Книга открылась, открывая фразу:

"Измученный ментальной порчей Повелителя Тайн, Клейн Моретти всегда испытывал сильную боль и состояние крайнего истощения. После напряжённой битвы он, наконец, достиг предела своих возможностей из-за влияния своего разума. Он решил сдаться и прекратить сопротивление".

За огромным хрустальным моноклем Амон, который был одет в остроконечную шляпу и классическую черную мантию, быстро очертил "Себя", как гору.

«Он» посмотрел на Клейна, который прекратил сопротивление, и его темные глаза посветлели, а уголки губ скривились.

— Я украл его. Как оно?

Клейн поднял голову, чтобы посмотреть на мистера Ошибки, и изо всех сил пытался открыть рот. Он слабо сказал:

— Ты с самого начала пытался обмануть?

Амон поднял "свои" руки и сказал с улыбкой:

— К сожалению, ты понял это слишком поздно.

«Он» заставил большие и указательные пальцы своих рук соприкоснуться друг с другом, образовав овал.

В овале зажегся звездный свет, осветив фигуру Клейна.

Вслед за этим Амон торжественно развел руки, разрывая пустоту, в которой Клейн и окружающая его среда полагались на жизнь.

Пустота, словно стекло, разлетелась на куски, как при обрушении небоскреба.

Однако все эти разрушения кружили вокруг тела Клейна, не затрагивая его напрямую.

Он был похож на маленькую рыбацкую лодку, которая спокойно плывет сквозь бурю. Он выглядел неуместным и дисгармоничным, как будто ему здесь не место.

Амон поднял руку и поправил монокль на правом глазу, улыбка на его лице несколько померкла.

Полупрозрачный плащ то появлялся, то исчезал над поверхностью тела Клейна.

Он посмотрел на гористого Амона, его глаза потемнели.

— С того момента, как ты вошел в замок Сефиры и произнес первое слово, ты начал свой обман.

В это время Амон сказал, что "он" рискнул освободить подавление Повелителя Тайн в "его" теле, в обмен на личность владельца замка Сефира.

В этот момент Амон не воспользовался возможностью продолжить атаку на Клейна. "Он" парил в воздухе и смотрел вниз на Господина Шута.

Клейн тоже не предпринимал никаких попыток. Его тон был странно спокойным, как будто он что-то готовил.

— Если простое высвобождение подавления воли Повелителя Тайн позволяет войти в замок Сефиры ценой полубезумия, Антигон мог сделать это еще тогда. Демонический Волк Уничтожения, Флегреа, еще раньше тоже мог это сделать. У вас и господина Дура ранее было бесчисленное количество возможностей.

— Очевидно, что невозможно вторгнуться в замок Сефиры, просто заставив Повелителя Тайн пробудиться до определённой степени, и используя полуразумность в сочетании с Ошибкой. Нет никакого способа найти полезную ошибку в этом вопросе, если только ты напрямую не заставишь 'Его' заменить тебя.

— Только когда ты овладел полномочиями двери, чтобы идти куда угодно, ты увидел надежду. Создав чёрный ход и используя баги, ты мог бы заставить замок Сефиры относиться к тебе как к Повелителю Тайн и дать тебе соответствующие полномочия.

— Конечно, это определённо потребует пробуждения Повелителя Тайн до довольно опасного состояния. Без этой скрытой личности ты не сможешь обмануть замок Сефира без какой-либо причины.

— После поглощения Уникальности Двери ты не сразу проник в замок Сефира, чтобы разобраться со мной, который тогда был еще слабее. Это было потому, что в то время ты не мог полностью противостоять пробуждению воли Повелителя Тайн, ведь ты только что продвинулся.

— Я думаю, что ты уже нашел относительно безопасное решение. Если бы я не продвинулся до Шута так быстро, ты бы смог войти в замок Сефиры в наилучшем состоянии, чтобы решить все как-нибудь потом. А теперь у тебя нет другого выбора, кроме как воплотить этот план в жизнь. С тобой определённо есть очень серьезная проблема.

— Ты взял на себя инициативу выкинуть цену полубезумия, чтобы, с одной стороны, заставить меня думать о контрмерах в этом направлении, чтобы заложить смертельную ловушку в ключевых местах, а с другой стороны, ты также хотел отвлечь внимание и использовать эту возможность, чтобы скрыть другие проблемы.

— Ты вовсе не полусумасшедший.

Амон спокойно выслушал слова Клейна. Довольно необычно, что "Он" не перебил его и не попытался напасть. Только когда Клейн закончил, "Он" сказал со странным выражением лица:

— Ты сумасшедший.

Глава 1386. По острию ножа

Услышав от Амона "ты сумасшедший", Клейн поднял голову и громко рассмеялся.

— Я просто сдался в соответствии с твоими договорённостями. Однако такая формулировка более глубокая, чем ты думаешь.

