— Вот и всё, друзья. — Я натянуто улыбнулся, обведя товарищей взглядом. — Дальше как-нибудь сами…

— Вроде и полтора месяца в дороге, а вроде и времени прошло всего — ничего… — Грустно протянула Саэри, потупив взгляд.

— Нам будет недоставать вашего ехидства. — Усмехнулась Айдра, скрестив руки на груди и чуть наклонив голову. — И твоего, и магички.

— У «магички» есть имя. — Отозвалась Вейра, неприязненно посмотрев на «варваршу», как она наедине нередко называла нашу не в меру прямолинейную боевую подругу. — Но мне тоже вас будет не хватать.

Айдра вскинула брови:

— Это никак комплимент? Ну, спасибо!

— Только давайте без препирательств, хотя бы в этот раз, а? — Харр сделал шаг вперёд, приковав к себе взгляды обеих девушек. — Дар, Вейра, буду краток: спасибо за всё. Даст Трон, ещё свидимся.

— Обязательно свидимся. — Я деловито покивал. — Капеллан Висс, благодарю за науку. И лёгкого вам пути.

— И тебе того же, Даррик Саэль. Присматривай за Вейрой… — Она подошла ближе, протянув мне запечатанный тубус. — … и передай это Мошу. Не потеряй.

Магесса тихо буркнула себе под нос:

— Кто ещё за кем присматривать будет!..

— Не потеряю, капеллан. — Я коротко кивнул, приняв тубус из её рук.

Даже касания было достаточно, чтобы понять — он защищён магически и абы кому своё содержимое не откроет. Значит, и правда что-то важное.

Закинув тубус в заплечную сумку, я взобрался в седло и ещё раз окинул нашу поредевшую группу взглядом. Харр, Саэри, Айдра, Висс, Зевек, орденцы, старые и присоединившиеся в Визегельде для сопровождения актуариусов — вот и все, кто остался. Элиса отделилась почти сразу после Визегельда. Элькас остался на своём месте службы спустя ещё пару недель пути.

А теперь настал и наш черёд: полторы-две недели в дороге, и мы достигнем крепости.

— Поток хранит.

— Поток хранит. — Отозвались синхронно не просто мои братья и сёстры по Ордену, но и товарищи. Друзья.

«Как иронично: за годы в Обители я друзьями так и не обзавёлся. А вот полутора месяцев в дороге хватило, чтобы сейчас чувствовать себя как-то не так…».

— Вейра? — Я посмотрел на девушку, и та, кивнув, верхом на своём скакуне поравнялась со мной.

Все слова уже сказаны. Припасы, поклажа, оружие — ничего не забыто.

Тянуть и правда больше не стоило.

Я тронул бока лошади пятками, и та двинулась вперёд, съехав с цивильного тракта на ухабистую, тянущуюся вдоль реки просёлочную дорогу. Спустя пару минут я позволил себе обернуться и в последний раз махнуть оставшимся позади друзьям рукой.

Караван уже собирался продолжать путь: они остановились-то только для того, чтобы с нами попрощаться.

— Грустно как-то. — Бросила магесса, поймав мой взгляд.

— Один хороший человек однажды сказал мне, что без расставаний не бывает встреч.

«А продолжать цитату и говорить о том, что расставания порой — это жирная точка в вашей общей истории я, пожалуй, не буду».

Караван остался позади, а мы устремились туда, куда нас вёл долг.

* * *

Стоило признать, что мы с Вейрой, отделившись от каравана, были солидарны в одном: просто так до крепости мы не доберёмся, и что-то обязательно произойдёт.

Хищные магические звери, засады душегубов, залётные варвары, природные катаклизмы — мы готовились к чему угодно, сохраняя бдительность и радуясь успехам девушки в освоении азов боевой магии.

Но ни спустя неделю пути, ни спустя полторы ничего необычного так и не произошло.

