток был распакован, все очень обрадовались, потому что в бандероли лежал круглый, жёлтый и усатый будильник с двумя блестящими колокольчиками на макушке – ровно такой, о котором говорил бобровый дедушка. Лапин прижал подарок к груди, зажмурился и сказал, что, если он сейчас взлетит от счастья, пусть родители на всякий случай ловят его большим сачком.

И все засмеялись.