Фрида Кало. Сломанная колонна, 1944 г. Музей Долорес Ольмедо, Мехико. (c) Frida Kahlo de Rivera, 1944, ARS / УПРАВИС, 2025

Прошло чуть больше века с момента рождения Фриды Кало (1907–1954), самой эмоциональной художницы XX века, а ее жизнь завораживает не только искусствоведов и поклонников ее таланта, но и врачей. Великая мексиканская художница Фрида Кало, без сомнения, остается одной из самых загадочных персон XX века не только в связи с перипетиями ее личной жизни. Загадка ее физической и душевной боли, выраженной различными художественными приемами, окружает ее и поныне, постоянно обрастая все новыми и новыми деталями. Творчество Кало, по словам ее биографа Хейден Эрреры, – один из ярчайших примеров арт-терапии: «Изображая себя кровоточащей, проливающей слезы, с развороченными внутренностями, она превращала свою боль в искусство». В описаниях ее жизни часто делается акцент на душевные, а не соматические недуги, тогда как физическая составляющая отходит на второй план.

В шесть лет девочка из состоятельной семьи заболела полиомиелитом – заболеванием, поражающим спинной мозг, что привело к вялому парезу правой нижней конечности. Двигательные нарушения со снижением мышечного тонуса у людей, заболевших в детстве, часто имеют тяжелые последствия – паретическая конечность значительно отстает в росте, даже после достаточного восстановления, а если страдают не только мышцы бедра, но и голени, обеспечивающие различные движения стопы, развивается деформация стоп, появляется хромота. Фрида маскировала свою асимметрию, надевая сразу несколько чулок на «тощую» ногу, и в 15 лет отправилась в «Препаторию» – Национальную подготовительную школу, готовясь стать врачом (однако этому желанию не суждено было осуществиться). Однокурсники утверждали, что Фрида не стеснялась своей хромоты. Более того, она часами с восхищением наблюдала за работой художника-монументалиста Диего Риверы, который украшал «Препаторию» росписью «Созидание», и даже стала кокетничать с ним.

Надо сказать, что эта несчастная правая конечность была ампутирована 40 годами позже, но уже по иной причине, на что неунывающая Фрида сказала: «А зачем ноги человеку, который летает?»

Жизнь Фриды резко изменилась в возрасте 18 лет, когда она попала в страшную аварию: трамвай врезался в автобус, в котором она ехала. У нее были множественные переломы костей, в том числе тел позвонков L3 и L4, и глубокое проникающее ранение живота металлическим стержнем. После неоднократных хирургических вмешательств Кало на несколько месяцев оказалась заключенной в гипсовый корсет, страдая от сильной боли. Несмотря на обещания врачей, генерализованная скелетно-мышечная боль осталась с ней на всю оставшуюся жизнь. На протяжении многих лет предполагались различные диагнозы, приглашались лучшие врачи, чтобы понять причину хронического болевого синдрома, исключались туберкулез и даже сифилис (есть данные о позитивной RW – вероятно, ложноположительной, но об этом во второй части).

Фрида получала разнообразные лечебные процедуры, включая длительное ношение гипсового или даже металлического корсета. В попытках облегчить ее боль были выполнены несколько ортопедических операций на позвоночнике, как в Мексике, так и в Соединенных Штатах, однако уменьшения симптомов достигнуто не было. Несмотря на изнуряющую боль, Фрида вела активную жизнь. У нее был бурный роман со знаменитым мексиканским монументалистом Диего Риверой, переросший затем в не менее бурный брак. Она много путешествовала, общалась с мировыми социалистическими лидерами и известными художественными деятелями того времени.

Фрида начала рисовать сразу же после аварии. Когда она была иммобилизована гипсовым корсетом, она использовала специальный мольберт и зеркало, которое было прикреплено к ее кровати. Фрида была самоучкой, рисовавшей больше для себя, и поначалу никто ее работами особо не интересовался – обычный примитивизм. Это уже позже Фриду сами сюрреалисты будут считать одной из самых ярких своих представительниц, а одна из ее картин «Корни» на аукционе Sotheby’s в 2005-м будет оценена в 7 млн. долларов.

Мучения и боль – общие темы практически всех ее работ. Как заметила Хейден Эррера, описывая «Сломанную колонну», «определенная бесстрастность и даже безучастность Фриды создает почти невыносимое напряжение. Боль становится практически физически ощущаемой зрителем – боль от гвоздей, вбиваемых в ее обнаженное тело… Огромная и бесплодная равнина на заднем плане только усиливает страдание». Боль, с которой Фрида Кало вынуждена была делить собственное тело всю жизнь, кажется, отображена на этом полотне в абсолютной степени. Сложно поверить, но даже в этой глубоко трагической картине Фрида «спрятала» надежду: в каждом ее зрачке изображен крошечный белый голубь.