Никаких препятствий, никаких сюрпризов. Только редкие встречные путники, да один-единственный караван, у которого мы закупились сушёным разнотравьем для чая: ночи становились всё холоднее с каждым днём.

Мы ведь не просто двигались на север, но и поднимались всё выше. Трава здесь бледнела и выцветала, окрашиваясь в оттенки изумрудного; деревья редели и становились всё более приземистыми; ветер, не встречая на своём пути никаких препятствий, буйствовал, пытаясь выдуть из нас последние крохи тепла.

Доходило до того, что по утрам дубели ремни и мёрзли скакуны. Ручьи сковывала тонкая корка льда, по каменистой почве тянулись узоры инея, а выдохи сопровождались облачками пара.

Просто для того, чтобы не лишиться транспорта и не замёрзнуть, приходилось вставать по два-три раза за ночь: подбросить поленья в костёр, побыстрее вернуться на своё место и закутаться в плащ.

Спали в одной «куче», спина к спине, ведь иначе было невозможно согреться без магии. Та нас и без того выручала: мы каждую ночь устанавливали сигнальные сети, чтобы не дежурить и не лишать себя или нормального отдыха, или десятка-другого пройденных за сутки километров.

Вот так, день за днём, мы продвигались к своей цели, испытывая на себе все тяготы путешествия в одиночестве, без каравана, без палаток, тентов и прочего объёмного груза.

И это была даже не зима: ранняя осень, которую я привык ощущать тёплой и милосердной. Но север диктовал свои условия, оправдывая свою репутацию суровой земли, выжить на которой — уже небольшой подвиг.

— Смотри! — Вейра махнула рукой вперёд, туда, где на фоне каменистой почвы и серого хмурого неба проявилось нечто, этой местности не свойственное. — Деревня?

Я прищурился:

— Похоже на то. Если и правда она, то мы даже опережаем график.

— Значит, не зря экономили время на дежурствах. — Довольно заявила магесса. — Поскорее бы уже оказаться под тёплой крышей! Отсюда до крепости всего несколько часов пути!..

Я хмыкнул, пришпорив лошадь. Вейра повторила за мной, и спустя четверть часа мы уже могли в деталях рассмотреть массивную изгородь, окружающую поселение.

Каменистый вал, трёхметровый частокол из обтёсанных брёвен — вот и вся защита от хищников и незваных гостей, коих на севере было в достатке. На небольшом удалении, у реки, виднелась водяная мельница, а кое-где, если постараться, удавалось рассмотреть петляющие между камней тропки…

Всё самое обычное и непримечательное, но отчего-то тревога как начала зудеть на периферии сознания, так и не умолкала.

Мы успели приблизиться к деревне на пару сотен метров, как вдруг меня озарило.

— Стоп! — Я вскинул руку, остановив лошадь. — Присмотрись. Видишь дым?

— Нет? — Вейра недоумённо на меня покосилась.

Небо было настолько однотонным, что даже костёр оставил бы на нём свой след.

— Вот и я не вижу. В целом поселении никто не топит печи и бани? Не жгёт костры? И тишина. Ни собачьего лая, ничего. — Я покачал головой. — Там что-то произошло.

Я заозирался, пытаясь выцепить взглядом хоть что-то подозрительное. Варвары? Разбойники? Хищники? Нет: это не причина не согреваться холодными ночами.

Значит, там нет никого живого…

«Или никого, кому требовалось бы тепло».

— Держись позади и будь начеку. Нужно проверить, что там произошло. Хотя бы издали…

Слухи о буйствующей на границах нежити и о крестьянах, бегущих с насиженных мест, грозили подтвердиться уже в ближайшие полчаса. Но для этого мне нужно было своими глазами увидеть или живых мертвецов, или последствия их пира.

И тот, и другой варианты были одинаково паршивыми, но был ли у меня выбор?

Нет. Как капеллан, я не мог пройти мимо и ничего не проверить.

