– Скажи, Мингли, – поинтересовался Дэмин. – Вы слышали все, что говорил пленный стражник, или так увлеклись разговором с Гувэем, что прекратили вслушиваться?

– А он сказал что-то важное?

Демон разглядывал пирожки на торговом прилавке. Он был голоден, поэтому попросил Дэмина остановить рикшу на улице, заполоненной съестными товарами. Румяные бока булочек обещали Мингли насыщение и приятные вкусовые ощущения. Особенно после того, как он испробовал чечевичного печенья. Более мерзкой пищи демону еще не доводилось есть, и он страстно желал избавиться от оставшегося привкуса во рту.

– Нет, – скучающе ответил Дэмин, который не располагал столь зверским аппетитом в часы, когда нещадно палило солнце. – Просто давал описание подвески, которую видел.

– Это мы точно пропустили. – Мингли ткнул пальцем в брюхо толстого пирожка, вызвав негодование торговца. Тот хотел уже было разразиться бранью, но смолк, завидев толстый кошель на ремне привередливого покупателя. – Твой друг Гувэй считает, что мне недостает манер, а я напомнил ему, что он некомпетентен для своей должности. Думаю, нам обоим этот разговор был в сто крат интересней описания герба на подвеске.

Дэмин не решился рассказать Мингли, что пленник указал на его подвеску. Он не знал, почему так поступил. Вероятно, в глубине души в нем еще таилось недоверие к демону, хотя оно постепенно меркло по мере того, как молодой судья начинал узнавать подробности из его жизни.

Удачное стечение обстоятельств, породившее спор между мечником и Гувэем, также позволило укрыть это и от сына градоначальника. Дэмин считал, что такая подробность может оказаться опасной, если тот необдуманно сообщит об этом отцу. Жаль лишь, что пленник совершил самоубийство. Тогда хотя бы такой небольшой факт мог бы спасти отца, сняв с него обвинения. Пусть лучше обвинят Дэмина в неверности правителю, чем его семья потеряет главу рода.

– Давай поторопимся, Мингли. Я хочу допросить господина Ши первым.

– Ты не доверяешь Гувэю?

Демон не смог определиться с количеством пирожков и оттого купил целую корзинку.

– Нет, я опасаюсь, что он или Ведомство Безопасности все испортят.

– Или сокроют от нас какую-то информацию и пригрозят господину Ши не выдавать ее нам? Одобряю выбранной тобой стиль мышления. – Мингли улыбнулся, предвкушая трапезу. – Иногда полезно представить, что никому вокруг нельзя доверять. Отбросить привязанности и порассуждать: а что если?

Дэмин мысленно согласился с ним. Приятно осознавать, что они начали понимать друг друга. Даже если для этого потребовалось перенять точку зрения демона, что окружающие люди пекутся прежде всего о своем благополучии.

Оказавшись в непростой ситуации, Дэмин осознал, что Мингли был прав и ради семьи любой способен решиться преступить закон или хотя бы постараться его обойти.

Он приказал рикше, который долгие годы служил в их поместье, поторопиться и пообещал наградить за скорость. Тому не впервой было слышать подобные просьбы. Он поудобнее перехватил деревянные жерди и ринулся в кипящую толпу.

Они почти достигли нужной улицы, когда на оживленном перекрестке наперерез их рикше выскочила точно такая же двухколесная повозка. Внутри сидел мужчина, громко кричащий на носильщика и подгонявший его проклятиями. Дэмин не сразу понял, что они не намеривались тормозить и пропускать их. Колеса двух повозок сошлись и с жутким грохотом сплелись воедино. Их рикша с трудом сумел удержаться за жерди и не отлететь в сторону.

– Что вы творите! – возмутился Дэмин, вцепившийся в повозку.

– Ах ты ж конская задница! – внезапно закричал Мингли и швырнул корзиной с недоеденными пирожками в лицо мужчины из соседней повозки. Только тогда Дэмин заметил, что тот намеривался обнажить меч. – Сворачивай вправо! – Закричал демон рикше. – Вези на рыночную площадь! Быстрее, быстрее, черепашья ты гузка!

