– Ли-изо-о-ок, ты моя любо-о-овь! – кричал под окнами Лешка.

– Лиза, да скажи ты ему, уже весь дом перебудил.

– Мама, я выгляну – он еще больше раскричится. Праздник у них, выпил, вот и кричит.

– Всё равно скажи, а то соседи вмешаются. Заберут его в полицию.

Лиза высунулась в окно:

– Лешка, домой иди, мы спим.

– Лиза-а-а, я люблю тебя! – надрывался хмельной влюбленный.

– Всё, я плохо себя чувствую. Любил бы – не будил.

– Спи, любимая, – сказал Леша и, покачиваясь, пошел домой.

Лиза вздохнула с облегчением и легла спать. Утром мама сказала:

– Ну что ты так строго к нему относишься, отказываешь, не встречаешься. Любит-то он тебя как! Довыбираешься, что одна останешься. Всё же не 20 тебе лет.

– Угу, 22 года. Мама, да не любит он меня. Просто я отказываю, а у него инстинкт охотника включился. Вот и ходит, играет в любовь.

– Он тебе совсем не нравится?

– Нравится, мама. К сожалению, очень нравится.

Лиза обманывала маму, в Лешку она была влюблена и давно.

Но видела, как этот ловелас за девочками ухаживал. Добьется девочку, повстречается и расстается:

– Прости, разлюбил.

И Лиза решила:

– Буду любить на расстоянии. Зачем мне эти расстройства? Я ему душу раскрою, а он: «Прости, любимая, вон там за углом красивее ходит», и бросит меня.

Когда Леша подкатил в Лизе, она категорично отказалась с ним встречаться.

– Ты хороший парень, но «для всех», а мне только для меня нужен.

– Да я только для тебя буду.

– Леша, всё, не так уж я тебе и нравлюсь.

К отказам Алексей не привык и приступил к осаде Лизы, проходу ей не давал. И Лиза стала задумываться: «Как-то слишком много его в моей жизни».

Однако разум говорил одно, а вот сердце… Глупое сердце мыслило другими понятиями, и в конце концов Елизавета сдалась, они с Лешей даже поженились.

Жили славно, дружно, через год дочка родилась.

Лешка своих девочек любил, что не мешало ему заводить романчики на стороне, «для жизненного тонуса».

– Доиграешься, Леша, – говорил его брат. – Лиза узнает, и всё, развод.

– Во-первых, не узнает, я осторожен. Во-вторых, что значит развод? Кому она с ребенком нужна? Всё, уже только моя, домашняя.

– Так сколько разводились и сами детей поднимали.

– Тут ты прав. Надо уговорить ее уволиться. А то место там у нее денежное, она самостоятельная. А без денег никуда не денется.

Брат только головой покачал, глядя на самоуверенного, избалованного женским вниманием младшенького.

Лиза же занималась маленькой Евой, ждала место в садике, волновалась:

– Ой, скоро дадут, хорошо бы рядом с домом, но могут и рядом с мамой дать, тоже удобно. И я на работу выйду, мама подстрахует с дочкой.

– Лиза, так и занимайся сама, что на маму перебрасывать. У нас денег хватает, увольняйся.

– Денег мало не бывает, я подумаю.

– А что думать? Напиши сразу заявление, да и отнеси.

– Я подумаю. Надо всё взвесить, а потом уже принимать решение. Это не тот вопрос, который подразумевает импульсивные действия.

Дома она поговорила с мамой:

– Лешка настаивает на моем увольнении.

– Тебе еще полгода подумать есть, но я бы не стала увольняться, Лиза. Такое место найти трудно, тебе очень повезло туда устроиться. Зарплата приличная, соцпакет. С больничными я подстрахую.

– Леша говорит, что я должна сама заниматься дочкой, а не перевешивать ее на других.

– И занимайся. Вечера и выходные твои. Вот ты ходила в садик, я работала. Тебе что-то еще надо было? Помогали, оплачивали кружки, секции.