Пока он говорил, на лбу ледяной и причудливой маски, которую он носил, появилось иллюзорное клеймо.

Это была странная дверь света, окрашенная в синевато-черный цвет. Что касается Клейна, то он тоже был окутан чем-то похожим.

Под полупрозрачным плащом тёмного цвета появлялось все больше скользких и зловещих щупалец. Они плотно сгрудились и вытянулись, пока не заняли все небо.

Когда его темные глаза вспыхнули, Клейн посмотрел на Амона и с улыбкой сказал:

— По мне, так вместо того, чтобы тебе становиться Повелителем Тайн, не лучше ли нам позволить прошлому "Ему" возродиться?

После того, как его психическое состояние стабилизировалось, и он разгадал ключ к внезапной атаке Амона, мысли Клейна о "сдаче" устранили его сопротивление воле Повелителя Тайн в его теле, позволив "Ему" продолжать возрождаться.

Именно благодаря этому он смог в критические моменты контролировать замок Сефиры и заимствовать силу "Ошибки", чтобы избежать коллапса пространства, созданного Амоном.

Не дожидаясь ответа Амона, уголки губ Клейна изогнулись, и он с улыбкой сказал:

— После того, как ты был испорчен замком Сефиры и проявил признаки безумия, ты сразу же восстановился и смог использовать замок Сефиры для создания эффекта "Слепой глупости". После высвобождения подавления воли Повелителя Тайн в тебе, ты не вошёл в полубезумное состояние, так как тебе помогают внешние силы.

— У тебя должен быть чрезвычайно важный аватар. Это может быть даже как выбор Паллеза, чтобы понизить "Свой" уровень. Он спит у Адама, и это позволяет Визионеру, такому как 'Он', лично защищать твое психическое состояние. До тех пор, пока пробуждение воли Повелителя Тайн не превысит пределы того, что может выдержать Адам, ты не сойдешь с ума здесь, если не потеряешь контроль там.

— Таким образом, твоя самая серьёзная проблема заключается в том, что ты должен поддерживать нормальную связь с этим телом. Как только она нарушится, твое состояние будет под угрозой. И эта связь на самом деле очень слаба под эффектом изоляции замка Сефиры.

— Ты намеренно показал полубезумное состояние по двум причинам. Помимо того, что ты заманивал меня, чтобы я нашёл возможность в этом направлении и наступил на расставленную тобой ловушку, ты также скрывал этот факт, чтобы я не смог нацелиться на этот аспект, вступая с тобой в бой.

— Конечно, есть много проблем и помимо этих. В конце концов, ты не полностью готов. Если бы я обнаружил эти проблемы раньше, даже если бы я был Королем Ангелов с Уникальностью, у меня не было бы возможности победить тебя.

Амон молча слушал и поднял руку, чтобы поправить хрустальный монокль в правом глазу. Уголки его губ изогнулись, и он вздохнул с улыбкой.

Увидев это, Клейн улыбнулся и покачал головой.

— Ты действительно могущественный, хитрый и ужасающий, действительно достоин звания "Бог Обмана". Если бы не тот факт, что я долго думал, что мне делать, когда ты загонишь меня в угол и у меня не останется другого выбора, я бы точно колебался сейчас. А если бы я колебался хоть немного, я бы уже умер.

В этом случае Амон полностью контролировал бы замок Сефиры, не позволяя Клейну вернуться из тумана истории для воскрешения.

Амон уставился на растущее число зловещих щупалец, выходящих из под темного плаща Клейна. "Он" медленно сделал глубокий вдох и с улыбкой сказал:

— Повелитель Тайн в тебе вот-вот по-настоящему пробудится.

В улыбке Клейна чувствовалась нервозность.

— Ты также можешь посоревноваться со мной в этом вопросе.

— Наша следующая битва очень проста: Это соревнование в том, кто больше пробудит волю Повелителя Тайн, соревнование в том, чей контроль над замком Сефиры будет более глубоким. 50%, 70%, 90%, пока мы не достигнем 100%. Затем, с грохотом, мы взорвёмся, и "Он" вернётся.

— Что ты думаешь? Ты примешь пари? Посмотрим, кто первый не сможет больше держаться? Это очень захватывающе, очень интересно и очень соответствует твои предпочтениям. Это как рулетка, которая популярна в Фейсаке. Два человека, у каждого из которых револьвер с пулей внутри. Они по очереди нажимают на курок у своего виска. Когда кто-то сдается первым, это приводит к тому, что его противник выигрывает. А если никто не сдастся и будет упорствовать до конца, то победителя не будет. Победителем будет "он".

Брови Амона приподнялись, когда "Он" улыбнулся, не говоря ни слова.