«Но гузка бывает только у птиц», – почему-то не к месту подумалось Дэмину, который с трудом удерживался в повозке, превратившийся в смехотворное подобие колесницы.

Рикша резко свернул с перекрестка, успевая кричать, чтобы ему освободили дорогу. Мингли выглянул из-под козырька, чтобы убедиться, что мужчина от них отстал. Но того и след простыл.

– Пошел наперерез или сдался? – вслух озадачился Мингли. – Может, нам следует покинуть…

Он не успел закончить предложения, когда повозка преследователя выскочила из узкого переулка, срывая покосившимся козырьком развешенное на веревках белье.

Все снова не походило на приключения героев из книг и тренировки в Академии. Дэмина не готовили к тому, что можно даже гипотетически оказаться в подобной ситуации.

– Их уже двое, – сообщил Мингли, который вертелся в повозке, как вошь, то оборачиваясь назад, то торопя носильщика, то разглядывая крыши домов. Он опасался, что противников может быть несколько, и сверху того и гляди полетят стрелы или камни.

Если они сейчас спрыгнут с повозки, то могут оказаться окруженными врагами, ведь их вынудили свернуть направо. А значит, изначально план был загнать их в эту тесную улочку, выбраться из которой возможно только одним путем. Все имеющиеся повороты были слишком узкими, и повозка просто не смогла бы там проскочить.

Мингли приказал носильщику не сбавлять темпа, протянул руку и ловко вырвал у уличного торговца корзину с яблоками. А потом сунул ее в руки Дэмину.

– Защищайся.

– Яблоками? Это какое-то безумие! – опешил тот.

Мингли не считал ни один из способов сохранить жизнь безумием. Если бы для самообороны ему подвернулся кизяк, он бы даже им не побрезговал воспользоваться. Какая разница, каким способом одерживать победу? Неужели люди думают, что на том свете кто-то будет обсуждать, что они сражались за свою жизнь с помощью коровьих лепешек?

Он выхватил из корзины несколько яблок.

– Тогда держи меня за ноги, – прокричал Мингли, стараясь подняться во весь рост в трясущейся, как свежеприготовленный пудинг, повозке.

– Но куда мне деть корзину? – Дэмин совсем растерялся. Он постарался зажать ее между ног, а одной из рук обхватил демона за голень, чувствуя жутчайший стыд, что обнимает мужской сапог.

Мингли размахнулся и метко зашвырнул первое яблоко, целясь в носильщика, старавшегося догнать их. Яблоко раскололось о голову мужчины, но тот даже не думал сбавлять темпа.

– Твердолобый попался! – задорно захохотал Мингли и бросил короткий взгляд на Дэмина. – Ты видел?

Он явно получал удовольствие от происходящего, чего нельзя было сказать о молодом судье.

– Ты издеваешься? – огрызнулся Дэмин. – Я вижу только твой зад.

– Тогда позаботься о нем, пока я спасаю наши шкуры!

Повозка подскочила на очередном ухабе, и Дэмин уронил корзину, стараясь удержать мечника от падения.

– Ты растерял все наши снаряды! – возмущенно завопил тот и бросил очередное яблоко, взятое заранее, в сторону неприятеля.

Этот бросок оказался более удачным: Мингли попал по колену носильщика, и тот сбился с ритма, но все равно смог удержаться от падения.

В окнах домов стали появляться лица девушек. Они хохотали и восторженно кричали, думая, что это студенты вновь устроили очередное развлечение.

Мингли даже успел помахать одной из них.

– Бросайте в них все, что не жалко! – закричал он поклонницам, и многие действительно ринулись выполнять его указание.

На повозку неприятеля полилась вода из кувшинов и посыпались попорченные фрукты.

– Выводи на набережную, – приказал Мингли носильщику, видя, что выбранная тактика возымела действие и замедлила противника.

– Почему на набережную? – спросил Дэмин, когда демон наконец смог снова сесть рядом.

– Там много зеленых колпаков, они не решатся продолжить преследование.

Дэмин поморщился, услышав обидное прозвище для стражей, которое обычно применяли только преступники или уличная шпана. Когда Мингли снова обернулся, то подтвердил догадку и успокоился. Неприятель, видя, что упустил добычу, сбавил ход, отпуская жертву.

