– Видишь ли, если Япония потерпит поражение в этой войне, то это будет несколько иная страна, чем в той истории. Ты понимаешь, о чем я хотел сказать? – Фок окинул взглядом гавань Порт-Артура, в которой кипела и бурлила жизнь – флот готовился к очередному выходу в море.
Наместник только кивнул в ответ, и негромко произнес:
– Я прекрасно понимаю, что нам будет гораздо выгодней, если Япония потеряет могущество армии и флота и не будет представлять серьезной угрозы для нашего Дальнего Востока и Квантунской области с КВЖД. Дело за малым: как нам победить?
Прошло уже три недели после морских боев 7–8 июня, и русские корабли все эти дни спешно ремонтировали и вооружали. Начали прибывать по железной дороге первые 203-мм и 152-мм орудия, большей частью устаревших систем, вполне пригодных для установки на боевые корабли и вспомогательные крейсера с канонерскими лодками.
Порт-Артурская эскадра уже была готова к сражениям, за исключением «Рюрика» – тот спешно довооружали устаревшими восьмидюймовыми пушками и ставили внутренние перегородки из стальных листов, стараясь прикрыть этими импровизированными боевыми казематами стоявшие на батарейной палубе 152-мм пушки Кане.
«Баян» уже вошел в строй – на нем на месте шестидюймовой пушки за дымовыми трубами установили за броневым щитом новую 203-мм пушку, одну-единственную, что была в резерве на весь императорский флот. Но в таком перевооруженном виде, подобном тому, что был проведен на его «потомке» в 1916 году, этот крейсер теперь мог на равных сражаться с «Касугой», имея превосходство над ним в скорости. А по весу бортового залпа почти не уступал знаменитому «Асаме».
Довооружили и прибывший «Богатырь», установив на верхней палубе пару 152-мм пушек, сняв всю противоминную артиллерию, за исключением четырех 75-мм орудий на крышах бронированных казематов. «Манджур» получил три таких же новых орудия взамен убранных 203-мм бортовых и кормовой 152-мм ретирадной пушек.
В Дальнем тоже кипели работы – «Полтава» уже была подготовлена к выходу в море. А вот с «Севастополем» имелись серьезные проблемы – три из четырех башен со 152-мм орудиями не подлежали восстановлению. Однако, пообщавшись с инженерами и кораблестроителем Кутейниковым, адмирал Алексеев принял решение поставить на их местах четыре 203-мм старые пушки со щитами башенного типа, а вместо мелкокалиберной артиллерии установить дюжину новых 75-мм противоминных пушек. К сентябрю корабль планировали ввести в строй, причем после переборки машин и ремонта котлов можно было рассчитывать, что «калека» все же достигнет максимальной скорости в 14 узлов.
– Победить самураев можно, только захватив господство на море, – совершенно спокойно произнес Фок, – а наш флот в его нынешнем состоянии сделать это не сможет, ты уж меня извини. Хотя попытаться можно. У тебя пять броненосцев, плюс один усилит эскадру в сентябре. И еще два броненосных крейсера здесь и пара во Владивостоке. И если посчитать «Богатырь» броненосным крейсером, а ты ведь говорил, что его характеристики близки к этому типу, то у тебя одиннадцать вымпелов. И у японцев столько же, но меньше броненосцев – всего четыре, и к ним семь броненосных крейсеров. Так что можно рискнуть действовать энергично. Хотя…
Фок задумался и стал потирать лоб. Евгений Иванович сразу насторожился, так как хорошо знал, что генерал начинает напрягать память. И не ошибся, тот после короткой паузы заговорил:
– А ведь англичане могут сбыть японцам два бывших чилийских броненосца новейшей постройки, от которых те отказались после заключения договора с Аргентиной. Они в этом месяце должны быть полностью готовы. В английском флоте их неофициально именуют «ваканте» и «оккупадо», по табличкам на дверях офицерских гальюнов, которые оставили на испанском языке, хотя все остальные вывесили на английском. Вот такая шутка, почему-то она мне запомнилась.
Фок усмехнулся, однако наместнику в этот момент стало не до смеха. Он знал опубликованные характеристики этих двух броненосцев и задумчиво произнес, ошарашенный словами Фока:
– Действительно, если аргентинцы продали японцам через итальянцев два броненосных крейсера «Морено» и «Ривадавия», что сейчас «Касуга» и «Ниссин», то почему бы чилийцам не продать японцам при посредничестве англичан свои «Конститусьон» и «Либертад»?
– Их, если я правильно запомнил, англичане будут именовать «Свифтшур» и «Трайомф»…
– Они их не будут так называть, Александр Викторович. Ситуация на море меняется в нашу пользу, японских десантов на Ляодуне попросту нет. У нас идет переброска войск в Ляоян, а в Лондоне не могут не считать нашу армию сильной, ведь никто и заподозрить не может, каким позором закончилась эта война в возможном будущем. Сити надобно спасать вложенные в японцев деньги, а потопление «Якумо» и уничтожение транспортов у Ляохе не могут не встревожить британцев.
Алексеев встревожился не на шутку, и Фок заметил это моментально. Он попытался сразу выяснить причину:
– Понимаю, но как в Лондоне могут провернуть эту сделку, ведь там заявили о своем нейтралитете в войне между Россией и Японией?
