Ветер и волны всегда на стороне более умелого мореплавателя.

А потом на эскадру обрушился шторм. Не знаю, какой он был категории. И на сколько баллов. Но было реально страшно. Нашу массивную сорокаметровую каракку на огромных волнах бросало как будто легкий бумажный кораблик. В этом разгуле стихии я чувствовал свое полнейшее бессилие. От меня тут совершенно ничего не зависело. И это было страшно. Сидел вместе со своими бойцами в сумраке нижней палубы и угрюмо думал, успею ли выскочить, если наш корабль пойдет на дно. Хотя я-то в своем Доспехе Духа могу дышать и под водой. Но это проверял на небольшой глубине. А что будет, когда я опущусь в морские глубины? Там же вроде бы сумасшедшее давление воды. Раздавит на фиг в лепешку. Я смотрел как-то передачу про подводные лодки. Так вот, там говорили, что многие субмарины гибли, опускаясь на большую глубину. Запомнилось, что вода в этом случае легко сминала прочнейший стальной корпус подлодки как бумагу. В голову лезли дурные мысли о том, выдержит ли такое испытание моя магическая броня. Даже Хранитель тут не смог меня успокоить и сознался, что такого испытания Доспех Духа на его памяти не проходил. А значит, нет у него данных, что произойдет со мной на больших глубинах. Да и бойцов моих было жалко до слез. Я их уже успел узнать хорошо. Нормальные ребята. Не хотелось бы их гибели в морской пучине. Шансов в случае кораблекрушения у них нет никаких. Любой гном плавает как топор. Все. Решено. Если выберемся из этой передряги живыми, то буду учить своих подчиненных плавать. Очень полезное умение, между прочим. Теперь-то они мне просто не посмеют возражать. Как там еще жизнь повернется?

Когда наверху вдруг раздался громкий треск, а затем последовал сильный удар в палубу корабля, я уж было подумал, что мы налетели на скалу и начинаем тонуть. Прыгаю к люку и рывком распахиваю его. Команда об экстренной эвакуации застревает в горле. В открывшийся проем наблюдаю феерическое зрелище. Самая высокая центральная мачта исчезла. На ее месте торчит нелепый пенек-огрызок. Небо темное от свинцовых туч. В нем мелькают жутковатые всполохи веерных молний. Вода перекатывается по палубе. Тьфу, гадость! Мля! К-ха, к-ха, к-ха! Мне тоже прилетело водички. Наглотался противной соленой жидкости. Мгновенно промок. Отплевываясь и громко ругаясь, резко захлопываю крышку люка. Пока вроде бы наша «Русалка» на плаву. Рано еще в панику ударяться.

Хреново, конечно, что одну мачту срубило. Я, вообще-то, сугубо сухопутный кадр, но тем не менее понимаю, что без парусов мы далеко не уплывем. Хотя у нашей каракки еще есть две мачты в наличии. Правда, там парусное вооружение поскромнее, чем на сломанной. И на бушприте на носу тоже, вроде, небольшой парус был. Думаю, что потеря самой большой мачты с самыми крупными парусами приведет к падению маневренности «Русалки». А это не есть гут. Если команда не справится с управлением, то наш корабль может развернуть бортом к волне. А волны те я мельком увидел. И они меня очень впечатлили. Очень. Я слышал, что даже стальные огромные супертанкеры во время шторма погибали таким вот образом. А тут какая-то каракка. Деревянная, Карл!!! Хорошая волна в борт может стать приговором для всех нас. И еще, я представляю, каково сейчас наверху матросикам. Да как там вообще можно выжить? Я про работу в таких экстремальных условиях вообще молчу. А они ведь еще и как-то умудряются кораблем управлять. Я бы так не смог. Реально, эти парни, отмороженные на всю голову самоубийцы. А еще говорят, что воины то… воины это. Да вы на моряков гляньте. Они же все по краю ходят. В бою и то больше шансов выжить. Там можно увернуться от вражеского выстрела, парировать выпад меча противника. На худой конец, отступить, если военное счастье тебе изменило. А вот в бушующем море ты хрен куда отступишь. Куда? Кругом ведь одна вода, встающая на дыбы под натиском неумолимой стихии. С бурей же не договоришься. В переговоры не вступишь. Перемирие не заключишь. Вон на Земле даже в двадцать первом веке, со всеми его технологиями и торжеством человеческого разума, в море ежегодно гибнут корабли. Большие и высокотехнологичные. С кучей приборов, радаров и эхолотов. Но все равно гибнут.