Носильщик, задыхаясь, буквально вывалился из узкой улицы на простор набережной. Его ноги горели огнем, как и легкие, но он спас господина и приобрел очередную невероятную историю, за которую ему непременно заплатят зеваки в тавернах.

Дэмин выпрямился, разгладил одежду и поправил растрепавшиеся волосы. Ощутив, что опасность миновала, а нелепая ситуация закончилась, он облегченно вздохнул и принял привычный ему образ сдержанного и воспитанного господина.

– Кто это мог быть и чего добивался?

– Думаю, твоей смерти. – Мингли выглядел разочарованным, что веселье закончилось. – А кто – это нам еще предстоит узнать.

– Они не хотели, чтобы мы допросили господина Ши?

– Возможно, а может быть, дело не в нем, а в том, что им уже доложили, кто занимается этим делом, и дали приказ нас убрать.

– Надо поспешить к господину Ши, но прежде расплатимся с носильщиком и поблагодарим его. Вероятно, дальше он уже не в силах продолжить путь.

– Со мной все в порядке, господин! – отозвался рикша. – Я научился бегать первее, чем говорить, и продолжаю это делать чаще, чем дышать. Я довезу вас.

* * *

Когда они остановились у дома господина Ши, Дэмин удостоверился, что их вид приличен и соответствует статусу. Вот бы еще заставить Мингли погасить эти искорки задора в глазах. Дэмин надеялся, что демон никогда не станет напоминать о том, что он обнимал мужской сапог, но любая надежда в отношении добропорядочности Мингли всегда была слишком призрачной.

В дом купца они вошли с серьезными лицами, будто минутой назад не скакали клопами по тесной улице, а были на приеме у правителя. Если это дело рук господина Ши, пусть он видит, что их не запугать подобным, если же он ни при чем, то тем более нет причин об этом знать.

Слуга проводил их в гостиную, попросив подождать, когда он уведомит господина о прибытии гостей. Они вошли в просторную комнату. Интерьер состоял преимущественно из лаковой мебели. Писк тивийской моды этого года – что сразу бросалось в глаза. Безусловно, господин Ши – купец, а следовательно, как и многие представители этой профессии, перенял стиль тех, с кем торговал. Но сейчас это можно было расценить как лояльность к провинции, которая затевала мятеж.

На одном из деревянных кресел, стоящих подле камина, сидел Гувэй. Он задумчиво рассматривал узор на шкафчике для хранения книг, притаившийся в дальнем углу.

– Располагайтесь. – Слуга низко поклонился и вышел.

– Мой друг! – радостно воскликнул Гувэй, повернув голову в их сторону. – Как здорово, что и ты тут. А то я уже утомился ждать, когда этот наглый купец соизволит меня принять. Я уже перечислил в уме все самые любимые песни наложниц из «Медового поцелуя». Как жаль, что это дурацкое дело отняло у нас возможность отпраздновать успешную сдачу экзаменов. Друзья уже все пороги моего дома обили в ожидании, когда же я устрою торжество.

– Вот странно, – буркнул Мингли в адрес Дэмина, – а к нам что-то твои друзья не приходили. Это теперь для них неловко?

– Но почему ты собираешься встретиться с господином Ши? – Дэмин проигнорировал колкости демона, подошел к Гувэю и сел в соседнее кресло.

– Отец решил, что это необходимо. – Он театрально закатил глаза.

– Только сейчас? Почему вы не сделали этого раньше?

– Лично я как-то не подумал. – Гувэй пожал плечами. – Он же никуда не денется, всегда успеем допросить.

– Он главный подозреваемый, – тихо проговорил Дэмин, боясь, что его услышат слуги, – вам следовало допросить его раньше.

– Нам не так давно передали это дело, мы сосредоточились на поиске пропавшего стража, а потом под подозрение попал, – Гувэй чуть замялся, – твой отец. И как-то все закрутилось.

Этого и следовало ожидать, мысленно подытожил Дэмин. Судя по виду Гувэя, он вообще не рад что все так затянулось, и только и мыслит, как бы скорее оказаться в объятиях наложниц и теплого вина.

