– Устроим привал и пообедаем! – крикнул Баддабамба. Спешившись, он помог старушке слезть с коня. В этот миг в джунглях послышался хор кукушек Хроноса. Ровно полдень.

– Фу-ух! – выдохнула Кариссима, когда её освободили от кляпа и верёвок. – Наконец-то. И теперь так будет каждый день по три часа?

– Сейчас ты снова самая умная бабушка в мире, – сказала Паула.

– Это неоспоримый факт.

– Самую умную бабушку в мире я особенно люблю.

– Правда? Несмотря на то, что я так много болтаю?

– Ты… как бы сказать, будто вязнешь в…

– Что? Вязну?

– В вопросах.

– Вот как?

Они пообедали холодным жарким из индейки с ванильно-томатным соусом домашнего приготовления, которое самая любящая бабушка в мире делала каждый вечер. Вкусная еда дарила ощущение дома и безопасности. Паула отрезала кусочек мяса и обмакнула в соус.

– Объеденье! – похвалила она с набитым ртом.

Трое её друзей тоже наслаждались обедом. Они сидели в тени у самых джунглей под пальмами. Вдруг за спиной Паулы раздался шум. Бах! Она обернулась.

– Просто кокос, – пробормотала Анна Белла.

– Просто?! – всполошилась Паула. – Я читала, что от кокосовых орехов людей гибнет больше, чем от нападения акул. От кокосов, которые свалились им прямо на дыню!

– Дыню?

– На репу!

– Репу?

– На голову!

– Очень интересно, – вмешалась Бабушка джунглей. – Но остаётся вопрос: что происходит, если на кокосы падают дыни или репы?

– Этот кокос упал в пяти метрах! – вскрикнула Паула. – Вот он.

– Боже! Мы были на волосок от смерти, а, Баддабамба? – хрюкнула Анна Белла.

Паула покачала головой и продолжила есть. Она взглянула на верхушку кокосовой пальмы. Затем по сторонам. Четыре лошади тоже отдыхали: пили, щипали траву. Четыре? Стоп. Раз, два… Их только трое! Одной нет. Хромого Осьминожки!

Паула присмотрелась. Ну точно! Хромой Осьминожек сделал то, о чём мечтал всю дорогу, – побрёл к морю. Он подошёл к самой кромке волн, которые, надо сказать, были и не такие уж сильные: даже ветер взял обеденный перерыв. Но Хромой Осьминожек не остановился, а пошёл дальше в море. Шаг за шагом. Очень медленно. Что ему там нужно? Кажется, ему было весело. Ветер донёс до Паулы его ржание.

– Посмотрю, что там с Хромым Осьиножкой! – предупредила она друзей.

Ура, появился повод ненадолго убраться подальше от опасных кокосовых пальм! Отложив жаркое, Паула поспешила к Хромому Осьминожке.

Конёк тем временем зашёл в воду по брюхо и счастливо ржал, окуная голову в ласковые волны. «Как-то странно для лошади», – мелькнуло в голове у Паулы. Ладно, вздохнула она, ничего не поделаешь. Хромой Осьминожек с самого начала был не такой, как все, и надо научиться принимать его таким, какой он есть.

Хромой Осьминожек меж тем уходил всё дальше. «Это уже опасно», – подумала Паула. Течение могло утащить его в открытое море. И тут у неё за спиной раздались крики. Она на ходу обернулась и увидела, что Баддабамба, Кариссима и Анна Белла вскочили и машут руками, давая понять, что Хромого Осьминожку пора выгонять из воды. Паула не на шутку встревожилась и перешла на бег. До моря оставалось двадцать метров.

Вдруг… Что это? Акулий плавник? Споткнувшись, она остановилась, чтобы присмотреться получше. Точно! Плавник, стремительно рассекая водную гладь, приближался к пляжу. Он сверкнул на солнце. Паула знала наверняка – это не дельфин, а акула. Она рванула с места. До моря считанные шаги.

– Хромой Осьминожек! – закричала она. – Назад! Там акула!

Хромой Осьминожек обернулся к Пауле, заржал, снова посмотрел на море – и наконец заметил акулу. Он зафыркал и засобирался обратно к пляжу. Но вода по-прежнему доходила ему до брюха.

Паула сама не знала, откуда у неё взялась смелость, но в одном была уверена: она должна помочь Хромому Осьминожке, чего бы это ни стоило. Паула бросилась в воду. Море было приятно тёплым. В несколько прыжков добравшись до Хромого Осьминожки, она запрыгнула ему на спину и закричала:

– Стой, Хромой Осьминожек! Слишком поздно. Акула уже здесь. Я сражусь с ней!

