Лучше всего теорию Гайи объяснял, конечно, сам Лавлок. Для этого он использовал модель маргариткового мира, которая наглядно иллюстрирует процессы саморегуляции, лежащие в основе теории Гайи. В своей книге «Новацен» Лавлок делится размышлениями по поводу будущего Земли и заодно кратко описывает маргаритковый мир:
Звезда, подобная нашему Солнцу, постепенно нагревает планету маргариткового мира, пока та не становится теплой настолько, что вся ее поверхность заселяется одним видом – черными маргаритками. Черные маргаритки поглощают тепло, поэтому хорошо произрастают при низких температурах. Однако есть мутантные белые маргаритки, которые отражают тепло и, когда температура повышается еще больше, начинают разрастаться. Таким образом, планета охлаждается белыми маргаритками и нагревается черными. Простой цветок способен регулировать и стабилизировать окружающую среду в планетарном масштабе. <…> Увеличьте эту модель в масштабе, включив в нее всю флору и фауну Земли, и вы получите систему, которую я назвал Гайей[183].
Также есть отличная схема, показывающая, как работает эта модель:

В этой схеме ключевую роль играют два актора – белые и черные маргаритки. Их взаимодействие с окружающей средой поддерживает хрупкий баланс. Черные маргаритки поглощают тепло, способствуя нагреванию планеты, тогда как белые маргаритки тепло отражают, способствуя ее охлаждению. Взаимодействуя, эти виды стабилизируют температуру.
Лавлок считает, что процессы нагревания и охлаждения играют ключевую роль в поддержании баланса Земли. Он предупреждает: если потепление продолжится, экосистема, выступающая регулятором этого баланса, может перестать справляться, что приведет к катастрофическим последствиям, угрожающим земной жизни. Мы видим здесь амбивалентность: теория Гайи говорит о значительной автономности Земли, но, с другой стороны, силы саморегуляции и «выживания» не бесконечны. В этом смысле модель маргариткового мира весьма поэтична: цветы помогают планете жить, однако они остаются цветами – хрупкими и изменчивыми. Как было у Шеллинга: грусть всех цветов…