– Господин Ши готов вас принять, – вновь поклонился вошедший слуга, – следуйте за мной.

Он проводил их по длинному коридору, раскрыл самую массивную из дверей в доме, поклонился и исчез.

Господин Ши встал из-за стола и поприветствовал гостей, указав на приготовленные два кресла.

– Не могу сказать, что рад вас видеть. – Он налил чая и сел. – Ведь, скорее всего, вы принесли дурные вести, вновь будете красть мое время расспросами или беспочвенно обвинять.

Кресла для Мингли не нашлось, и тот облокотился спиной о стену, видя, как искривились тонкие губы купца, который не одобрял такого поведения. Впрочем, демон уже привык к кислым рожам, возникающим в его присутствии.

– Я, – начал Дэмин и тут же исправился: – Мы здесь по поручению Ведомства Безопасности. Вы должны ответить на все наши вопросы и знать, что любое утаивание правды может понести за собой строгие наказания.

– Я родился в Синторе, – спокойно ответил господин Ши, – и знаю, как тут все устроено и каковы законы, господин судья. Давайте отложим формальности в сторону и не будем воровать время друг у друга.

Такое заявление было непочтительным. Всего сотню лет назад за это могли моментально лишить уха, выколоть глаз или иным способом изуродовать лицо. Жуткое унижение для синторцев. Они верили, что лицо человека как герб знатной семьи, и только презренные негодяи или дешевые девки, не знающие морали, способны вцепиться в лицо противника. Настоящий воин наносит удары в тело. Историки пишут, что когда-то давно у синторцев даже был весьма зверский обычай – снимать с лица врага кожу и цеплять на связанный пучок сена, позоря и унижая презренного воина, не сумевшего победить. Некоторые даже делали куклы, украшая их таким трофеем, и выставляли во дворах. Каждый мог подойти и плюнуть умерщвленному врагу в импровизированное лицо. Считалось, что так его дух, попавший в чертоги Диликтоса, постоянно отодвигается в очереди на перерождение.

Безусловно, сейчас эти обычаи никто не практикует, но лицо любого человека по-прежнему играет важную роль. Поэтому в уложении о наказаниях до сих пор есть описание кары для тех, кто посмел в него плюнуть. И оно было пострашнее даже наказаний за убийства крестьянина или мелкого воровства.

Поэтому воинов или иных синторцев со шрамами на лицах так сильно боялись. Они перенесли жуткий позор, и кто знает, какая лютая злоба таится в их сердцах.

– Нам нужно знать, что за груз вы поместили на ту джонку.

Дэмин начал задавать вопросы, разместив на коленях бумагу. Потом достал небольшой продолговатый футляр с кистью.

– Я уже обо всем говорил на суде. – Ши скрестил руки на груди, недовольно посмотрев на него.

– Повторите, – лицо Дэмина было невозмутимо, как и голос.

– Ящик, в котором пряталась госпожа Сюэ.

Дэмин зашелестел листами, достал нужный документ, зачитал необходимые пометки и высказал в слух размышления:

– На суде грузчик говорил о трех ящиках. Но потом, как оказалось, вы велели погрузить только один. В котором, предположительно, – на этом слове господин Ши чуть изогнул и приподнял бровь. Он терпеть не мог, как судебные чиновники играли словами, – находилась госпожа Сюэ. Два остальных ящика, по документам начальника судовых перевозок, содержали ее вещи. Вероятно, именно поэтому грузчик говорил о трех ящиках? Вы сами следили за погрузкой и проверили, что именно в них в итоге оказалось?

Господин Ши покачал головой.

– Почему? Разве для вас не было важным удостовериться в этом? Как купец, вы не должны были проследить за тем, что вам погрузили именно то, что требовалось?

– Я видел бумаги. – В голосе купца проявилось раздражение.

– Никогда не случалось, что на судно ошибочно загружали не ваши товары? – Дэмин продолжал настойчиво заваливать его вопросами, вызывая у купца желание отмахнуться от него, как от назойливой мухи.