— Я прикрою. — Коротко бросила Вейра, заёрзав в седле, расстегнув плащ и освободив обе руки. Я проделал то же самое, вдобавок обнажив меч.

Могло выйти так, что пустить его в ход придётся сразу же: немёртвые твари бывают самыми разными, и нередко оказываются куда быстрее обычного человека.

Я спрыгнул с лошади, бросив взгляд на распахнутые настежь ворота: ещё одно свидетельство того, что деревня брошена или опустошена. Никто и никогда не оставил бы их открытыми и без присмотра хотя бы из страха за домашнюю живность.

— Только не геройствуй, Вейра. Держись на расстоянии и, если вдруг что, скачи прочь, к крепости. — Произнёс я, проверяя, как сидит броня.

— Даррик, может, всё же не стоит? Мы же видим, что там никого… — Магесса кивнула в сторону ворот, за которыми виднелись первые дома и ни единой живой души. — Вернёмся сюда с солдатами из крепости чуть позже. И вдруг они уже знают, что деревню бросили?..

Я покачал головой, улыбнувшись. Её беспокойство было приятно.

— Нет. Потом может быть поздно. А если знают… — Я хмыкнул. — Тогда внутри меня не ждёт ничего кроме запустения.

Вейра посмотрела на меня неоднозначным взглядом, но возражать не стала. Лишь насупилась, да развернула лошадь полубоком. Так она и колдовать могла без проблем, и сбежать, если события начнут развиваться по наихудшему сценарию.

«Моя школа» — мысленно усмехнулся я, приближаясь к воротам.

К сожалению, эта вспышка довольства была быстро вытеснена настороженностью и липким страхом.

Стояла мёртвая тишина, и чем ближе я подходил, тем отчётливее это ощущалось.

Сами ворота оказались невредимыми и снаружи, и внутри. Засов, вкопанные в землю упоры — всё на месте, кроме караульного. На то, что он здесь когда-то был, указывала лишь отполированная штанами до блеска доска-сидушка, да вытоптанный пятачок земли, откуда было удобно забираться на ворота.

Центральная улица деревни плавно перетекла в площадь, на которой осталась пара брошенных, загруженных доверху дровами и мешками телег.

Я принюхался, но ни смрада разлагающихся тел, ни запаха крови не учуял.

Не говоря уже о том, что сами улицы были девственно чисты.

«Странно».

Если бы люди уходили отсюда без спешки, то они не бросили бы телеги. Да и скарб в домах, судя по тому, что я успел заметить в окнах, остался нетронутым. Будто местные жители в один миг встали и ушли безо всякого сопротивления.

Могло ли что-то вот так их согнать? В теории — да, но вот на практике…

«Нужно будет как следует расспросить Моша Бура о том, что за чертовщина творится в его епархии» — решил я, распахнув протяжно скрипнувшую калитку, ведущую во двор самого богато выглядящего дома.

В этом дворе была натянута верёвка, на которой висело сухое, задубевшее от холодного ветра бельё. Чуть в стороне валялся колун в окружении груды нерасколотых брёвен, а на крыльце дома кто-то оставил заботливо украшенную детскую куклу из соломы и ярких обрывков ткани.

Снова принюхавшись, я двинулся дальше, всматриваясь в загоны и птичьи клетки. Заглянул в утеплённый сарай, но и тот встретил меня запустением.

Животных не было. Забрали с собой, оставив вещи?

Но почему и зачем?

Изнывая от напряжения и нехороших предчувствий, я выждал пару минут, после чего сунулся внутрь людского жилища. Оно точно так же не выглядело как дом людей, в спешке от чего-то сбежавших.

И тут, в отличие от улицы, пованивало, но лишь потому, что кто-то забыл в печи готовый к варке горшок с рыбной похлёбкой, уже протухший и покрывшийся мерзкой голубой плесенью…

В течение получаса я бродил по деревне, но ничего нового найти не сумел. Прибегнул к магии, но и она оказалась бессильна: тут никто не колдовал минимум с неделю.

