Выше мы говорили о том, что в американский период своей деятельности Курт Левин все больше отходит от проблем интрапсихологических к интерпсихологическим. Под влиянием идей бихевиоризма К. Левин оставил в этот период свои прежние интересы и перешел к изучению структуры цели. Анализ же методических приемов его сотрудников, о которых мы говорили выше (Фестингер, Аткинсон), свидетельствует об одностороннем развитии приемов диагностики целей (по количественным параметрам валентности и вероятности успеха). Первоначально такая диагностика осуществлялась на основе выбора испытуемым градуированных по сложности заданий. Позднее стали применяться шкалы субъективной оценки цели (прогноза будущего результата действия) по данным параметрам. Что же касается приемов качественной характеристики, позволяющих выявлять различные виды целей, то они оставались вне поля зрения исследователей. Став руководителем отделения групповой психологии, Левин начал заниматься проблемами социальной психологии, привлекая свою динамическую теорию личности. Он интересуется не столько внутри психическими состояниями, сколько межличностными отношениями. Не случайно американская социальная психология своими корнями уходит в динамическую теорию. К. Левин подчеркивает все больше, что взаимоотношения между потребностями и психологическим полем сложны, что взаимоотношение это динамично и составляет единую структуру – жизненное пространство – индивид.

Человек, выполняющий какие-то действия, находится в некоем жизненном пространстве, ограниченном данным моментом. Жизненное пространство – это не реально существующая объективная структура. Для Левина важно, как человек воспринимает эту ситуацию. Он все больше оперирует теми понятиями, которые у него сложились уже в немецком периоде деятельности: вектор, сила поля, динамическая заряженность поля и т. д. Когда он переходит к социальным проблемам, он прибегает к физикальным определениям. Поведение человека зависит от наличия векторов, которые находятся в данной ситуации. Социальные проблемы Левин пытается разрешить с точки зрения динамической теории.

Мы часто говорим, что в зарубежной психологии имеют место различные виды редукционизма. Есть физиологический редукционизм, который психологические механизмы сводит к физиологическим. Есть и социологический редукционизм, который подменяет психологические закономерности социальными. При этом мы недостаточно учитываем влияния гештальтпсихологии. Мы говорим даже, что она уже вымерла. И это правильно, она не дает себя знать в своем чистом, классическом виде, но идеи гештальтпсихологии проходят через учение Левина. Учение о барьерах, о векторах, которые определяют поведение человека, его действия вне содержания целей, отражается и в современных теориях зарубежной социальной психологии. В проблеме конформизма (как она разрешается в американской психологии) по существу дают себя знать идеи Левина о барьерах, о векторах. И Аш, и Фестингер были учениками Левина и начинали свои работы при его жизни.

Особенно большое внимание Курт Левин уделяет в американский период своей деятельности проблеме «группового стандарта», «групповых структур». Изучались типы лидерства («демократическое», «анархическое» и «авторитарное») и отвечающие им «групповые атмосферы» (Левин, Липпит, Уайт), детское поведение (Липпит), кооперация между детьми (Бевелас).

Левин различает собственно внутригрупповые отношения, понимаемые как неформальные, изначально присущие группе (симпатия, антипатия, покровительство, подчинение и т. д.), и отношения конкретной деятельности, в которую включается группа. Согласно К. Левину, ведущая роль принадлежит внутригрупповым неформальным отношениям. Отношения же конкретной деятельности, не обладающие собственным полем, как бы накладываются на неформальные, не влияя на характеристики поля последних.

Описанные представления, вытекающие из субъективистских позиций Курта Левина, можно охарактеризовать как психологический редукционизм. Не социальным, а межличностным психологическим отношениям приписывается определяющая роль.

Понятие «группа» К. Левин раскрывает как в отношении к индивидуальной, так и социальной деятельности. В первом случае группа выступала как форма конкретизации субъекта, который является частью и средством «жизненного пространства», но анализ социальной деятельности К. Левин ограничивает характеристиками ее групповых носителей.