– Случалось. Такое со всеми случается. Господин, – утомленно обратился к нему купец. Он видел перед собой молодого человека, который абсолютно ничего не смыслил в торговле и судовых перевозках. Не исключено, что этот новоиспеченный судья и дознаватель в одном лице так же мало смыслит и в том, как надлежит проводить расследование. До него уже дошли слухи о том, что случилось во время визита Дэмина к начальнику судовых перевозок. – Невозможно проверить содержимое всех ящиков. Это займет несколько дней. Их же надо вскрыть, осмотреть, заново запаковать. Многие из них погружены плотными рядами. А значит, надо будет их разгружать. Именно поэтому в порту и находится доверенный человек, а сами ящики имеют уникальные номера.

– То есть вы лично никак не могли знать, что в них было?

Дэмин уловил снисходительную интонацию купца. Не нужно было обладать талантами Мингли, чтобы понять, что он недоволен допросом и тем, что собеседник совсем не понимает столь очевидных для него вещей.

– Повторяю: я сверил бумаги, там числились нужные мне номера. К тому же я свои ящики никогда не спутаю.

– Кстати об этом. – В руках судьи снова зашелестели белоснежные листы. – Что это за ящики такие? Если не ошибаюсь, они принадлежат мастерской «ТонЛинСя»?

– Долго объяснять. – Купец начал нервно постукивать пальцами по поверхности стола. – Если вкратце, эта мастерская занимается изготовление прочных и надежных ящиков с технологией, позволяющей сохранять товар свежим на долгое время.

– Мы никуда не спешим. Расскажите подробнее.

Дэмин заметил, как на лице господина Ши задвигались желваки, после чего он нарочно шумно втянул воздух ноздрями и с огромной напускной тяжестью выдохнул.

– Господин Лин, – начал пояснять купец, – владеет мастерской, которая изготавливает такие ящики. Он и его отец придумали их много лет назад. Они имеют двойной ряд стенок, между которыми вкладывают какие-то чароплетские штуки, которые либо охлаждают, либо сохраняют тепло, и товар не портится. Я не разбираюсь в чарах, но они не промерзают, не промокают, и их трудно поджечь. Я заключил уникальный контракт с Лином – когда мы еще были друзьями, – что буду пользоваться этими ящиками и привлекать к ним внимание других купцов, а за это смогу приобретать их с большой скидкой.

– Очень любопытно, – впервые заговорил Гувэй. – А что будет с человеком, которого туда поместили? Эти чары безвредны? Вы не опасались за госпожу Сюэ?

– С чего бы им быть опасными, – безразлично отозвался купец. – Вы же пользуетесь охлаждающими камнями, освещением и подогревом экипажа в зимнее время. Думаю, тут то же самое.

Дэмин все время что-то помечал в записной книжке. Он понимал, что господин Ши может оказаться несведущ в том, что происходит на его судах, но втайне надеялся получить хоть какую-то зацепку. К тому же что-то настораживало его в этом купце. Что-то, чего он не мог понять. Кажется, он впервые ощутил и приметил в другом человеке желание скрыть информацию. Причем это ощущалось так явственно, что не давало покоя. Возможно, потому, что он заметил, как смотрит на господина Ши Мингли. Слишком уж пристально демон вглядывался в черты купца, а потом не менее заинтересовано обращал взор к Дэмину. И в эти мгновения подозрения зарождались еще сильнее.

– Мне стало известно о подробностях того, почему капитан джонки с запозданием прибыл в порт и задержался с отплытием, – холодно констатировал молодой судья. – У вас есть конкуренты?

– А у какого успешного купца их нет? – надменно засмеялся господин Ши. – Мои суда плавают не только в Тивию. Они отправляются в столицу Лиора, доходят до берегов Фьека. Обо мне знают в каждом порту. Я, знаете ли, очень внимателен к любым намечающимся тенденциям и, так сказать, понимаю, откуда дует ветер. Поэтому весьма преуспеваю в своем ремесле. Только стоит прекрасной моднице Тивии обрядиться в юбку нежных цветов, а поверх надеть укороченную накидку, и я уже спешу заказать такие наряды для продажи в Синторе. Я чуток и внимателен к деталям.