– В общем-то, да, за ручку я ее до свадьбы водить буду? Не буду.

Мама не стала говорить, что погуливает зять. Знала она, видела его с другой.

– Уволится и останется одна с ребенком и без денег. Выбор будет небольшим – самой растить, работая, где придется, или терпеть измены.

Лиза подумала, Лешка спросил:

– Ну что, увольняешься?

– Да чего ты так прицепился к увольнению? Мне еще полгода сидеть с Евой, в садик со следующего месяца пойдем. Акклиматизацию пройдет ребенок, тогда и решать. Ты бы еще за год предложил.

– Я о тебе забочусь.

– Спасибо, Лешенька, но я еще подумаю, всё же непростое решение.

Лизе не понравилось давление мужа, и она твердо решила:

– Выйду на работу. Посмотрю, как пойдет. Уволиться всегда успею.

Алексей, конечно, скандалил, но жена спокойно отвечала:

– Ева прекрасно ходит в садик. А я что, должна весь день дома сидеть? Чем там заниматься? Всё убрано, еда есть. В окно смотреть? Нет, я на работу хочу, мне так удобнее.

График на работе был динамичным, весьма плотным. Приходилось выезжать за пределы офиса. И в один из таких выездов Елизавета увидела мужа с другой. Она удивленно смотрела из окна служебного автомобиля на милующуюся парочку. Водитель даже спросил:

– Ты чего так смотришь на них, как будто привидение увидела? Знакомые?

– Ну да, муж мой.

– Понятная реакция.

Он помолчал:

– Не руби с плеча.

– И рубить нечего, такой он у меня… гулящий. Надо решать: буду я это терпеть или нет. Он гулять будет – это точно.

– Дочка как к этому отнесется?

– Она маленькая, да и разводятся же взрослые. Захочет – будет и общаться, и заниматься.

Лиза приехала домой, собрала свои вещи, дочкины и вывезла к маме. Хорошо, Алексей позвонил:

– Я сегодня очень поздно буду, работы много, спать ложись, не жди меня.

– Да-да, работу нельзя бросать, надо доделать, – сказала Лиза.

Она окинула квартиру взглядом: документы забрала, вещи все собрала. Всё, пусть дальше сам.

Уложила Еву спать и только потом расслабилась, расплакалась:

– Мама, обидно-то как. Я всегда подозревала, что он будет гулять, но повода не давал до этого. И я подумала: действительно любит, остепенился. А он по другим ходил, хорошо, ничем меня не наградил. И ведь я поверила, глупая, что он любит, что я у него единственная.

– Лизонька, успокойся. Может, простишь еще. Бывает, оступился.

– Не прощу, мама. А то буду сидеть и думать, куда он оступился сейчас, кого он там топчет, петух гамбургский, напыщенный.

Лешка же вовсю наслаждался общением с красоткой Машенькой и совершенно забыл обо всем. Утром уже сбросил сообщение: «Задержался на работе, не стал будить».

Лиза немного истерично засмеялась:

– Он даже не в курсе, что я ушла.

Алексей вечером пришел домой и ни жены, ни вещей не обнаружил.

– Обиделась. Ну, пойду мириться.

Он купил цветы, пошел к теще, позвонил в дверь. Открыла жена, сказала:

– Проходи на кухню.

Лиза стояла у окна:

– Прости меня, заработался, и вообще… нельзя же так, из-за работы уходить. Ты вот не захотела уволиться, я же не ушел, принял твое решение.

– Видела я вчера твою работу, любил ты ее сильно, до утра, похоже. Так что ушла, работай в удовольствие, без помех.

Он ушел. Звонил, пытался помириться, но Елизавета подала на развод.

– Разведешься, ни копейки не дам. Сама знаешь, работа у меня неофициальная, левака много.

– А мне твои копейки не надо, на дочку – плати, или сам всё покупай.

Но Алексей сильно разозлился:

– Да, я мужик! Мне нужно разнообразие! Я же уходить не собирался, чего сразу разводиться. Цаца какая!