Раньше я считал себя крутым перцем без страха и упрека. Но этот шторм мне вправил мозги. Показал мою ничтожность на фоне природы. И дохнул на меня страхом. Страхом абсолютного бессилия и собственной ничтожности. Когда все зависит не от меня, а от воли бездушной стихии, в руках которой я просто игрушка. Пылинка на весах мироздания. Если уж меня так пробило, то что сейчас чувствуют мои бойцы. Им-то здесь еще фиговее, чем мне. Они ведь море не любят. От слова СОВСЕМ!

Следующие часы слились в один кошмар, в котором переплелись: звериный рев ветра, сильнейший грохот раскатов грома и скрип деревянного корпуса каракки под сильными ударами волн. Ну и постоянная болтанка. Ощущение такое, как на американских горках. Пару заездов еще выдержать можно, а вот потом начинается настоящая пытка. Сколько прошло времени, я не знаю. Может, пара часов, а может и сутки. Истерзанное нервным напряжением сознание впало в какую-то болезненную полудрему. А потом не заметил, как мои глаза закрылись, и я заснул. И в этом нет ничего фантастического. Я и не в таких условиях спал когда-то. Казалось бы, когда над ухом долбит миномет, а в ответ то и дело следуют прилеты чего-то крупнокалиберного, то заснуть невозможно. Уверяю вас, это очень даже возможно. Сам так отрубался неоднократно. На боевых. Спишь, и тебе пофиг на все эти громкие звуки. Человек ко всему привыкает. Вот и сейчас я быстро адаптировался. Страх и тревога отступили. Измученное тело требовало отдыха. И оно его получило.

Пробуждение было довольно комфортным. Я все еще был жив. Волнение моря вроде бы улеглось. По крайней мере, наш корабль больше не болтало из стороны в сторону. Да и ветер больше не воет как сирена. Грома также не слышно. Что, неужели все кончилось? Давлю протяжный зевок и начинаю выпутываться из гамака, в котором лежу. Спать в нем не очень удобно, но за время плавания я привык. Это не самая некомфортная постель в моей жизни. Нет, в моих жизнях. Хе, хе!

Уф! Вылез наконец. Натыкаюсь взглядом на Оснемара. Ого! Досталось моему полусотнику. Бывалый ветеран выглядит потрепанным. Бледный, глаза красные. Ну чисто вампир. Ага! Бородатый и злой. На лбу ссадина. Видимо, треснулся головой об какую-нибудь переборку. И немудрено. Нас же тут так мотало, что даже меня стало немного подташнивать. Надо проверить, все ли наши бойцы в порядке. Не удивлюсь, если кто-то себе голову проломил или шею свернул. Экстрим был еще тот. Приказываю моему заму это сделать. Пусть работает. Это его отвлечет от телесных недугов. Трудотерапию не я изобрел. Пока Оснемар производит проверку личного состава, решаю прогуляться на палубу. Выяснить обстановку не помешает. А то, может быть, там всех морячков смыло за борт? Вполне может и такое случиться. Волны во время шторма гуляли по морю очень солидные. Такие не то что смыть со скользкой палубы могут, но и все кости запросто переломают. Шмякнет такая вот водная масса о фальшборт, и в твоем доме будет играть музыка. Но ты ее не услышишь.