– Если вы столь внимательны к деталям, – Дэмин подловил распушившего хвост павлина, – тогда, может быть, когда-нибудь видели связку монет с деревянными символами огня, воды и воздуха?

Господин Ши замолчал и погрузился в раздумья.

– Кажется, видел. А это имеет отношение к делу? И что там с причиной задержки отплытия джонки?

– Ваш конкурент подкупил капитана, чтобы тот опоздал с доставкой товара.

– И подкупил той самой связкой монет? – догадался купец.

– Да, все верно. Так где вы ее видели?

Господин Ши криво усмехнулся:

– Я отвечу на ваш вопрос, чтобы вы удостоверились в моей внимательности к деталям. Но надеюсь, вы не из тех, кто делает поспешные выводы. Такие опознавательные символы вешает на связки начальник складов, где хранятся товары в ожидании отгрузки и продажи.

– Вы намерены поквитаться с капитаном? – Дэмин сделал заметку на полях документов.

– Это уже мое дело, господин судья. Для торговцев такие подлости со стороны конкурентов не редкость. Я уже не единожды сталкивался с подобным и знаю, как поступить.

– Как же? – не унимал любопытства Дэмин. – Насколько я понял, капитан вовсе не желал вам зла.

– Господин Дэмин, – в голосе купца снова заиграли нотки высокомерия, – я не намерен преступать закон и мараться убийством. Мне есть что терять, поэтому я содействую властям, как вы могли заметить, а не чиню им неприятности. Я просто найму за высокую плату постоянного капитана, и желательно из другой провинции. А еще лучше того, кто не понимает нашего языка. Тогда у него будет мало шансов быть подкупленным.

Продолжать разговор уже не было смысла. Очевидно, что большего им не добиться. Они поблагодарили господина Ши за полученную информацию и покинули его дом. У Дэмина не было больше вопросов, что могли бы приблизить их к разгадке произошедшего, а Гувэй и подавно начал скучать. Этот человек буквально погибал, если не мог общаться и смеяться дольше двадцати минут.

– Может быть, перекусим? – предложил он. – Тут за углом есть превосходные жаренные утиные лапки в остром соусе и идеально сваренный рис.

Мингли поморщился, представив себе блюдо. Такая пища непременно испортит настроение, а компания Гувэя окончательно его ухудшит. Но, видя, что Дэмин не против предложения, демон последовал за ним.

Они миновали небольшую площадь, на которой располагались доски объявлений. На прикрепленных листах были изображены различные символы. Так как не все население Синторы знало письменность, хитрые торговцы придумали передавать суть объявлений через рисунки. Например, брадобреи рисовали ножницы и новые модные стрижки, а путь до их мастерских обозначали короткой зарисовкой улиц. Публичные дома изображали птах, звонко поющих на ветвях цветущих вишен. А те, кто искал работников в лавки, изображали людей с грустными лицами и мешок денег, делающий их счастливыми в обмен на ту или иную работу.

Вокруг таких досок часто образовывалась толпа, особенно в сезон дождей или зимой, когда в город устремлялись толпы крестьян на подработки, в связи с тем, что в деревнях становилось нечем заняться.

Они завернули за угол и достигли рекомендованного Гувэем заведения. На вывеске красовалась вырезанная из дерева куриная лапа. Не всем нравилась синторская уличная еда, подаваемая в забегаловках. Дэмин терпеть не мог чечевичное печенье – отныне Мингли стал с ним в этом солидарен – или завернутый в лист каштана мясной шарик со специями. Мерзостная дрянь, убивающая все вкусовые рецепторы. К гребешкам, лапкам, ушам и прочим субпродуктам он относился нейтрально. С хорошим рисом, пшеничной похлебкой или качественным соусом они были вполне съедобны. К тому же, судя по выражению лица Мингли, который начал опасаться блюд из забегаловок, это был хороший способ отыграться за то, что тот вынудил обнимать его ботинки.

– Гувэй, – обратился к другу Дэмин, – Ведомство Безопасности действительно от меня ничего не скрывает? Я не хочу тебя оскорбить подобным вопросом, но любая, даже кажущаяся глупой информация могла бы мне пригодиться.

