— По мере приближения апокалипсиса эта проблема заставит всех истинных божеств взращивать Повелителя Тайн или Всемогущего Бога. А бывший Повелитель Тайн и Бог Всемогущий, скорее всего, пробудятся в "своих" телах".

«Это... Следовательно, запечатывание других сефирот было сделано Небожителем намеренно, чтобы предотвратить возможность последующей 0-й последовательности истинных божеств намеренно избегать этого пути, убивая шансы на рождение нового Повелителя Тайн? И пока рождается новый Повелитель Тайн, "Он" имеет высокие шансы на возрождение и полное пробуждение... Не слишком ли это зловеще? С определённой точки зрения, не стоит бояться того, что другие узнают об этой договорённости. Чем больше сущностей будут знать об этом, тем больше они будут склонны быстро поддерживать рост Повелителя Тайн, чтобы не допустить того, чтобы у них было всего несколько лет до конца, чтобы получить контроль над соответствующими сефиротами...» Чем больше Клейн думал об этом, тем более страшным казался Небожитель, Достойный Благословения Неба и Земли.

Это заставило его внутренне вздохнуть.

«Как и ожидалось от столпа, который может заставить джинна попасть в такое затруднительное положение и по сей день...»

Клейн тут же спросил:

— Тогда почему ты не поддержала рост Повелителя Тайн в Четвертую Эпоху?

На самом деле он знал ответ на этот вопрос. С течением времени, по мере того, как различные личности Первоначального Творца, Небожителя и Бога Всемогущего, "Их" воли постоянно слабели. Чем ближе они подходили к апокалипсису, тем слабее становилась соответствующая воля. Благодаря этому люди будущего могли сопротивляться и подавлять "Их" и избегать потери "Себя".

Доказательством этого может служить тот факт, что Адам до недавнего времени ждал, когда сможет стать Видящим.

Проекция сна Богини Вечной Ночи изобразила улыбку.

— В те времена Амон и Вефиль не желали этого. Все они желали сделать всевозможные приготовления, надеясь совершить попытку, когда апокалипсис будет приближаться.

— Что касается Сэлинджера, то "он" планировал использовать Реку Вечной Тьмы, чтобы слиться с Уникальностью Красного Жреца и создать совершенно новый путь Великого Древнего. Затем "он" сошел с ума. Он не смог противостоять желанию объединить пути Сумерек и Вечной Ночи.

«Смерть также была вынуждена оказаться в подобных обстоятельствах. С одной стороны, до апокалипсиса оставалась всего тысяча лет или около того, а с другой стороны, река Вечной Тьмы была запечатана Небожителем, столпом. Это не позволяло "Ему" попытаться управлять ею... Это слишком зловеще, слишком!» Клейн не мог удержаться от внутренней критики Небожителя.

В этот момент проекция сна Богини Вечной Ночи продолжала:

— Печать на Западном континенте постепенно ослабевает со временем. Сефироты будут инстинктивно или сознательно использовать свой символизм, чтобы разъедать Потусторонние черты и Уникальности высокого уровня, которые воздействуют на них, чтобы повлиять на внешний мир.

— Первой просочившейся энергией была Река Вечной Тьмы. Во Вторую Эпоху она сформировала распределительный канал через Грегрейс. После этого, в четвертую эпоху, следы других сефирот начали появляться на Северном и Южном континентах и островах над Пятью морями.

— Это важный фактор, скрытый за многими аномалиями Четвертой Эпохи.

«Сефироты косвенно оказывали свое влияние через печать в Четвертую Эпоху... Недаром Адам сказал, что мое понимание истории Четвертой Эпохи недостаточно глубоко... Судя по всему, гавань Банси сохранила эльфийские обычаи не потому, что была эльфийским поселением, но и из-за других факторов...» Клейн задумался на несколько секунд, а затем улыбнулся.

— Я примерно понимаю. Вот почему ты помогала мне все это время?

Глава 1370: Решение

Проекция сна Богини Вечной Ночи ответила с улыбкой:

— Если речь идет о воспитании Повелителя Тайн, то я должна сделать ставку на Амона. По крайней мере, шансы на успех у него гораздо выше, чем у тебя.

Не дожидаясь дальнейших вопросов Клейна, "Она" продолжила голосом бесплотным, как сон:

— Эпоха, похороненная в прошлом, - это память, общая для нас, а также критический период, в который наша человечность родилась, проросла и напиталась. Даже если я прожила долгую жизнь, она все равно остается моим самым приятным воспоминанием.

— В тебе есть его отпечаток, поэтому я охотнее помогаю тебе.

«Любовь к дому распространяется даже на ворон, сидящих на его крыше...» Клейн сделал вывод в форме идиомы.

