Реабилитационная клиника
Саманта Митчелл, США
Сегодня мой последний день в реабилитационной клинике. Лечение продолжится уже вне медицинского учреждения. Я так и не смогла полностью восстановить себе память. Но врачи говорят, это чудо, что я и вовсе что-то вспомнила. Некоторым пациентам везет и того меньше, чем мне. От этих слов мне не стало более радостно на душе, хотелось вспомнить все моменты своей жизни. Абсолютно все. Но чуда не произошло. В голове продолжали хаотично мелькать черно-белые фрагменты прошлой жизни. Но все они, к сожалению, были не столь значительными. Ярких открытий и вспышек озарения не случилось. Пока я пребывала в размышлениях, услышала, как меня кто-то позвал по имени. Это оказался Каспер. Он вошел ко мне в палату в своей фирменной бейсболке, футболке и джинсах.
– Чем занята? – спросил меня Каспер, когда подошел ближе.
На мгновение мне показалось, что слишком уж радостный у него вид. Неужели он вспомнил что-то значительное и важное из прошлой жизни? Буду рада, если так.
Я посмотрела на Каспера, такой симпатичный… И даже шрам на лице ничуть не портил его внешний вид. Я все продолжала смотреть на Каспера и понимала, что… влюблена. Но испытывал ли и Каспер то же самое по отношению ко мне? Да, мы часто общались, у нас даже успели появиться совместные шутки на разные темы, понятные только нам двоим.
Но даже этого скоро не будет. Все потому, что уже совсем скоро я уезжаю из этой реабилитационной клиники, а Каспер (насколько мне было известно) пока что еще задержится здесь. В отличие от меня его процесс реабилитации проходил значительно хуже. Если я вспомнила хоть что-то из прошлой жизни (мне кажется, что очень мало), то Каспер и того меньше. Врачи клиники сообщили, что ему было бы лучше задержаться здесь еще на некоторое время. Я же поеду домой. Мы еще не обсуждали с Каспером, как будем общаться дальше. Но мне очень хотелось бы, чтобы наше общение непременно продолжилось. Мне будет не хватать наших бесед. Но самое главное… мне будет не хватать самого Каспера. Этого симпатичного парня в бейсболке со шрамом на лице, который почти ничего не помнит из своей прошлой жизни.
– Вот собираю вещи, – наконец-то ответила я Касперу, когда поняла, что молчаливая атмосфера немного затянулась. – А ты еще остаешься здесь? Или нет? – задала я ему вопросы, не дождавшись его реакции на мой ответ.
Каспер вздохнул. И, кажется, снова загрустил.
– Да, врачи клиники рекомендовали мне еще здесь задержаться, – ответил Каспер. – Но я рад за тебя, что тебе лучше.
– Ты больше ничего не вспомнил с той поры? Может, было что-то еще? – спросила я, мне так хотелось, чтобы Каспер вспомнил что-нибудь еще, хоть что-то.
Я так переживала за него. Неимоверно. Я отложила в сторону сумку, в которую складывала вещи для поездки домой, и посмотрела на Каспера. Только сейчас я заметила, что у него в руках был рюкзак. И пока я собиралась с мыслями, что еще можно сказать в этот самый момент, что-то ободряющее, чтобы Касперу не было грустно, он заговорил сам:
– Пока что нет, но надеюсь, что это случится в ближайшее время. Кстати, это тебе, – произнес он, доставая из рюкзака аккуратно сложенный лист бумаги.
Мне стало любопытно, что там. И в тот момент, когда Каспер протянул мне лист бумаги и я увидела, что там, мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Там был мой портрет. Аккуратно нарисованный карандашом. И именно в тот момент я все вспомнила. Это случилось так неожиданно, словно мимолетная вспышка. Все те недостающие фрагменты моей жизни, которые так отчаянно пыталась вспомнить почти все дни моего пребывания в этой реабилитационной клинике. С самого начала. И подумать только, в этом мне помог… нарисованный Каспером портрет. Точнее, не Каспером, а… Джошем Лэндером! Ничего себе, передо мной стоял Джош Лэндер. Это он, как и я, попал в аварию, и мы оказались вместе в одной и той же реабилитационной клинике, но не узнавали друг друга, так как почти ничего не помнили из своей прошлой жизни, кроме хаотичных воспоминаний. Значит, все это время, все эти дни, я была влюблена в Джоша Лэндера. Не в Каспера, незнакомца из клиники, а в того самого парня из моей школы в Штатах, с которым я была на свидании. На самом лучшем свидании в своей жизни. Я все вспомнила. Это чудо, что я смогла все вспомнить. Но неужели Каспер так и не вспомнит меня?
