Меня учила матчасть цыганщины

картами плотно прикрывать глаза,

чтобы острым краем, когда мы играем,

по глазу вдруг не полоснули вини.

— Не вини, но пики, пики! —

говорила она, ударяя при этом

по носу валетом, а не вальтом при том.

И не говори всуе блеф.

И не царь крестей, но король треф.

И — по глазам: — Нельзя так, нельзя так!

И взяток, взяток — то брать, говорит, то не брать.

И по морде опять: ну откуда у него пять, —

думай, думай! — девяток?

Вот так матчасть, сучара, меня цыганщине обучала.

— Чти карту — тщись, но учись фарту!

И бей с бубей!

Не научился, но выучил её повадки:

кто встал первей — у того и тапки, и дама червей,

под вистузу — с тузу, под игрока — с семака.

И довёл их до совершенства:

буби козыри — дураки у нас в почёте!

Сам, повторяю, не научился. Не научился. Но доношу

в Совет Инквизиции — на говорящих:

«Незнание прикупа — не освобождает…»