К Вейре я вернулся, напряжённо размышляя и перебирая варианты, ни один из которых мне не нравился.

Ведь если тут кто-то и постарался, то явно не простая и понятная, ведомая вечным голодом нежить.

— Пусто. Ни людей, ни животных. Но весь скарб, все вещи, инструменты — всё на своих местах. — Коротко бросил я, взбираясь в седло. Хотелось как можно скорее убраться от этого странного места. Я ткнул лошадь пятками в бока. — Уходим.

— Крестьяне оставили все свои вещи? — Переспросила Вейра, поравнявшись со мной.

— Да. Даже самое ценное, и я понятия не имею, что тут произошло. Возможно, нежить тут шалит не просто так, а по указке чернокнижников. В теории, они могли подчинить…

— А если это был погонщик?..

Я запнулся от этого вопроса и хотел было объяснить Вейре, что она заблуждается, но…

«А ведь она может быть права» — с запозданием отозвался мой внутренний голос. Я по-всякому прокручивал в голове ситуацию, и с ужасом осознавал, что погонщик чуждых и правда мог забрать с собой всё живое.

И не оставить магических следов при этом.

— Это… возможно. Нам нужно в крепость! — Я пришпорил лошадь, и Вейра поступила так же. — Как можно скорее!..

* * *

Уже смеркалось, когда впереди, наконец, показалась громада крепости, к которой мы так стремились.

Десятиметровые стены и усеянные бойницами башенки, ещё более высокий донжон, трёхметровый ров, вырубленный в камне, гарнизон в две сотни бойцов — всё это делало пограничный бастион костью в горле многочисленных врагов Империи.

Он внушал им страх, ужас и отчаяние, а Имперские солдаты — обращали в бегство варварские орды, стаи магических чудовищ и всё то, что могли породить в своём безумии еретики и отступники.

Для нас же его стены, усеянные отблесками пламени множества факелов и жаровень, были оплотом надежды.

А ещё гарантировали защищённость и получение ответов хотя бы на толику вопросов, заданных нам долгой дорогой.

— Кто идёт⁈ — Дозорный, давно протрубевший в рог и наблюдавший за нами вот уже не один десяток минут, подал голос, когда мы подошли совсем близко к воротам.

Я спешился, сбросил капюшон и создал над собой и Вейрой светлячков:

— Капеллан Даррик Саэль, с магессой Вейрой Куорн!.. — У меня было, что ещё добавить «согласно протоколу», но дозорный почти сразу пропал из виду, а спустя пару минуту дверь потерны, малого хода у ворот, открылась.

— Проходите. — Встречающий жестом пригласил нас внутрь, куда мы и направились, торопясь укрыться от пронизывающего, разошедшегося к ночи ветра.

Ширины хода едва хватало для того, чтобы вести за собой лошадей, а ощущение пристального внимания, исходящего от многочисленных бойниц, заставляло нервничать даже меня — того, кто априори «свой».

Трижды за полтора десятка метров я ощутил слабое касание магии: стационарные ритуальные арки выполняли свою работу, выявляя меняющие облик чары или способных к маскировке нелюдей.

А едва выйдя из этого коридора, мы оказались в окружении пары десятков вооружённых солдат с капелланом во главе.

— Капеллан, значит? Докажи. — Я поднял левую руку, впервые за два месяца воспользовавшись перстнем по назначению. Тот нагрелся, и я ощутил, как отозвался аналогичный артефакт на пальце замершего напротив мужчины. — И мне нужен приказ о твоём назначении.

Я ожидал чего-то подобного, так что сразу протянул ему свиток, с которым мне пришлось ознакомиться ещё тогда, стоя перед лордом Кэрвином.

«Как же давно это было. Словно целая жизнь прошла с тех пор…» — промелькнула сентиментальная мысль в те секунды, пока капеллан изучал бумагу.