– Спасибо, очень похоже, у тебя талант – ответила я Джошу, взяв рисунок из его рук. – Когда ты успел его нарисовать?
Джош улыбнулся. Затем ответил:
– На самых скучных сеансах психотерапии в этой клинике, которая мне уже надоела.
Я тоже улыбнулась. С чувством юмора у Джоша все было в порядке. Но мне было грустно от того факта, что он просто нарисовал меня, но не помнил, что я это я, то есть Саманта Митчелл. Он не помнил этого. Интересно, вспомнит ли? И как я могу ему в этом помочь? Просто рассказать? Не станет ли столько новой для него информации ударом по психике? К тому же, мне хотелось, чтобы он вспомнил все сам, ненавязчиво и плавно, постепенно. И тогда придумала вот что: отправить ему после отъезда из клиники сообщение (словесно все рассказать было бы сложнее), в котором еще раз поблагодарю за нарисованный портрет и добавлю, что именно благодаря ему я все вспомнила. И хотела бы, чтобы вспомнил и он. Я написала в электронном сообщении «Семь причин помнить Джоша Лэндера». Хотела, чтобы он потом прочитал эти строки и в его сознании все прояснилось. Над причинами подумаю позже. А пока сохраню черновик.
Позже я открыла начатое сообщение и, дописав, отправила ему:
1) Ты подарил мне невероятный портрет. Помнишь тот день, когда мы были на свидании? Восхитительный рисунок. У тебя талант.
2) Кстати, насчет того свидания в кинотеатре под открытым небом и прогулки после него в парке… Это было прекрасно.
3) Ты отлично целуешься. Я помню наш первый поцелуй. И все последующие. Вспомнила. Долгие и страстные.
4) Ты подрался за меня в школе. С тем учеником по обмену, Марком. Помнишь? Хотя да, об этом лучше вспомнить и тут же забыть!
5) Ты отличный собеседник. Я никогда не забуду наши разговоры. Ни в клинике, ни до нее.
6) Ты хотел спасти меня от позора перед всей школой. Если бы не ты, Джесси Олбрайт привела бы свой коварный план в жизнь. О том, что Джесси хотела меня все-таки опозорить на той вечеринке, но с которой мне удалось уйти раньше часа X, мне проболтался человек из другого класса, а позже я увидела запись с видеокамер наблюдения в кафе «Мятежные Сердца». Я ушла с вечеринки раньше из-за того, что внезапно позвонила мама, сказав, что веселье отменяется, нужно ехать домой, отцу стало плохо… Хотя планировала все же немного там задержаться. Джесси только принялась настраивать проектор (я думала, что мы будем смотреть кино), как вскоре мне позвонила мама, сообщив новость об отце. Пришлось уехать.
И так сложилось, что мы оба попали с тобой в аварию, в тот день. Ничего не зная об этом. Твой телефон был выключен. Шел сильный дождь. Ты, как потом оказалось, хотел спасти меня, но не доехал до дома Джесси (об этом я узнала с камер видеонаблюдения в кафе «Мятежные Сердца», у хозяина заведения они все же были. Том показал мне видеозапись всех разговоров).
Ты поругался до этого с отцом (как я узнала у твоих родителей, когда захотела восстановить причинно-следственные связи событий и во всем разобраться, и тогда многое стало на свои места). А я ехала в тот день с вечеринки Джесси, но из-за звонка мамы и плохих новостей из дома (что с отцом что-то случилось), я смогла уйти с вечеринки раньше времени. Джесси, конечно, негодовала (уже тогда ее поведение казалось мне странным и подозрительным), но ничего поделать не могла. Не удерживать же силой. Так я не оказалась опозорена на всю школу. Зато потеряла на некоторое время память. Как и ты. Попала по пути домой в аварию… Угораздило же меня в тот день добираться до вечеринки Джесси не на автобусе, а на машине. Попала в аварию. Видимо, сказались нервы. И я сильно переживала за отца. Но, к счастью, он поправился. Был инфаркт. А еще и тот дождь. Было сложно вести машину. Я помню лишь эпизоды, все произошло настолько стремительно: я еду, мимо мчится другой автомобиль, капли дождя хлещут по стеклам, я пытаюсь объехать, мое авто выбрасывает в сторону, резкий удар и дальше словно пустота. Мрак.