– Прости, – искренне извинился тот. – Я действительно ничего не знаю, кроме того, что указано в документах, которые мы тебе передали. Какой смысл что-то утаивать? Мы же теперь на одной стороне.

– Кого следующего вы думаете допрашивать? – Они уселись за небольшой деревяный столик. Дэмин достал платок и брезгливо смахнул крошки и пылинки, которые не удосужились убрать работники заведения. – У вас же уже есть план действий?

– В Ведомстве полагают, что господин Ши не причастен к этому. Как и господин Лин или госпожа Сюэ. Мы думаем, что это спланировал господин Лян. Он уже стал преступником, так что ему стоит превратиться в предателя и изменника?

– До сих пор не понимаю, как он сбежал. – Дэмин, пребывая в задумчивости, машинально отобрал из рук демона принесенное меню. Аккуратно вытер дощечку по краям, бросив блуждающий взгляд на изображенные на ней блюда. Там красовались рисунки мисок с едой, к каждой из которых сбоку прилагались картинки ингредиентов. Удостоверившись, что тщательно избавился от грязи и пятен, он вернул ее Мингли.

– Из ведомства никто не сбегает. – Гувэй явно был завсегдатаем этого заведения, так как даже не удосужился обратить внимания на ассортимент блюд. – Его выкупили.

– Выкупили? – поразился Дэмин.

– Ну да, если человек уже отсидел какой-то срок и вел себя хорошо, можно его выкупить. Но без права остаться в Синторе. Он обязан покинуть родную провинцию навсегда.

– Видимо, мне снова придется наведаться в вашу тюрьму, – заключил Дэмин. – Следует узнать, кто это сделал.

– Я могу сделать это за тебя. – Гувэй дружески хлопнул его по плечу и увидел, что мечник недовольно скривился. – Мы же теперь работаем вместе. Так здорово сотрудничать с другом и трудиться над одной задачей!

– Особенно если один из тружеников – балласт, – усмехнулся Мингли.

Дэмин бросил на него суровый взгляд.

– Пусть я слаб в следственном деле, – под оптимизмом Гувэя скрылась неприязнь, – но, по крайней мере, не бросаю тень на Дэмина.

– Моя тень скрывает его от палящего солнца и глаз неприятелей, – самоуверенно парировал Мингли. – Которых, к слову, больно много вьется в округе.

– Врагов и в самом деле хватает. – Сын градоначальника выглядел так, словно не понял высказанного намека. – Особенно у чиновников, чей путь – сражаться с преступниками. Поэтому важно, чтобы слуги не доставляли лишних проблем.

– А кто доставляет проблемы Ведомству Безопасности?

Если до этого момента в голосе демона сквозили лишь колкие льдинки, то теперь надвигался полноценный айсберг.

– О чем говорит твой мечник? – добродушно улыбнулся Гувэй, нарочно обратившись к Дэмину, напомнив Мингли о его статусе.

– Отчего вдруг Ведомство просит помощи у судьи в решении своих вопросов. – Демона нисколько не сбило такое отношение. – Не оттого ли, что ваши руки почему-то связаны?

Их глаза встретились. И в этот миг Дэмину показалось, что даже сверчки под окном смолкли, а игривый ветер, до этого слабо раскачивающий подолы их одежды, теперь предпочел скрыться за угол. Губы Гувэя на секунду сжались в единую полосу, а потом медленно расплылись в теплой и дружеской улыбке.

– Твой мечник, – обратился он к Дэмину, – плохо разбирается в иерархии власти ведомств. Но необразованному слуге это простительно. Я вот, например, никогда не гневаюсь на тех, кто несведущ в делах власть имущих. Слышали, кстати, о том, как сын Фирии обращается с рабами и слугами, которые забывают о своем месте?

Гувэй умело увел разговор в другое русло, то смеясь, то возмущаясь свежим сплетням, которые удалось раздобыть от друзей и наложниц. Дэмин кивал, иногда улыбаясь, но сам всерьез задумался о том, что Мингли задал очень правильный вопрос.