Клейн посмотрел на "него" и с улыбкой сказал:

— Хотя ты всегда искал острых ощущений и известен как любитель риска, ты чаще всего достигаешь своих целей. Ты не только мало теряешь, но и часто много приобретаешь. А в тех немногих неудачах, которые у тебя случаются, ты теряешь только некоторые свои аватары и предметы. Ты никогда не получали серьезных травм и не попадал в безвыходные ситуации. Каждое твое действие - это результат тщательного планирования. Даже если ты потерпишь неудачу, у тебя будет выход.

— Значит ли это, что ты ценишь свою жизнь больше, чем я предполагал? Ты действительно любишь острые ощущения и ищешь их ради удовольствия, но делать это независимо от цены - это лишь образ, который ты изображаешь. Как может настоящий Бог Обмана заключать пари с "самим собой" на кону?

— Конечно, это всего лишь мое собственное предположение. Возможно, оно ошибочно. В любом случае, хочешь ли ты принять пари?

Амон погладил хрустальный монокль и изрек, как Медичи.

— Ты действительно сумасшедший.

Клейн ответил с улыбкой:

— В глазах других это действительно безумие.

— Но для меня это просто выбор.

— По сравнению с тобой, я охотнее верю в бывшего Повелителя Тайн. Он - настоящий Великий Древний, взирающий на Вселенную с высоты и относящийся к большинству живых существ как к насекомым. Это заставило бы "Его" отдалить "Себя" от реальности.

— Кроме того, у меня еще должно быть время, чтобы попросить джинна быть моим свидетелем. Я попрошу Повелителя Тайн пообещать мне определённые вещи. Для 'Него' все очень просто и ничего не стоит.

Сказав это, уголки рта Клейна изогнулись, когда он произнес,

— Я не потеряю слишком много, только себя.

— Всегда есть вещи, которые важнее других.

Амон сохранил "свою" улыбку, но не сказал ни слова.

Затем Клейн осмотрел местность и обнаружил среди плавающих в пустыне осколков Волшебную лампу желаний и Латунную книгу Трунсуэста.

Он тут же громко рассмеялся.

— Смотрите, меня не наказали. Это значит, что я не лгу. Я говорю правду.

На самом деле законы, установленные Латунной книгой Трунсуэста, были давно отменены, так как Божественное царство было уничтожено во время падения звезды. Позже Амоны осмелились попытаться использовать "Кражу", но главной целью Клейна было не доказать что-то, а показать свою решимость, твёрдость или, возможно, безумие.

Конечно, то, что он сказал, было правдой. Он действительно был готов воплотить их в жизнь. Иначе он никак не смог бы скрыть это от Амона или оказать достаточное давление на "него".

Амон улыбнулся и сказал без намека на панику:

— Звучит интересно.

— Не так ли? Давай начнём, — без колебаний ответил Клейн, его глаза потемнели.

Улыбка Амона застыла, когда "Его" ладони внезапно собрались вместе.

Под его классической черной мантией появились скользкие и зловещие щупальца.

«Его» аура немного изменилась, а тело словно покрылось темным плащом.

В этот момент Амон стал больше похож на Повелителя Тайн.

Однако "Он" не соперничал с Клейном в прогрессии пробуждения Повелителя Тайн. Вместо этого "Он" использовал это, чтобы обмануть замок Сефиры, чтобы создать соответствующую "Ошибку" и создать шанс на побег.

Если бы власть "Ошибки" действовала на одном уровне, она часто имела бы разные предпосылки:

Во-первых, носитель и цель должны были быть достаточно похожи; во-вторых, между ними существовала определённая связь; в-третьих, между некоторыми вопросами или объектами существовали определённые логические противоречия; в-четвертых, некоторые правила были действительно неполными; в-пятых, не влияя непосредственно на цель, "Ошибочное" окружение строилось как божественное царство...

В этом аспекте ограничения "Одурачивания" были еще меньше, но как только "Ошибка" удовлетворяла условиям, от нее было бы трудно защититься или прекратить ее.

Сейчас Амон хотел взять инициативу в свои руки, чтобы замаскировать "Себя" и удовлетворить первой категории.

Это было похоже на вторжение вируса. Сначала нужно было заставить другую сторону поверить, что они на одной стороне, чтобы избежать обнаружения, а затем парализовать любую защиту, чтобы достичь своих целей.

Если фрукт выглядит как клубника, пахнет как клубника, на вкус как клубника, то в принципе его можно считать клубникой.

Но в реальности может быть исключение.

В этот момент внешность Амона напоминала внешность Повелителя Тайн. «Его» аура была подобна ауре Повелителя Тайн, а его силы были подобны силам Повелителя Тайн. «Его» ментальный отпечаток также был похож на отпечаток Повелителя Тайн. Имея авторитет "Ошибки", он, естественно, заставил бы Замок Сефиры поверить, что "Он" был Повелителем Тайн.