Нарушение баланса между работой и личной жизнью также один из ключевых факторов риска развития выгорания, и многие из нас становятся его жертвами. Мы получаем культурные послания о том, что должны усердно работать и любить свое дело: «Если вы любите свою работу, вам не придется работать ни дня в своей жизни!» Каким-то образом это подсознательно трансформируется в «Если вы любите свою работу, не живите без нее ни дня!» Поскольку люди все чаще работают удаленно из дома, становится все труднее отстраниться от профессиональных задач и сосредоточиться на других вещах. От начальника нас отделяет всего один имэйл, поэтому работа начинает отнимать нас у друзей или родственников, занимая все больше места в жизни.

Это перетягивание каната между работой и семьей особенно сильно ощущают женщины. Конечно, феминизм второй волны дал женщинам «право» «иметь все», но сейчас уже четвертая волна, а женщины все еще чувствуют себя виноватыми в том, что не уделяют достаточно времени заботе о своей семье. Прежде чем Кетанджи Браун Джексон[11] заняла свое место в Верховном суде США, она почувствовала необходимость признаться своим дочерям, что ей не всегда удавалось найти баланс между работой и материнством. Она стала первой чернокожей женщины в Верховном суде США, но все еще переживала, что сделала недостаточно для своих близких.

В семьях, где оба супруга работают, женщины, как правило, выполняют вдвое больше работы по уходу за детьми и дому, чем мужчины[12]. Они тратят больше времени на подготовку к семейным мероприятиям, планирование праздников, организацию визитов к врачу, общение с родственниками и так далее. В результате четыре из десяти работающих матерей говорят о том, что чувствуют себя как белка в колесе[13] и у них практически не остается времени на самих себя. А те, кто зарабатывает больше, чем их партнеры-мужчины, в действительности увеличивают, а не уменьшают свой неоплачиваемый труд[14], чтобы компенсировать ощущение, что они плохие жены. Такое самоосуждение только усугубляет состояние эмоционального выгорания.