А у тебя свои эмоции, видимо, играли. Злость на отца и на Джесси. И снова этот сильный дождь, мешающий нормальному управлению автомобиля. Позже мы оказались с тобой в одной реабилитационной клинике, общались, но не помнили друг друга. Невероятно. Но я все вспомнила. А ты? Мне хотелось бы, чтобы и ты тоже вспомнил.
7) Ты просто прекрасный человек. Я не жалею ни об одном дне и моменте, проведенном с тобой вместе.
Дописав последнюю строчку, я еще раз просмотрела все пункты письма, озаглавив его «Семь причин помнить тебя», и с замиранием сердца нажала на кнопку отправки сообщения, добавив в конце подпись:
P.S. Твоя Саманта Митчелл…
На самом деле, причин помнить тебя у меня гораздо больше. Но думаю, что для первого раза достаточно, чтобы не слишком перегружать твою голову. Надеюсь, что после прочтения этих строк ты что-то вспомнишь.
Прошло еще некоторое время, прежде чем Джош смог окончательно вернуть себе память. Он пострадал тогда в аварии больше меня. Но я так рада, что он все-таки все вспомнил. А еще я рада тому, что мы стали больше, чем просто друзьями. Пусть наша история любви была сложной и трагической, но хэппи-энд все-таки случился. Скоро мы уедем поступать. Наши пути не разойдутся. Джош подобрал себе специальность в одном колледже, связанную с рисованием, неподалеку от моего. Мы будем встречаться и дальше. Жизнь продолжится, как и наша история любви. А что насчет Джесси и того, что она хотела опозорить меня на всю школу… Пусть это останется на ее совести. Хочется верить, что со временем она перестанет быть настолько злым человеком и поймет, что можно быть добрее. Но, кажется, она совсем не раскаивается в своих злых умыслах…
Даже извинений от нее не услышала. Действительно, на что я рассчитывала? Такие, как Джесси, не меняются. Но мне не хочется держать в сердце обиды и позволять плохому настроению овладевать моим разумом. Хотя да, если бы не та вечеринка, я бы не попала в тот день в аварию… Я бы просто находилась тогда дома. Не оказалась опозорена на всю школу, зато попала в аварию. И это страшно… Джесси Олбрайт же не раскаивается… Но карма существует… Поэтому сейчас я выбираю не концентрироваться на плохом, а начать новую жизнь. С чистого листа. Когда начнется колледж, школа будет мне только сниться. Надеюсь, что не в кошмарах. Главное: все обошлось, я выжила. Стараюсь не думать о том, что могла погибнуть в тот день, произошла та жуткая автокатастрофа. Я выжила, и это главное. И Джош тоже выжил. И все, что с нами случилось – не иначе как судьба…
Что насчет Марка, ученика по обмену из Парижа… Он улетел домой. Я поговорила с ним, и он понял, что я люблю Джоша. Конечно, ему было непросто принять мой выбор, и я понимаю его, каково это, любить безответно, но я не могу давать ему ложную надежду на совместное будущее. Ведь я любила и люблю Джоша Лэндера. Хочется верить, что Марк еще найдет себе другую девушку…
– Я люблю тебя, Саманта Митчелл, – вдруг услышала я признание, когда возвращалась домой после непродолжительной прогулки. Врачи в клинике рекомендовали мне больше внимания уделять своему здоровью.
Это был голос Джоша. Джоша Лэндера. Я обернулась. Увидела его белоснежную улыбку. Шрам на лице почти зажил. При взгляде на него по телу пробежали мурашки.
Джош припарковался совсем рядом: сидел за рулем своего «Понтиака» оттенка ультрамарина и продолжал улыбаться. Именно тогда я поняла, что он все вспомнил. Окончательно. Память к нему вернулась. Он уже не тот безымянный парень в бейсболке, которого в реабилитационной клинике прозвали Каспером, поскольку он даже не помнил своего имени по прибытии туда. А сейчас все вспомнил. Наши свидания, нашу любовь. Я навсегда запомню то свидание в кинотеатре под открытым небом и другие моменты волшебных мгновений, проведенных вместе. Он снова Джош Лэндер. Парень, который выбрал меня из всех королев и чирлидерш школы. Мой родной и любимый Джош Лэндер, благодаря которому я узнала, какой может быть любовь… Восхитительно прекрасной. Всепоглощающей.
Я тут же подошла к нему, села в автомобиль и крепко обняла его. И какое же это было счастье. Мне так хотелось, чтобы этот миг никогда не заканчивался…
– Я тоже люблю тебя, Джош Лэндер – только и ответила я. – Тоже.
А после наших признаний в любви друг к другу случилось то, чего мы оба так долго хотели и страстно желали…