Наступил октябрь. С того дня, когда я разрыдался перед родителями, прошло уже три месяца. Моя расшатанная психика постепенно начала восстанавливаться. Особенно это стало ощутимо после того, как я стал регулярно выполнять упражнение на позитивную интерпретацию – с ее появлением жизнь приобрела структуру. Утренние и вечерние ритуалы работали в паре, дополняя друг друга.

Утренний ритуал помогал мне не нести вчерашнюю печаль в новый день, а вечерний – не накапливать тревоги и не отправлять ими следующий. Они позволяли мне прожить и отпустить мои эмоции в границах одного дня, восстановить силы и двигаться дальше.

Эти простые, но регулярные действия поддерживали меня день за днем. Особенно важной для меня стала практика позитивного мышления – именно ее мне так не хватало.

До этого я часто говорил окружающим:

– Я просто вычеркну 2021 и 2022 год из жизни. Будто их и не было. Честно, я бы даже к гипнотизеру пошел, чтобы стереть их из памяти. Без капли сожаления. Настолько я от них устал.

Но благодаря этой практике, оглядываясь назад и переосмысливая последние годы, я начал смотреть на все иначе. Не отрицая того, насколько мне было тяжело, я начал видеть и что-то светлое в тех темных временах – словно цветки лотоса, распустившиеся в грязной воде. Чаще всего этим светлым оказывались люди.

– Неужели вокруг меня всегда было столько хороших людей?

От осознания, сколько людей пришли на выручку, мне стало даже неловко. Мы часто говорим: «Добро к добру тянется». Но я никогда не считал себя хорошим человеком или, по крайней мере, настолько хорошим. Помощь и поддержка, которую я получил, намного превосходила мои собственные доброту и заслуги.

Джиён, который, узнав о болезни мамы, бросил все дела, чтобы помочь найти подходящего врача. Суджин, которая помогла перевести маму в крупную больницу и часто звонила ей, как родная дочь, чтобы поддержать. Инхи, которая прислала нам столько домашней еды, что холодильник едва закрывался. Ёнмин, который успокаивал меня, когда я не справлялся с судебными тяжбами, и ночами объяснял мне все тонкости дела. Унхи, которая приезжала издалека, чтобы просто выпить со мной чашку кофе вечером. Коллеги, которые брали на себя мою работу, потому что мое восстановление было для них важнее.

Столько людей в трудный момент были рядом. Я чувствовал, словно я перед ними в большом долгу. Долго думал, как отблагодарить их: написать каждому письмо и подготовить подарок или лично встретиться и сказать спасибо?

Но один коллега сказал мне:

– Джэёль, не нужно подарков и благодарностей. Ты не обязан воздавать каждому по заслугам. Просто найди того, кто сейчас нуждается в помощи, и помоги ему. Передай добро дальше.

После этих слов я решил внимательно просмотреть свои социальные сети. И тогда я заметил то, чего раньше не видел, потому что ошибочно думал, что мне тяжелее всех, – чужую боль. Друг-музыкант, несмотря на тяжелую болезнь, мужественно продолжал карьеру. Бывший коллега мог потерять все свои сбережения из-за того, что попался на мошенническую схему с арендной платой. Знакомый опубликовал бодрый пост: «У меня нашли рак. Но не переживайте, я справлюсь, просто поддержите меня!»

Я понял, что мне делать. Молиться. Не за себя – за них.

Когда мне было тяжело, столько людей протянули мне руку помощи. Теперь настал мой черед. Я взял лист бумаги, написал имена и стал молиться.

Чтобы Чонын обязательно получила обратно свой залог за аренду. Чтобы операция Ёнхуна прошла успешно и он полностью выздоровел. Чтобы Минсон, которая после стольких неудач почти сдалась, все-таки встретила свою любовь…

Так постепенно список рос. То, что начиналось с пяти имен, всего за несколько недель превратилось в тринадцать. Каждую ночь я поочередно представлял их лица и просил за них. И знаете, пока я это делал, в голове неожиданно возникали разные идеи.

«Ёнхуну позавчера провели операцию. Он, наверное, пока что не может нормально двигаться… Надо к подарку добавить трубочки для питья».

«Как там бабушка Кёны? Она уже выписалась из больницы? Кажется, она любит пэксук, куриный суп, может, заказать для нее?»

«Менеджер Ким говорил, что его контракт заканчивается в следующем месяце. Стоит позвонить, узнать, как дела…»

Сейчас я молюсь уже примерно за 20 человек. Не знаю, откуда пошли слухи, но теперь некоторые сами пишут и просят добавить их в список. Вот и сегодня вечером я, как обычно, записал все имена и стал тихо просить за каждого. Теперь, когда людей прибавилось, молитва занимает больше времени, чем раньше.

И все же из всех ритуалов, которые составляют мой день, это время для меня – самое ценное. Не знаю почему, но когда я молюсь за других, а не за себя, я чувствую себя гораздо более спокойным и счастливым. А когда приходят хорошие новости – кто-то выписался из больницы, кто-то полностью выздоравливает – и я вычеркиваю имя из своего списка, на глаза наворачиваются слезы.

Задумываюсь: а было ли когда-нибудь в моей жизни такое, чтобы я каждый день представлял лица других людей, так искренне желал им добра? Кажется, нет. Я начал этот ритуал, чтобы помочь себе восстановиться, но теперь он стал чем-то бо́льшим. Может, это прозвучит слишком пафосно, но иногда мне кажется, что этот процесс не просто помогает мне исцелиться – он делает меня человеком.