Выползаю из сумрака нижней палубы наверх и невольно сощуриваюсь от лучей восходящего солнца. Прикрывая глаза ладонью, оглядываюсь по сторонам. Египетская сила! Могло быть и хуже. К виденной мною раньше сломанной мачте прибавились и другие повреждения. Снасти кое-где порваны. Фальшборт в нескольких местах разбит вдребезги. Похоже, что на него упало нечто массивное. Наверное, та большая мачта. Свалилась и проломила верхнюю часть бортовой обшивки. А потом волна ее еще и протащила вдоль борта. Вот что за удары по корпусу корабля тогда были. Так, что еще? Нижнего паруса на передней мачте нет. Как и реи, на которой он крепился. Выдрало с мясом. Мелкий парус на бушприте висит лоскутами. Хорошо хоть на кормовой мачте парусное вооружение уцелело. Значит, корабль еще на ходу.

К моему большому облегчению, команда «Русалки» уцелела. Правда, лишь частично. Из тридцати двух человек семерых матросов все же смыло за борт. Осматриваю водную гладь. Других кораблей нашей эскадры не видно. Мы остались одни.

«Неужели, все наши погибли?» – проносится в голове тревожная мысль.

«Не делай таких поспешных выводов. Клановый Алтарь все еще активен. Значит, корабль, который его перевозил, точно уцелел!» – резко пресек мои переживания Хранитель.

«Ты уверен?»

«Уверен. А ты, командир, разве не чувствуешь это? Я же тебя учил прислушиваться к клановой магии».

«А ведь точно. Есть канал. Извини, Хранитель, я просто еще не привык ко всей этой магии».

«Так привыкай побыстрее, командир. И вообще, чем панику разводить, лучше свяжись с другими кораблями нашей эскадры. У нас же есть связной артефакт, если Оснемар его, конечно, где-нибудь не посеял».

«Точно, есть! Спасибо, что напомнил, Хранитель. Так и сделаем. И что бы я без тебя делал?» – подумал я, радостно усмехнувшись.

«Что, что? Давно бы уже пропал, наверное. Ты же еще сущее дитя! Мальчишка!» – пробурчал в ответ в моей голове Хранитель, но я ощутил, что ему понравилась моя немудреная лесть. Прогиб засчитан. Ага! Доброе слово – оно и кошке приятно.

Замечаю доблестного капитана «Русалки», вышедшего из своей каюты. Лицо Матиса Лерка было хмурым и сосредоточенным. В руках у него была подзорная труба.

– Как наши дела, капитан? Чем обрадуете? – произнес я, шагнув ему навстречу.

– Нор Грос. Это вы? Порадовать мне вас нечем. Давайте поднимемся на ют. Там все и увидите, – ответил Матис, слегка поморщившись, и направился к лестнице, ведущей на высокую кормовую надстройку нашей каракки.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Вскарабкиваемся на ют, подходим к борту. Капитан поднял подзорную трубу и навел ее на горизонт. Куда это он смотрит? Тэкс! Похоже, земля вдалеке виднеется. Для материка маловата. Значит, это не Ихленгоу – конечная точка нашего морского вояжа. А скорее всего, остров.

– Что это за суша? Где мы сейчас? – спрашиваю у нашего морского предводителя.

– Это Оплор, нор Грос. Один из островов Спеймского архипелага! – с тоской в голосе ответил капитан «Русалки», опуская подзорную трубу.

– И что? – не понял я.

– Ах, сиятельный нор. Акватория Спеймских островов кишит пиратами. Это очень опасный район для торговых кораблей. А наша «Русалка» не в самом лучшем состоянии сейчас. Буря ее сильно потрепала. Без грот-мачты мы не сможем уйти от погони, если вдруг появятся корабли пиратов.

– А далеко мы отклонились от нашего основного маршрута?

– Нас порядочно отнесло к востоку, нор Грос. Если бы не угроза пиратского нападения, то я бы сказал, что штормом нас забросило в нужном направлении.

– Капитан, а вы уверены, что мы у этого вашего острова Оплор?