Забравшись с ногами на седло, Паула наблюдала за приближающимся плавником. Сверху открывался отличный обзор. Но что это? Там, сзади? Нет! К ним мчались ещё два акульих плавника! Они были ещё далеко, но двигались очень быстро. Паула стало не по себе. Три акулы!

Так, надо следить за первым плавником! И тут произошло нечто… ужасное: акула, которую от Хромого Осьминожки теперь отделяли считанные метры, на мелководье неожиданно выпрямилась. Паулу пробрала дрожь. Эти зубы! Острые, как ножи! Из воды тем временем показалась не только голова акулы, но и всё туловище. Под боковыми плавниками болтались две длинные руки. В правой акула сжимала короткую толстую прогулочную трость. Теперь она не плыла, а шла? Да, никаких сомнений: опираясь на трость, хищница медленно шагала прямо к Пауле. Но как? Для ходьбы нужны ноги! Акула с плавниками, руками и ногами! Это и есть акулы-трости – жестокие морские убийцы, которые могут выходить на сушу? Жуть!

Паула сжалась. Надо срочно что-нибудь сделать!

– Держись подальше! – закричала она. – Проваливай! Не связывайся со мной. Возьми свою трость и катись отсюда!

Баддабамба и Анна Белла наверняка вот-вот придут на помощь. А пока нужно как-то сдерживать акулу.

Акула издала звук, напоминающий смех, почти человеческий. Паула лихорадочно соображала: если они с Хромым Осминожкой повернутся к акуле спиной – пиши пропало, она нападёт на них сзади и прикончит. Надо стоять на месте. Акула тем временем резво бежала по мелководью.

Паула на мгновение закрыла глаза. «Спокойно, – подумала она. – Спокойно». И тут из памяти всплыло всё, чему её учил Баддабамба. Она открыла глаза. Акула прыгнула. Паула пригнулась. Спокойно. Вдумчиво. В нужный момент. Без паники. В этом её спасение. Акула перемахнула через неё и Хромого Осьминожку и шлёпнулась в воду – там, где было ещё мельче. Близко к пляжу. Стоя на Хромом Осьминожке, Паула развернулась к акуле. Та снова выпрямилась. За её спиной Паула – какое счастье! – увидела мчавшихся Баддабамбу с Анной Беллой. Друзья бросились в воду, но пробежали мимо Паулы слева и справа, чтобы остановить двух других акул.

Эта акула была её акулой. Паула должна победить самостоятельно. Только как? Баддабамба часто твердил: «Делай то, что противник никак не ожидает!» Паула, подобно щуке, прыгнула в море и нырнула в двух метрах от акулы. У неё созрел план. В прозрачной воде она открыла глаза и прямо перед собой отчётливо увидела ноги акулы-трости. Уродливые голые ноги, кривые, с толстыми вросшими ногтями. Мало того – вокруг стоп колыхались похожие на водоросли волосы. Но сейчас Пауле было не до этих отвратительных деталей. Она воспользовалась секундным удивлением и замешательством акулы. Добравшись до ног врага, девочка вырвала трость из-под плавника – точнее, из руки под плавником. Вынырнув, Паула вскочила на ноги прямо перед акулой и потрясла в воздухе маленькой, но твёрдой тростью. Акула распахнула пасть, так широко, как только могла, показав чудовищную глотку. Фу! Отвратительная отрыжка, вонь тухлой рыбы. Паула резко подскочила к акуле и засунула трость прямо ей в пасть – в тот самый миг, когда акула закрыла глаза и собиралась захлопнуть рот. Хотела укусить, но поняла, что не может. Трость вонзилась в нёбо. Пасть не закрывалась. Акула распахнула глаза и схватилась за трость, пытаясь вытащить. Воспользовавшись этим, Паула с Хромым Осьминожкой поспешили с мелководья на пляж. Девочка обернулась: акула до сих пор возилась с тростью.

А что с Баддабамбой? И Анной Беллой? Горилла победил вторую акулу! Она улепётывала в открытое море. Анна Белла ещё боролась, но, похоже, это ей… нравилось! До поросячьего визга! Паула видела, что свинья тоже отлично дерётся. И не ногами или руками – только животом! Высоко подпрыгивая на мелководье, она била третью акулу всем телом. Разъярённая акула кидалась на неё снова и снова, но каждый раз получала свежий синяк, поэтому тоже сочла за лучшее отправиться восвояси. В это время Баддабамба подошёл к акуле Паулы и что-то ей прошептал. Затем вытащил трость из пасти и сунул хищнице в руки. Акула стремительно бросилась в воду и последовала за подельниками. Опасность миновала. Паула рухнула на песок и с облегчением вздохнула.