Лиза подала на алименты, но бывший муж не платил.

– Алексей, у тебя долг по алиментам. А машину купил.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю, так что давай, плати.

Лешка быстренько оформил продажу машины на свою новую зазнобу, с которой назло Лизе в ЗАГС пошел.

– Вот и сиди одна, а я мужик востребованный, женюсь быстро.

Новая жена переоформила машину на свою мать. И Леша спокойно продолжил ездить.

Елизавета обратилась в суд:

– Прошу расторгнуть договор купли-продажи автомобиля, который Алексей купил во втором браке. У него долг по алиментам. Так что пусть выделят супружескую долю и за счет его доли погасят долг.

– Это как за счет автомобиля долг гасить?

– Пускай продадут, реализуют имущество и половину суммы на Еву перечислят, и твой долг по алиментам уменьшится.

Алексей, его новая супруга и новая теща возражали:

– Мы против, всамделишный договор, и деньги передавали.

Суд первой инстанции в иске отказал, заявив, что

«…законные собственники спорного автомобиля были вправе распоряжаться им по своему усмотрению. При этом, по мнению суда, ответчиками представлены доказательства оплаты имущества покупателями по обоим оспоренным договорам купли-продажи и отсутствие дальнейшего контроля со стороны продавцов в отношении отчужденного автомобиля, а само транспортное средство фактически находится у настоящего собственника – его добросовестного приобретателя – у тещи. Кроме того, судом первой инстанции высказано суждение, что Елизавета, не являясь стороной сделок, вообще не вправе оспорить гражданско-правовые сделки между другими лицами».

Лиза подала жалобу на это решение. Особенно ее задело торжествующее лицо Лешки и его слова:

– Сказал, платить не буду, и ничего ты не сделаешь.

А апелляционная инстанция дело пересмотрела и удовлетворила часть требований, сказав, что реализовывать имущество должны приставы, равно как и обращать взыскание на часть автомобиля, а вот договор расторгла, признав автомобиль совместной собственностью Алексея и его новой жены, в долевой собственности, по 1/2 доли.

«Суд апелляционной инстанции указал, что договор купли-продажи автомобиля был заключен между супругами после взыскания с Алексея алиментов на содержание ребенка. Указанный договор никаких правовых последствий для супругов не создал, поскольку правовой режим данного имущества, как нажитого супругами в период брака, изменен не был, автомобиль по-прежнему остался в совместной собственности супругов. Заключение договора купли-продажи автомобиля между новой женой и ее матерью произошло на следующий день после того, как Алексею стало достоверно известно о возбужденном в отношении него исполнительном производстве. Теща, приобретшая автомобиль, водительского удостоверения никогда не имела, автомобилем не управляла, проживала отдельно от супругов в другом субъекте Российской Федерации, но включила в полис ОСАГО в качестве лиц, допущенных к управлению спорным автомобилем зятя и дочь…»

Леша возмущался таким решением, они с женой обжаловали его, но и кассационная инстанция встала на сторону Елизаветы.

– Я всё равно не хочу платить.

– Алексей, это твоя дочь. У тебя обиды на меня, а ей-то за что мстишь? Хотя ты сам виноват в разводе. Я бы по другим мужчинам ходила, ты бы разве простил? И да, я буду напрягать приставов о привлечении тебя к административной ответственности, про уголовную – подумаю, но и такой вариант возможен.

Дома вся семья ругалась:

– Ты из-за своих гулянок жену потерял, дочь потерял, так будь мужиком, плати алименты. 500 000 руб. на машину есть, в кафе спокойно 5 000 оставил, а 10 000 в месяц родному ребенку найти не можешь? Позорище какое. Мужик называется. Нечто ты, а не мужик.

Леша упрямо нахмурился, платить он не хотел. Слишком хорошо Лиза выглядела, слишком была уверена в себе, и без него.

Юридическая часть взята из определения Восьмого КСОЮ от 21.05.2020 по делу № 8Г–2410/2020.