В этот момент он вспомнил слова, которые император Розель записал в своем дневнике:

«Дом.»

В его тоскливом молчании проекция сна Богини Вечной Ночи переключилась и сказала,

— Когда ты будешь готов, ты можешь в любое время отправиться на главную вершину горного массива Хорнасис.

— Конечно, это твоя свобода выбора. Никто не будет принуждать тебя. Ты можешь остановиться на определённой стадии и не становиться Великим Древним, не позволять Повелителю Тайн пробудиться в твоём теле. Затем, в последний момент апокалипсиса, ты можешь взять с собой людей и предметы, которые ты хочешь защитить, и "Странствовать" на другие планеты в других звездных системах, чтобы избежать внимания Внешних Божеств, и создать другую цивилизацию.

Клейн долго думал над этой проблемой. После минутного молчания он сказал:

— Я не уверен, что Розель сказал одну вещь: "Ты можешь спрятаться на мгновение, но ты не можешь спрятаться навсегда".

Он говорил на йотунском языке с Богиней Вечной Ночи, поэтому при переводе пословицы это было немного странно.

Бегство было лишь временной стратегией. Его нельзя было использовать в качестве долгосрочного плана.

После паузы Клейн продолжил:

— Хотя Вселенная огромна и не имеет конца, Внешние Божества явно знакомы с ней лучше нас. Они также сильнее, непосредственно представляя определенный аспект Вселенной. Очень трудно избежать их преследования. Кроме того, даже если нам это удастся, мир продлится лишь некоторое время. Воссозданная цивилизация будет уничтожена менее чем через тысячу лет. Когда это случится, у нас не будет даже шанса стать Великими Древними, никогда не способными к какой-либо форме самоискупления.

Это было потому, что если кто-то хотел успешно спастись во время вторжения Внешних Божеств, он должен был отказаться от всех сефирот. В противном случае они непременно стали бы центром внимания "их". Не говоря уже о странствиях по космосу, даже выдержать первую волну атак было неизвестно.

Проекция сна Богини Вечной Ночи медленно произнесла,

— Помимо предметов, вырванных у Внешних Божеств, только лишение уникальности и высокоуровневых Потусторонних черт других путей не обязательно привлечет внимание Внешних Божеств. Они не станут тратить слишком много времени на поиски.

— Вы также сказали, что это не обязательно так. У Внешних Божеств все еще должно быть определённое стремление к Уникальности и Высокой Потусторонние Силе, присущим похожим путям. Это может помочь "Им" приблизиться к уровню столпа, — спокойно ответил Клейн.

— Мы не можем возлагать наши надежды на "их" чувства. Они не доброжелательны.

Проекция сна Богини Вечной Ночи кивнула и сказала:

— В этом аспекте ты более осведомлён, чем Розель. Конечно, это потому, что он слишком поздно узнал о Великих Древних и Внешних Божествах.

"Она" продолжила:

— У тебя есть другой выбор: использовать метод Паллеза, чтобы лично понизить свой уровень и позволить Амону украсть замок Сефиры. Таким образом, ты сможешь жить хорошо, как ангел 1-ой последовательности. Тебе не придётся постоянно беспокоиться о том, что в тебе проснётся Повелитель Тайн. Это не будет так утомительно.

В Библии Церкви Вечной Ночи было разделение на ангелов и архангелов. Клейн всегда догадывался, что последние относятся к 1-ой последовательности, и сегодня он наконец получил подтверждение.

Конечно, это был стандарт только одной церкви, не обязательно всех остальных.

Услышав слова Богини Вечной Ночи, Клейн надолго замолчал, а затем спросил:

— Можно ли доверять Амону?

Проекция сна Богини Вечной Ночи честно ответила:

— Я не могу дать тебе определённого ответа.

Клейн снова спросил:

— Если Повелитель Тайн пробудится в теле Амона, получит ли "он" обратно все Потусторонние черты высокого уровня, присущие путям Провидца, Мародера и Ученика?

— Я не знаю, — ответила проекция сна Богини Вечной Ночи тем же тоном.

Клейн снова замолчал. Через некоторое время он сказал:

— Лично я не хочу становиться Великим Древним, но я не могу подвести и предать те жизни, которые сделали на меня ставку. Они более или менее помогли мне.

— Как только Амон станет Повелителем Тайн, "он" обязательно поможет древнему богу солнца получить Потустороннюю черты 1-ой Последовательности и Уникальности у Повелителя Бурь и Бога Знаний и Мудрости, что приведёт к "их" смерти".

— Кроме того, Амон - безрассудный бог.

Проекция сна Богини Вечной Ночи слегка кивнула и сказала:

— Твоя человечность была сохранена хорошо.