Есть все основания полагать, что Фрида Кало страдала от фибромиалгии. Во всяком случае, такая гипотеза была высказана группой докторов из Мехико под руководством Мануэля Мартинеса Лави в 2000 году совместно с доктором Леонардо Самудио, который открыл доступ к медицинским картам Фриды. Относительно недавно были описаны критерии диагностики фибромиалгии, хотя болезнь «родилась» еще до Фриды: в 1904 году Вильям Говер применил термин «фиброзит» для описания схожих симптомов, однако далее мнения ученых разошлись: одни считали, что первичен фиброзит, и именно он приводит к появлению болей в мышцах и депрессии, другие полагали, что психологическое напряжение приводит к «зажатости» (психогенный ревматизм). Фибромиалгия характеризуется распространенной хронической мышечно-скелетной болью, депрессией, нарушением сна, утренней скованностью, повышенной утомляемостью. Для болезни характерно наличие на теле болезненных участков, или болевых точек. Считается, что около 5 % мирового населения имеют симптомы фибромиалгии.

Современная концепция фибромиалгии, созданная в середине 1970-х годов, базируется на наличии локальной повышенной чувствительности, так называемых болевых точек. В 1990 году были разработаны диагностические критерии. Главным механизмом в формировании хронической боли является феномен центральной сенситизации – после длительной периферической болевой стимуляции остается определенный уровень возбуждения в центральных сенсорных нейронах заднего рога, который поддерживает боль даже при отсутствии в дальнейшем периферической патологии. Кроме этого, сенситизация может возникнуть и без периферического повреждения. Именно поэтому многих пациентов, у которых не выявляют причин боли, даже до настоящего времени врачи рассматривают как ипохондриков.

Диагноз «фибромиалгия» объясняет хроническую сильную, распространенную боль Фриды, сопровождающуюся глубоким утомлением. Это также объясняет отсутствие ответа на различные формы лечения.

Рисунок в дневнике Фриды укрепляет такое предположение. На нем изображены 11 стрел, вонзенных в тело Фриды, причем именно в общепризнанные болевые точки.

Итак, в 1929 году одной мечте Фриды суждено было сбыться: она и Диего Ривера поженились. Ей было 22, ему – 43. Их бурная совместная жизнь стала легендой. Известная цитата, ставшая афоризмом: «В моей жизни было две аварии: одна – автобусная, другая – Диего».

В 1930-х годах Фрида с Диего приехали в Сан-Франциско, где ему предложили работу. До сих пор в ее биографии значится, что «вынужденное долгое пребывание на чужбине заставило ее острее чувствовать свои собственные корни». Именно этот момент считается кульминацией в ее любви к народной мексиканской культуре. Фрида начала коллекционировать предметы национального декоративно-прикладного искусства: ткани, вышивку, мебель, ювелирные и другие художественные изделия. И именно с этого момента она даже в повседневной жизни начала носить национальные костюмы.

Но не только изоляция тяготила Фриду. Именно в Америке впервые появилась болезненная язва правой нижней конечности и были впервые диагностированы признаки недостаточности артериального кровоснабжения. Можно долго обсуждать причины: Фрида курила, имела тяжелое травматическое поражение поясничного отдела позвоночника с возможным вовлечением спинномозговых нервов. Нельзя сбрасывать со счетов и полиомиелит. Кроме этого, ряд исследователей предполагает, что у нее был врожденный порок развития – spina bifida (расщепление позвоночника).

Эта аномалия развивается из-за дефекта формирования нервной трубки в течение первых 4 недель внутриутробного развития. Этот факт интересен не только как случайная находка. В настоящее время считается, что данный дефект связан с нарушениями метаболизма фолиевой кислоты у матери, именно поэтому во время беременности рекомендуется прием 400 мкг метилфолата.

При таком нарушении развивается гипергомоцистеинемия. В среднем в крови содержится 5–15 ммоль/л гомоцистеина. Повышение этого значения даже на 5 единиц не проходит бесследно: происходит повреждение эндотелия – слоя, выстилающего все сосуды изнутри, что может привести к образованию микротромбов и нарушению циркуляции крови. По-видимому, неврологические проблемы Фриды носили наследственный характер: ее отец также родился со spina bifida. Такое расщепление позвоночника бывает бессимптомным, а может сопровождаться различными скелетными, урогенитальными и неврологическими проявлениями, в том числе деформациями и трофическими расстройствами конечностей (например, косолапостью). Что мы знаем о spina bifida у Фриды Кало? Ее биографические очерки обычно полностью игнорируют ее порок развития – и в этом нет ничего необычного: ранее люди с врожденными пороками предпочитали умолчать о них или обвинить полиомиелит или травму. Большинство врачей Фриды также недооценивали spina bifida. Ее доктор и друг, известный американский хирург Лео Элоессер (она познакомилась с ним в Сан-Франциско в 1930 году), впервые заметил и правильно оценил аномалию позвоночника Фриды: рентгенологическое исследование подтвердило spina bifida и объяснило снижение чувствительности в нижней части ее тела.

