После сексуальных утех дьявол иногда проводил проповедь, в которой в основном слышались проклятия и заклинания. Иногда использовали «перевернутые» молитвы: вместо «Отче наш, сущий на Небесах» говорили: «Отче наш, сущий в Преисподней». Дьявол вообще охотно принимал участие в различного рода пародийных церковных обрядах: например, причастии и конфирмации тех, кто перешел на его сторону.

Для признавшихся в полетах на Лысую гору женщин порой предусматривались наказания: их стегали связанными гадюками или мучили. За нарушенное слово дьявол вполне мог содрать кожу и пригвоздить ее к стене. Иногда он поднимал крышку котелка и показывал признавшимся варившихся в нем мертвых людей: мол, это ждет всех провинившихся перед ним. Преданных же подданных он отгонял подальше от такого зрелища кнутом из переплетенных змей.

В конце праздника все «правильные» ведьмы и дети получали щедрые дары и отправлялись домой. В некоторых протоколах говорится, что, прощаясь, каждый должен был сказать дьяволу на латинском (!) языке: «Прощай, Отец мой!» Правда, это относилось лишь к непризнавшимся. Признавшиеся молчали.

Что касается детей, то их ведьмы возвращали назад тем же образом, что и забирали. Их клали обратно в постели и, ничего не говоря, улетали.

Упоминание об этом сохранилось в провинции Упланд. Накануне Рождества 1676 года 26-летнюю Бриту Хансдоттер отвезла на Лысую гору жена священника. Бриту назначили поварихой, и за труды похитительница вознаградила свою жертву: подарила ей пять черных и двух серых лошадей, семь овец, семь коз и 14 свиней. Все они выглядели вполне здоровыми, крепкими и откормленными, но когда Брита ближе к Троице рассказала о своих «приключениях», лошади в мгновение ока превратились в еловые шишки, овцы и козы – в камешки, свиньи – в щепки.