— Актуариус на своём первом задании? — Он окинул меня удивлённым взглядом. — Хм. Хм-хм-хм. Допустим. А твоя спутница?..

— Вейра Куорн, маг пятого круга посвящения, Башня Ке’Атль. — Вейра ответила спокойным и размеренным тоном, изобразив нечто вроде очень уважительного кивка или неглубокого поклона. — Я здесь для того, чтобы оказать посильную помощь в поиске причин возникших на границе проблем.

— Маг нам пригодится. Дела-то творятся нехорошие, это точно. Мош Бур. — Мужчина протянул мне руку, которую я сразу пожал. Вейре же он лишь кивнул. — И где ты потерял своё Кредо, Даррик?

— Мне отказали в собственном Кредо за плохое поведение. — Я ухмыльнулся, отчего-то почувствовав себя задетым за живое. Чтобы скрыть раздражение, я поторопился достать запечатанное послание. — Капеллан Лаэна Висс поручила передать это вам лично в руки, капеллан Бур.

— Просто Мош. — Отмахнулся тот, приняв из моих рук тубус.

Несложные манипуляции с кровью и перстнем — и тот открылся.

Мужчина погрузился в чтение…

— Даррик? — Вейра осторожно коснулась моего плеча.

— Да?

— Я размещу наших лошадей и пойду обустраиваться. Найди меня потом, как закончишь здесь. — Я кивнул, и девушка, взяв мою лошадь под уздцы, неспешно удалилась, не переставая при этом озираться по сторонам.

Как и я, в такой крепости Вейра была впервые.

— Ты в курсе содержимого донесения? Обстановки на границах?

— Только слухи, капеллан Бур. Лорд Кэрвин и капеллан Висс не посвящали меня в детали. — Что было чистейшей, хоть и лишённой всякой логики правдой.

Мужчина тем временем нахмурился и повторился чуть более раздражённо:

— Мош. Достаточно имени. Я не сторонник этикета и процедур.

— Буду иметь в виду, капеллан. — Волны испускаемого им недовольства разбились об непрошибаемую стену моей усталости и раздражения. — И ещё одно. По дороге мы наткнулись на опустевшую деревню. Жители покинули её вместе с живностью, но всё имущество бросили. У меня есть тревожные предположения на этот счёт…

— Очередное поселение снялось с насиженного места. — Бур поморщился. — Не в первый раз уже…

— Я считаю, что это могут быть чуждые. — Мужчина замер на секунду, переведя на меня вопросительный взгляд. — Простой люд никогда бы не бросил всё, что нажил своим трудом, забрав при этом животных. А вот погонщики паразитов могли увести и тех, и других, не оставив никаких магических следов…

Мужчина опустил веки, тяжело выдохнув:

— Шёл бы ты спать, Даррик. Днём я расскажу тебе и Куорн о происходящем всё, что нам уже известно. И не чуждые это. Обычная нежить, людские страхи и, возможно, еретики-чернокнижники. За ними-то мы и охотимся.

Я внимательно посмотрел на Моша Бура, ища в его лице что-то, сам не знаю что. Но мужчина не выглядел готовым принимать хоть какие-то возражения, абсолютно уверенный в собственной правоте.

И это меня невероятно сильно, вплоть до слабой мигрени, раздражало.

«Очень плохо».

— Вы правы. — Я кивнул, мысленно ухмыльнувшись от того, как его покоробило от уважительного обращения. — Утро вечера мудренее. В таком случае, доброй ночи, капеллан Бур…

И прежде, чем он успел возмутиться, я развернулся, направившись в ту сторону, куда прежде ушла Вейра.

Этой ночью мне следовало отдохнуть и хорошенько обмозговать тот факт, что Мош Бур, в подчинение которому меня направили, не только почему-то вызывает у меня стойкую к нему неприязнь, но и может саботировать ту работу, которую я собирался провести.

Но сперва я должен был поговорить с Вейрой…