Поставил на диван чертёжную доску. Не глядя накинул на доску белую льняную драпировку — так, чтобы складки сами упали с доски и распространились по горизонтальной плоскости. Положил в складки кораблик, сложенный из газеты. Поставил бутылку из-под шампанского, выкрашенную белой гуашью. Рядом — белую вазу, матовую. Рядом — такую же белую, но — глянцевую, с бликами. Поставил белый фарфоровый кувшин, повернув его так, чтобы незабудка на его боку не была видна. Мысль: «А не бросить ли пару клубничек на втором плане?» — посчитал кощунственной. Поставил два прозрачных стакана — гранёный и тонкий. Тонкий — повалил на бок. Кажется, всё. Одна группа предметов — выстроена, другая — в произвольном небрежении. Нет, чего-то не хватает. Налил немного воды в гранёный стакан, положил в глянцевую вазу три яйца — белых. Кажется, что-то лишнее. Убрал тонкий стакан. При этом задел складки. Поправлять их нельзя — будет хуже. Всё! Натюрморт установлен! Мысль: «А зачем его рисовать, если он уже — готов?» — посчитал кощунственной и дилетантской. Мысль профессионала: «Поди приляг, сосни — натюрморт должен как следует отстояться».