Не сохранилось никаких медицинских документов, подтверждающих дефект, но на картине «Что мне дала вода» (What the Water Gave Me, 1938) мы можем ясно видеть кровоточащую рану между деформированным большим и вторым пальцами правой ноги – типичный дефект, сопровождающий врожденные дисрафизмы, в том числе spina bifida. Косвенным намеком на наследственный дефект можно считать небольшие портреты родителей Фриды в воде. Доктор Лео Элоессер назначил лечение, улучшающее кровообращение в конечности, но оно, к сожалению, не помогло.

В 1932 году начинается другая история, повлиявшая на жизнь мексиканской художницы не меньше, чем все остальные неприятности. Страстная мечта о ребенке так и осталась мечтой: три выкидыша и тяжелейшая депрессия, усугублявшаяся постоянными изменами Диего. В первые несколько месяцев пребывания пары в Детройте Ривера готовился к крупной работе, продумывая эскиз и воплощение своей фрески на сельскохозяйственной выставке, в то время как Фрида на малом сроке беременности оказалась в полной изоляции в чужом для нее городе. Ссылаясь на письма Кало, адресованные ее врачу, можно сказать, что она очень боялась, что травмы в результате ее аварии сделают невозможными роды. Некоторыми исследователями приписывается прерывание беременности по медицинским показаниям. Однако убедительных свидетельств о медицинском аборте нет. На сроке около 3 месяцев (12–15 недель) у Кало началось профузное маточное кровотечение, и она была срочно госпитализирована в госпиталь Генри Форда, где произошел поздний самопроизвольный выкидыш. Известно, что она провела в больнице две недели. Фриде было 25 лет.

Выкидыш также повлиял на Риверу, и он изменил панель своих фресок. Вместо сельскохозяйственной сцены, сохранившейся на одном из подготовительных этюдов к выставке, на панели изображен ребенок внутри луковицы растения.

Чуть позже Фрида скажет: «Я пыталась утопить свои печали, но эти ублюдки научились плавать…» Известно еще как минимум о двух выкидышах на малых сроках. Кроме этого, трофическая язва на правой ноге, прогрессировавшая в последующие годы, в итоге привела к ампутации пяти фаланг в 1934 году. В этом же году произведена симпатэктомия – хирургическая операция, выполняемая путем открытого перерезания нервных волокон с целью как облегчения боли, так и стимуляции вазодилатации (расширения сосудов нижней конечности).

Несмотря на все процедуры, после нескольких выкидышей с кровотечениями, угрожавшими жизни Фриды, и ампутации пальцев на ноге болевой синдром был ее верным спутником. Последовала тяжелейшая операция на позвоночникее, спондилодез (spondylodesis; греч. spondylos «позвонок» + desis «связывание»; син. – остеосинтез позвоночника), направленная на обездвижение сегмента или отдела позвоночника путем создания единого костного блока, конгломерата группы позвонков, чаще с помощью костнопластических методов.

В 1953-м гангрена вернулась, Фриде пришлось выполнить высокую ампутацию ноги. Но все эти беды не смогли перевесить невероятную силу ее духа.

«Зачем мне ноги, если у меня есть крылья, чтобы летать?» – написала она в дневнике. На свою первую персональную выставку, которая состоялась в 1953-м, Фрида явилась на носилках: она уговорила водителя и врачей скорой помощи довезти ее до галереи, и уже там ее на глазах у всех уложили на специально приготовленную кровать. Известно, что даже дома, в постели, Кало ежедневно надевала свои невероятные наряды и делала прическу: «Я наряжаюсь, чтобы попасть в рай».

В 1954 году Фрида умерла в результате тромбоэмболии легочной артерии (ТЭЛА). Известно, что до этого у нее была диагностирована пневмония.

