Лето было знойным. Пожары уничтожили лесные массивы и приблизились к жилым районам. Сражаться с огнём было трудно, но люди не сдавались – в борьбу вступила авиация. И хотя эвакуации в этом году удалось избежать, запах гари оставался в воздухе почти месяц.

Алина ехала одна вдоль Малибу-каньона, где по склонам возвышались обугленные стволы сосен, на которых, словно из пепла, пробивались зелёные ростки. Весёлые мохнатые кисточки на мёртвой гари. Она смотрела на это торжество новой жизни и думала, что очень скоро чёрные стволы уже не будут видны.

Алина включила на полную громкость радио и открыла окно. Кажется, кусочек встал на место. Её кусочек, что когда-то в детстве вылетел из неё или просто не зародился. И стало ясно, что не надо ничем и никем себя заполнять. Она вдруг почувствовала, что стала целой, как будто починилась…

Алина писала в своей мастерской, когда зазвонил телефон. Это была Белла, художница, с которой Алина не общалась уже несколько лет. Белла иммигрировала тогда же, когда и Алина, но, в отличие от последней, добилась профессионального признания, выставлялась в галереях и довольно успешно продавала свои картины. Она правильно выбрала себе нишу – писала маслом large nudes[40].

Мужчин, женщин, а так же тех и других вместе и в разных комбинациях. Выбрала свой неповторимый стиль – эротично, но без пошлости. Алина же до сих пор не могла ограничить своё вдохновение определёнными рамками – океан ей хотелось писать маслом, портреты – пастелью, а закаты – акварелью.

– Привет, Аля, как дела? Я организую общую выставку художников-иммигрантов в Беверли-Хиллз в июне и хотела бы узнать, тебе это интересно?

Алина сначала не поняла: Белла зовёт её посетить своё мероприятие? Конечно, ей будет любопытно посмотреть на работы других художников, да и с самой Беллой неплохо увидеться.

Но Белла тут же уточнила:

– Я имею в виду твоё личное участие в выставке… картин пять – семь?

– Э… Да! Конечно! С удовольствием!

– Прекрасно. Только вот что, Алина… Я знаю, ты очень versatile artist[41], но было бы неплохо, если б ты поработала над тем, чтобы твои работы были recognizable[42].

Да, Белла была права. Ей давно пора найти свой стиль. Да и не только. Пора выставляться, завести страницу в «Инстаграме»^*, начать наконец рекламировать себя.

Алина положила трубку, и первой её мыслью было: а успеет ли она написать за два месяца семь картин? Но мысль эта промелькнула и растворилась в воздухе, словно дым, и на её место пришла непоколебимая вера в собственные силы, в то, что всё будет так, как она пожелает.