Тихо на город спускается вечер,

Бледным огнем зажигаются свечи.

Их ароматный и въедливый дым,

Словно плащом, накрывает седым,

Сумрачным мороком как покрывалом,

Чтобы казалось, что время пропало,

Сгинуло, будто его кто-то стёр.

В зале неспешный идёт разговор.

Ровно в двенадцать начнётся обряд —

Ровно двенадцать на лавке сидят.

С кровью потрескались губы сухие.

В комнату медленно входит Мария.

Словно небесного дна бирюза,

Светом зеленым сверкают глаза.

Ставит на стол золочённый кувшин —

Образ для тела и благо души.

Скоро начнётся прямое веселье —

Льется в бокалы зелёное зелье,

Чтобы узнал ограниченный мир,

Что проповедует истинный пир.

Ровно двенадцать на лавке сидят,

Пьют чудодейственный огненный яд —

Воду и кровь как простое вино —

Все как один, и всё как одно.

Каждый из этих ни трезв и ни пьян.

Каждый из этих ни здесь и ни там.

Смесь настоящего рая и ада —

Горькие травы и голая правда.

Горькая правда — ни капли обмана!

Славься Великая Марихуана!

* * *