«В четыре часа утра она жаловалась, что ей очень плохо. Когда утром приехал доктор, он констатировал, что незадолго до его приезда она умерла от эмболии легких. Когда я вошел в комнату посмотреть на нее, лицо ее было спокойным и еще более прекрасным, чем всегда. Предыдущей ночью она отдала мне кольцо, которое купила в подарок на 25-летнюю годовщину, за 17 дней до этой даты. Я спросил ее, почему она отдает подарок так рано, и она ответила: „Потому что я чувствую, что очень скоро покину тебя“. Но, хотя Фрида понимала, что умирает, она все равно должна была бороться за жизнь. Иначе зачем бы смерть отняла у нее дыхание, пока она спала?.. 13 июля 1954 года было самым трагическим днем моей жизни. Я потерял мою любимую Фриду навсегда… Теперь слишком поздно, я понимаю, что самой замечательной частью моей жизни была моя любовь к Фриде» (Диего Ривера, муж Фриды Кало).

Чем же болела Фрида, помимо врожденного порока spina bifida, полиомиелита и фибромиалгии?

В эру, когда значимость тромбофилии сильно переоценена, могу с высокой вероятностью предположить, что наследственной тромбофилии у Фриды не было: во-первых, спокойный семейный анамнез, в котором не было внезапных ранних смертей (в то время подходов к лечению тромбозов не существовало, при прогрессии тромбоз обязательно завершился бы ТЭЛА), во-вторых, в отсутствие тромбопрофилактики у Фриды, пострадавшей в аварии (большой фактор риска!), после которой было выполнено множество хирургических вмешательств (всё это – предикторы реализации тромбозов), ни одно из них не завершилось тромбозом глубоких вен. Гипергомоцистеинемия, которая, по-видимому, была у Фриды с рождения, была одним из значимых факторов риска развития нарушения кровоснабжения правой нижней конечности и, возможно, не только этого: ранние потери беременности также могли быть следствием высокого уровня гомоцистеина (развитие тяжелого дефекта нервной трубки у эмбрионов, приведшее к самостоятельному прекращению беременности). И в завершение: длительная иммобилизация даже в отсутствие тромбофилии может приводить к тромбозам глубоких вен и ТЭЛА. Но есть одно но! Исследователи жизни Кало утверждают о наличии положительной реакции Вассермана (RW), узнав о которой, она устроила очередной скандал Диего – при этом клинических признаков сифилиса у Фриды не было. По-видимому, это все же была ложноположительная серологическая реакция на сифилис, которая регистрируется при разных вирусных и бактериальных инфекциях, травмах и… антифосфолипидном синдроме (АФС). Все эти состояния объединяет то, что при них в крови образуются неспецифичные (созданные для борьбы с разными угрозами) белки – иммуноглобулины, они же антитела, получившие название «реагины». То есть специфической инфекции в организме нет и не было, а серологические реакции дают положительный результат. В начале 1950-х годов было установлено, что наиболее часто хроническая биологическая ложноположительная RW выявляется при аутоиммунных заболеваниях, особенно при системной красной волчанке (СКВ), при которой частота ее обнаружения достигает 30 %. АФС, часто осложняющий течение СКВ, был официально описан значительно позже – в 1983 году. Кстати, в первые критерии диагностики АФС входили и трофические язвы. Далее критерии были несколько изменены, однако последовательные ранние потери беременности с неустановленной причиной или одна потеря на сроке более 10 недель, а также тромбозы сосудов при наличии персистенции антифосфолипидных антител в них так и остались. Таким образом, Фрида страдала еще и АФС.

«Я смеюсь над смертью, чтобы она не отняла то лучшее, что есть во мне…»

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Herrera H. Frida: a biography of Frida Kahlo. New York: Harper Row; 1983.

2. Tibol R. Frida Kahlo: una vida abierta. Mexico City: Universidad Nacional Autónoma de México; 1998.

3. Zamora M. Frida Kahlo: the brush of anguish. San Francisco: Chronicle Books; 1990.

4. Monsiváis C. Vazquez-Bayod R. Frida Kahlo: una vida, una obra. Mexico City: Conaculta; 1992.

5. Del Conde T. Frida Kahlo: la pintora y el mito. Mexico City: Universidad Nacional Autónoma de México; 1992.

6. Wolfe F, Smythe HA, Yunus MB, Bennett RM, Bombardier C, Goldenberg DL, et al. The American College of Rheumatology 1990 criteria for the classification of fibromyalgia: report of the multicenter criteria committee. Arthritis Rheum 1990;33:160–72.

7. Martı́nez-Lavı́n M, Hermosillo AG, Rosas M, Soto M-E. Circadian studies of autonomic nervous balance in patients with fibromyalgia: a heart rate variability analysis. Arthritis Rheum 1998;41: 1966–71.

8. Buskila D, Neumann L, Vaisberg G, Alkalay D, Wolfe F. Increased rate of fibromyalgia following cervical spine injury: a controlled study of 161 cases of traumatic injury. Arthritis Rheum 1997;40:446–52.

9. Freeman P. Frida Kahlo: Diario: autorretrato ı́ntimo. Mexico City: La Vaca Independiente; 1995.