После соответствующей модификации теория поля была применена К. Левиным в промышленной практике. Запросы промышленной практики состояли прежде всего в необходимости повышения производительности труда. В связи с этим особое внимание уделялось психологическим механизмам, лежащим в основе повышения производительности труда. В частности, исследовалась процедура сознательного принятия рабочими дневной нормы соответственно требованиям администрации. Одним из ключевых понятий при анализе этой процедуры стало понятие группового решения, соотносимое как с индивидуальным психологическим, так и с групповым полем (что является по К. Левину характерной особенностью оперирования понятиями топологии при рассмотрении проблем группового поведения).

Функция принятия решения как индивидуального акта состояла в подключении мотивации рабочего к целостности его действия, как своеобразного проявления волевого акта. Функция принятия решения как группового акта состояла в объективации психологического поля рабочего, создания определенных обязательств каждого по отношению ко всей группе в целом.

Исследование проблемы принятия решения включалось в более широкий контекст проблемы лидерства, разрабатываемой Левиным прежде всего в направлении выделения различных типов лидерства или руководства.

Позднее К. Левин возглавил работу Исследовательского центра групповой динамики. Под его руководством центр занимался разработкой обширной проблематики: производительность труда в группе, коммуникация и распространение влияния, социальная перцепция, взаимоотношение между группами, членство в группе и индивидуальное приспособление, подготовка групповых лидеров и улучшение группового функционирования.

Резюмируя, можно сказать, что в американский период деятельности у Курта Левина произошло заострение его идеалистических и редукционистских положений. В своем анализе социальных проблем Левин использует понятия топологии. Но топология, однако, не включает понятий расстояния и направления, играющих важную роль в психологии К. Левина. Он дополнил топологию годологией (от греч. hodos – путь) или наукой о путях, понимаемых не физически, а психологически.

Личность схематически изображается Левиным в виде круга, включенного в эллипс (психологическое окружение). Внутренность круга состоит из ряда областей или клеток.

Подобным же образом и психологическое окружение, в котором находится личность, имеет более или менее дифференцированную структуру. Оно разделяется на отдельные области, определяющие эмоциональные и познавательные процессы. Однако было бы ошибочно предполагать, что это поле представляет собой отражение свойств предметов объективного мира. Напротив, каждая область психологического окружения изображает лишь возможные действия индивида с вещами, через которые только и могут быть определены эти вещи. «Чтобы представить жизненное пространство, – пишет Левин – чтобы ответить на вопросы динамики, необходимо в качестве крайних элементов конструкции использовать процессы операции».

Некоторые области жизненного пространства могут быть более структурированными для индивида, иметь более четкую структуру, чем другие. Это области хорошо знакомые – области «свободы движения личности». Но в психологическом окружении могут быть области и совершенно неструктурированные – это области, о существовании которых человек знает, но содержание которых ему неизвестно. Например, ребенок может знать, что имеются государственные учреждения, но что они собой представляют, ему неизвестно. Когда человек находится в ситуации трудной задачи, все его психологическое окружение является неструктурированным.

Теорию структурированности психологического окружения Левин применил к анализу так называемой «проблемы юношества». В период юношества, по Левину, субъект совершает «социальную локомоцию» – переходит из одной группы детей в другую группу – взрослых, а это означает переструктурирование окружения: те области, которые раньше были легко доступны юноше, отдаляются от него, а другие приближаются. Но новые области еще неструктурированы; юноша не знает, к чему его могут привести те или иные действия. Эта неизвестность относительно результатов собственных действий вызывает мучительное состояние конфликтных напряжений. Поэтому юноша, по словам Левина, с готовностью следует за теми, кто предлагает ему «определенную систему ценностей», т. е. структурирует его окружение.

Характерный для юноши переход от одной крайности к другой Левин также объясняет слабой структурированностью окружения: те передвижения, которые являются большими, юноша рассматривает как незначительную локомоцию.

Л. И. Анцыферова справедливо доказывает, что в этом анализе поведения юноши, который дает Левин, очень отчетливо дана картина того состояния, в котором оказывается подрастающее поколение в капиталистическом обществе. Несомненно, что трудности, о которых говорит К. Левин в своей теории, существуют для юношества, но одни социальные системы имеют средства для преодоления этих трудностей, другие же или затягивают состояние напряжения, или толкают человека на разрядку во вредном для общества направлении. Этого Левин не видел.