Катя и Ваня решили жить вместе, в так называемом гражданском браке. Многие его иначе называют: типа в брак не ходили. Но Катя гордо говорила:
– А где это в законе написано?
И верно, в Семейном кодексе РФ был только брак, никаких его подразделений на гражданский и иные не было. То есть брак либо есть, либо его нет. Мама говорила:
– Нашла чем гордиться, живут они вместе. Раз уж такая умная, то не брак это, а так… как коты в мартовский период. Только одно на уме, ни ответственности друг за друга, ничего серьезного. Еще наплачешься с этим.
Надулась Катя:
– Ваня не такой, а брак – это прошлый век.
– А дети пойдут?
– Запишет на себя, да и всё.
Радостное событие не заставило себя ждать, и Катя привнесла в этот мир новую жизнь.
– Может, оформишься как мать-одиночка? Пособие побольше будет, – предложил Ваня.
– Что это ты заюлил? То люблю, то жениться не модно, еще и дочку родную, твою кровиночку, решил на себя не записывать? – вмешалась теща.
Катя согласилась с мамой – это уже перебор.
Записал Иван на себя дочку, жили спокойно и мирно, но скучно. Катя с малышкой сидела, ни сходить к друзьям, ни погулять. И стал Ваня тихонько налево посматривать:
– Ну а что, Катька мне не жена, хочу – гуляю. Это женам не изменяют, – оправдывал он сам себя.
Катя заметила, что муж стал скрытен, телефон прячет, и попросила маму посидеть с дочкой, пока она кое-что выясняет. И выяснила. Увидела Ваню с другой:
– Так вот какие у тебя командировки, вот какие друзья. Дома дочь, я, а ты шляешься!
– Не шляюсь, а на свидании. От дочки не отказываюсь, а ты мне не жена.
– А кто я тебе? Мы живем семьей.
– Мы просто живем, а ты мне не жена, в паспорт загляни.
Катя, вернувшись домой, рыдала на плече у мамы, та гладила дочку и успокаивала:
– Не жена, и не надо, собираем вещички не мужа, да и пускай идет на свидание. Квартирка-то твоя, вернее, моя, но он же тут живет. Хорошо пристроился: как жить тут, так муж, а как гулять, так ты не жена.
Катя собрала вещи, позвонила:
– Твои шмотки в подъезде. Утащат – я не отвечаю.
Иван примчался через десять минут:
– Катя, да я пошутил, ты чего?! Она просто коллега, ты меня не так поняла. У нас самый настоящий гражданский брак.
– В паспорте я этого не вижу. Пошел вон.
– А мы в ЗАГС сходим… Попозже, когда дочка подрастет.
– Я уже не хочу, уходи.
– Куда я пойду?
– К сестре, маме или очередной претендентке на жену.
Ваня ушел, а Катерина потребовала:
– Алименты на дочь плати.
Иван недобро сверкнул глазами и сказал:
– Заплачу, конечно.
Алименты составили 3 000 руб.
– Ты что мне прислал? – позвонила Катя.
– 25% от заработной платы.
– Так у тебя есть подработки.
– Нет у меня для тебя ничего.
Катя подала иск в суд:
– Прошу взыскать с Ивана в мою пользу алименты на содержание дочки в размере 1/4 заработка и (или) иного дохода ежемесячно до совершеннолетия, одновременно алименты в твердой денежной сумме, кратной величине прожиточного минимума для детей, установленного в крае, – (1/2 доли величины прожиточного минимума) ежемесячно, до ее совершеннолетия, а также установить порядок индексации алиментов, взыскиваемых в твердой денежной сумме, в зависимости от изменения величины прожиточного минимума.
Иван возмутился:
– Да с чего это? Есть зарплата, я работаю водителем в ИП, и моя зарплата 15 000 руб. «черными». У меня нет ничего, никаких подработок, только старая машина 1987 года выпуска, так это хлам на утилизацию.
– А новая машина?
– Так это мама дала покататься.
– Хорошо он зарабатывает, доход у него нормальный, и устроился работать в ИП, чтобы дочке меньше платить.
Суд всё рассмотрел и решил:
«…исковые требования Кати удовлетворены частично. С Ивана в пользу Кати взысканы алименты на содержание несовершеннолетнего ребенка, в размере 1/4 заработка и (или) иного дохода ежемесячно и одновременно в твердой денежной сумме в размере 1/3 величины прожиточного минимума в …крае за 2 квартал 2019 г. для детей, что составляет 4814 руб. ежемесячно, с индексацией пропорционально увеличению прожиточного минимума…»
Иван возмутился:
– Да с чего это я-то с 15 000 руб. должен четверть отдать, да еще и почти 5 000, у меня самого ничего не останется!
И написал апелляционную жалобу.
Суд отказал Ване, добавив:
«…Иван находится в трудоспособном возрасте, не имеет инвалидности, доказательств, свидетельствующих о невозможности ответчику принять меры к получению дополнительных доходов, не представил…»
Катя спокойно вернулась домой:
– А то решил по 3 000 платить. Будет больше.
– А если уволится?
– Тогда по среднему пусть считает пристав, или я опять в суд пойду. Уж не знаю как, но он мне точно платить нормально будет.
Иван же сидел в барке с друзьями:
– Да все они меркантильные, только деньги нужны.
– Ванька, ты не прав, ты тут в кабаке три тысячи за вечер просидишь, а дочь твоя месяц должна на это питаться?
– Катька родила, пусть и заботится.
– Ты же отец.
– А я не хотел, чтобы она меня записывала, да уговорила.
Юридическая часть взята из определения Девятого КСОЮ от 18.05.2020 по делу № 88–3434/2020.