– Броненосцы пока чилийские! Эти великие державы будут соблюдать нейтралитет почти строго – по крайней мере, боевые корабли точно продавать японцам не станут во избежание возможных последствий. Ведь тогда пойдет цепная реакция, и наше правительство сможет купить нужные нам броненосцы и крейсера в любой стране мира, где они только есть…
– В моей истории пытались купить чилийские и аргентинские броненосные крейсера, но их просто не продали.
– А как их могли продать, если еще не имеется прецедента? Англия просто не допустит подобного казуса. Но в случае с чилийскими броненосцами у нее развязаны руки, ведь не британцы будут их продавать, а чилийцы, и возможно, через посредников. Нужно немедленно отправить экстренную телеграмму государю императору, чтобы наши дипломаты незамедлительно провели самые энергичные демарши!
– Все настолько серьезно?
– К сожалению, – отозвался мрачный Алексеев. – Если эти броненосцы появятся у японцев к зиме – их ведь надо еще перегнать в здешние воды, и требуется не менее трех месяцев на подготовку команды, – то нам будет плохо. «Пересвет» и «Победа» равны им по главному калибру, но многократно уступают в средней артиллерии. У «чилийцев» семь стодевяностомиллиметровых пушек, а у нас в бортовом залпе только пять стопятидесятидвухмиллиметровых орудия – в три раза меньше по весу залпа. Это очень серьезно, поверь!
– Плохо, да… – Теперь помрачнел и Фок, когда оценил возможные последствия прибытия этой парочки.
– Конечно, как только Рожественский привет свою эскадру, то перевес в силах будет двойной, и тогда плевать хотел на «занято» и «свободно», а также «Касиму» и «Катори», которые англичане успеют построить к лету 1906 года. К этому времени война просто закончится, и их новые броненосцы банально останутся не у дел!
– Серьезные корабли?
– Очень, строят их по типу «Короля Эдуарда», по четыре трехсотпятимиллиметровых и двухсотпятидесятичетырехмиллиметровых орудия – шесть башенных орудий в бортовом залпе. Но это роли не сыграет с подходом Зиновия, у него будет пять броненосцев типа «Бородино», это переработанный немного «Цесаревич», а их хватит…
– Четыре броненосца, пятый, «Слава», войдет в строй следующим летом, – произнес Фок негромко. – На память сейчас пришло. Там какие-то проблемы, не помню точно.
– Пусть четыре, и еще «Ослябя» с ними. Я сам проведу их в Дальний. А после объединения эскадр японцам уже ничто не поможет. Девять броненосцев и четыре броненосных крейсера, и это только новых типов. А ведь здесь «Полтава» и «Севастополь», к ним прибавятся «Сисой», «Наварин» и «Адмирал Нахимов» – еще пять кораблей линии, пусть и тихоходных. Полуторный перевес в силах, мне его хватит для изгнания Того из Желтого моря с переносом передовой базы в Чемульпо. «Варяг» я самураям отдавать не намерен, сами его поднимем.
– Я тебе про Небогатова говорил с его эскадрой…
– Обойдемся без броненосцев береговой обороны, тут не Балтика. А вот «Император Николай» пригодится, но только после перевооружения – старые пушки на дымном порохе необходимо полностью заменить. О том я отписал, а в столице пусть думают.
Алексеев нахмурился – знания о том, что может произойти в будущем времени, не самые приятные. И буркнул со свистом, как чайник на плите:
– Николай Иванович – моряк хороший; лучше, чтобы он провел эскадру, а Рожественский прибыл в Камрань и там ее принял. Но об этом буду еще думать. А сдача кораблей…
Алексеев помрачнел, было видно, что подобный итог войны его удручал неимоверно. Но адмирал все же собрался, справился с волнением и заговорил уже спокойно:
– Тут у кого угодно нервы сдать могут. Чего флот винить, если армия трижды обгадилась в генеральных сражениях – Ляоян, Шахе, Мукден. Да еще Сахалин целиком сдали! Хрен им, а не остров. Каторгу оттуда убираем, а вот солдат и казаков добавим, гарнизон нормальный будет, с полевой артиллерией. И в Корсакове береговую батарею поставим. И Петропавловск, что на Камчатке, тоже усилим!
– Армия больше не обгадится, я тебе обещаю. – Фок тоже помрачнел. – Войска веру потеряли, их «мудрейшего командующего» нужно было немедленно снимать, а лучше вообще не ставить. Но ведь император решил не прислушиваться к твоему мнению! Вот и расплата – с последующей гибелью империи в будущем! – Фок выругался, но уже спокойнее подытожил: – Лучше бы Линевича поставили, проку было бы больше, он в Китае себя хорошо показал, Куропаткин лишь с басмачами… Тьфу, с хивинцами и бухарцами, что один хрен, возился!
– Зато теперь в госпитале и нам мешать не будет. – Алексеев чуть ли не выругался, но сдержался. И спросил: – Как с японцами воевать – то будем? Линевича я сюда отправлю, два корпуса примет, а ты на его месте справишься?
– Думаю, что смогу, – с осторожной уверенностью произнес Фок. – Пока японцы притихли, у Ялу Оку свою армию в порядок приводит. А вот Куроки явно в бой рвется – его дивизии к Янзелинскому перевалу идут, но мы их там встретим, нужно только переброску Треть его и Четвертого корпусов завершить. Штакельберг со своим Первым корпусом на побережье над левым флангом нависает, а Шестой корпус пусть формирует дальше Линевич. Этих двух корпусов, плюс бригада на Квантуне, ему хватит – вряд ли японцы новую высадку организуют в Бицзыво, но на всякий случай стоит поберечься…