Приняв решение, Клейн освободился от своего подавленного состояния духа. Он улыбнулся и сказал,

— Если бы я не сохранил свою человечность и позволил божеству получить преимущество, я бы тоже сделал подобный выбор. Это потому, что инстинкт божества - это сближение с самим собой.

Проекция сна Богини Вечной Ночи мягко усмехнулась.

— Приготовься. Встреться с Антигоном как можно скорее.

Клейн кивнул и вдруг вспомнил кое-что. Он поспешно спросил:

— Амон уже использовал ритуал господина Дура, чтобы приспособить Уникальность пути ученика?

Проекция сна Богини Вечной Ночи медленно ответила:

— Если бы это было другое существование, то определённо нет. Но если это Амон, то вероятность 50%. "Он" любит рисковать и искать острых ощущений.

Клейн не сказал больше ни слова, наблюдая, как проекция Богини Вечной Ночи исчезает перед ним, а сон мягко разрушается.

Алтарь, который ему еще предстояло очистить, снова занял его видение.

Для того чтобы отправиться на главную вершину горного массива Хорнасис и встретиться с предком семьи Антигона, ему не требовалось особой подготовки. В основном он полагался на замок Сефиры, чтобы создать аватар, который украл бы у Заратула еще не переваренную Потустороннюю черту Служителя Тайн, что позволило бы его основному телу находиться в уникальном состоянии, способном вместить Уникальность.

Когда его психическое состояние стабилизировалось, даже без остаточного ментального отпечатка Заратулы, Клейн все еще мог полагаться на свою человечность, сознание и якоря, чтобы едва подавить частичное сознание Небожителя.

Однако перед этим духовная интуиция Клейна подсказала ему, что нужно что-то делать.

Оглядевшись, он привёл в порядок алтарь и вытащил Дуэйна Дантеса из тумана истории.

Сев за стол, Клейн расстелил лист бумаги и написал письмо господину Азику.

Поскольку с момента написания предыдущего письма прошло совсем немного времени, содержание его было не очень большим. Он лишь упомянул о реке Вечной Тьмы, которая находилась под землёй в городе Кальдерон, а также об отпечатках смерти на обоих берегах реки. Он особо отметил многочисленных Азиков Эггерсов, которых он видел, и свои догадки.

Сложив письмо, Клейн достал медный свисток Азика и дунул в него.

Появился скелет-посланник размером с обычного человека. Он опустился на одно колено и раскрыл ладонь.

После того как Клейн передал ему письмо, он достал золотую монету из замка Сефиры.

— Это в благодарность за всю проделанную тобой работу. Если ты не можешь принять ее, передай ее своему хозяину, и пусть "он" решит."

Эта золотая монета была одной из преобразованных золотых монет, которые были затронуты аурой замка Сефиры.

Одну из них он уже использовал, чтобы заплатить мисс Посыльной, а другую проиграл Марику, когда они играли в карты.

Скелет-посыльный был ошеломлён почти пять секунд, но не посмел ослушаться слов Клейна. Он сжал письмо и золотую монету своими костлявыми пальцами.

Он распался и упала на землю, как водопад, а затем проник в землю.

Вслед за этим Клейн достал еще одну золотую монету и положил ее в карман.

В то же время он заставил Червей Духа, дежуривших в замке Сефиры, взглянуть на некую багровую звезду.

...

Восточном Баламе, в соборе, принадлежащем Богине Вечной Ночи.

Леонард Митчелл, как первая партия полубогов, участвовавших в осаде Школы Мысли Розы, уже использовал запечатанный артефакт, чтобы достичь Южного континента.

Однако на данный момент он не имел никакого прогресса. Это было связано с тем, что полубоги Школы Мысли Розы, казалось, почувствовали опасность в воздухе и одновременно спрятались.

Поэтому Леонарду ничего не оставалось, как терпеливо ждать, готовый ответить на призыв любой депеши.

Поскольку делать было нечего, он надел красную перчатку и вошел в молитвенный зал собора. Он совершал свою ежедневную молитву в довольно набожной манере.

В темной и безмятежной обстановке он, казалось, заснул.

Через неизвестное время Леонард открыл глаза и встал. Он пошёл по проходу по направлению к двери.

В этот момент он увидел знакомую фигуру. Это был Клейн Моретти, в шляпе и официальном костюме, с черными волосами и карими глазами.

Зрачки Леонарда расширились, а брови приподнялись. Клейн, который тоже молился, опустил руки и встал. Он прошел мимо него и медленно приблизился к алтарю.

Во время этого процесса никто из них не разговаривал, как будто собеседник был просто незнакомцем.

Дойдя до ящика для пожертвований возле алтаря, Клейн достал из кармана золотую монету и с серьезным выражением лица бросил ее туда.