Сплошная — потому что беспросветная. Сплошь — втыки, летучки, текучки и снова втыки. Им втыкивают, и они втыкивают. Теоретически — юмористически, а практически — «Все замудоханы, дело сделано!».

И вот я показываю Владимиру Робертовичу рисунок бюрократа. Он, Владимир Робертович, старший администратор «клуба ДС», воевал, пишет эпиграммы на известных людей, сам немного похож на Ясира Арафата. Лицо бюрократа исполнено в стиле детский наив или базарный примитив, но рисунок, видимо, не «пройдёт», потому что нос бюрократа вместе с его глазами похож на мужские гениталии, а рот бюрократа — на женские.

Я возражаю. Я говорю, что это неправда, что чёрточка и кружочек — это не обязательно то, что имеет в виду Владимир Робертович.

— Виктор Станиславович, — говорит мне Владимир Робертович, — только не надо мне мозги, ей-богу… Если бы вы нарисовали их раздельно, то тогда бы ещё куда ни шло. Но в такой позиции это как раз то, что я имею в виду.

— Пошли к Яхонтову.

Яхонтов — зав. отделом юмора «Литературной газеты».

— На что это похоже? — Владимир Робертович показывает ему нос бюрократа.

Яхонтов мрачно:

— Он, как пить дать — он.

— А это? — Владимир Робертович показывает на рот.

Яхонтов:

— Вылитая, как две капли.

Итак, требуется переделка. Надо нарисовать нос более реалистическим, таким, чтобы он не вызывал никаких паразитических ассоциаций. Чтобы было видно, что это именно нос или рот, а не то, что я имею в виду. Я нарисовал нос реалистически объёмным, с проработкой деталей и даже морщинками. Ещё я пририсовал бюрократу усы и бороду, ибо это лицо, а не то, что вы думаете, и вставил ему в рот зубы, чтобы не возникало никаких паразитических ассоциаций.

— Виктор Станиславович, — сказал Владимир Робертович, — вы патологический тип. А Яхонтов сказал, что теперь она зубастая.

Ещё один случай. В тексте ребёнок кушает сардельку. Я так и нарисовал.

— Что это у него на вилке? — спросил Владимир Робертович.

— Сарделька.

— Виктор Станиславович, вы опять за своё?

— Но в тексте-то сарделька.

— Не важно. Текстуально сарделька не вызывает паразитических ассоциаций. Но визуально это как раз то, что я имею в виду. Запомните: сосиска, сарделька, банан, палец, взятый отдельно от руки, — всего этого изображать не следует — и вам в первую очередь.

Пошли к Яхонтову.

Яхонтов:

— В стране не хватает мяса, сардельку надо убрать как злопыхательство.

— Сосиску тоже нельзя, тоже мясо, — сказал Владимир Робертович.

— И банан нельзя, — сказал я, — в стране не хватает сарделек, а тут кто-то бананами обжирается.

— А что можно? Всё что угодно, из-за чего не давятся в очередях. Например, картофель.

— И картофель нельзя, — мы его у Польши закупаем и у Кубы — намёк на национальный позор.

— Тогда пусть будет морковка. Её везде навалом, и не мясо.

Морковка так морковка. Я нарисовал её реалистически объёмной, с проработкой деталей и ботвой — самому потом было стыдно смотреть — так похоже получилось.