– Да, нор. Я абсолютно в этом уверен. И это не мой, а пиратский остров. Вот сами посмотрите! – произнес капитан Лерк, вытаскивая из-за отворота рукава своего камзола свернутый в трубочку пергамент.

«Смотри какой любопытный магический артефакт. А люди-то оказывается не такие уж бездари. Оказывается, есть и у них стоящие мастера. Тоже могут изредка делать зачарованные вещи не хуже гномьих! – оживился в моей голове Хранитель, когда капитан «Русалки» развернул свою морскую карту. – Смотри, командир. Вон тот красный крестик указывает на наше точное местоположение. Хм, а карта-то довольно подробная. Просто удивительно!»

Внимательно рассматриваю карту в руках Матиса Лерка. На первый взгляд этот своеобразный магический навигатор выглядит непрезентабельно. Обычная рисованная карта на плотной бумаге с закосом под старину. В средневековом стиле. Стилизованная рамка. Забавные гравюры различных морских монстров и винтажная роза ветров в углу листа. Но это только на первый взгляд. А вот если присмотреться повнимательнее, то разрыв шаблона вам обеспечен. Рисунки живут своей жизнью. Нарисованные волны мерно перекатываются. Чудовища из морских глубин тоже выглядят живыми. Они двигаются, шевелят плавниками, лапами и щупальцами. Нарисованная стрелка на розе ветров подрагивает, указывая на север. Матерь божья на верблюде! Да это же самый настоящий компас. Работающий и реальный. На нарисованной карте, Карл!!! Суша на карте обозначена очень подробно. С названиями и прибрежными поселениями. Отмелями и рифами. Сразу же бросается в глаза жирный красный крестик. Хранитель утверждает, что это наше настоящее местоположение. Вот тебе и отсталый мир. Средневековый. Ага! Аж два раза! Человечество на Земле до таких вот девайсов додумалось только в двадцать первом веке от Рождества Христова. Припоминаю земные приборы-навигаторы. Электронные и высокотехнологичные. Я даже как-то видео в сети смотрел про суперплоский японский компьютер, похожий на лист тонкого пластика. Но то продукт навороченных технологий, современной науки и мощной индустрии. А здесь в дремучем средневековье вдруг увидеть такое. На вид обычная бумага, а на самом деле нечто совсем иное. И таких вот нежданчиков, совершенно не вписывающихся в канонический образ отсталого средневекового общества, в этом мире хватает с запасом. Странно! По-видимому, аборигены Тхеуса пошли совершенно по иному пути, нежели земляне. Вместо технологии у них была магия. К чему изобретать сложные механизмы, когда можно добиться всего при помощи магии. Вы скажете, что путь магии – это стагнация развития и медленная модернизация общества. Может быть и так. А мне этот мир более симпатичен. В нем пока еще нет всех тех язв земной космической цивилизации, где больше половины населения планеты живет в голоде и нищете, под угрозой экологических катастроф и всеобщего уничтожения. Да на фиг такое счастье! Я лучше здесь поживу. В «отсталом» мире меча и магии.

– Вот, нор Грос, мы сейчас здесь, – прервал мои размышления капитан «Русалки», ткнув пальцем в тот самый крестик на своей зачарованной карте. – А вот тут уже Спеймские острова. А здесь остров Оплор. Видите? Нет никакой ошибки. Мы в пиратских водах.

– Значит, будем надеяться, что пираты нам не встретятся. Ваш корабль вроде на плаву и ход не потерял. И мы все еще живы. Вы сможете нас отсюда вывезти, капитан. Я в вас верю! – сказал я, улыбнувшись расстроенному Матису Лерку.

– Да, будем молится богам, что пиратские галеры нашу «Русалку» не заметят, – пробормотал мой собеседник, сворачивая карту.

– На богов надейся, а сам не плошай! – бодро ответил я и, хлопнув капитана по плечу, начал спускаться с кормовой надстройки на палубу. Товарища вроде бы успокоил, а то он как-то уж чересчур сильно пал духом. На палубе натыкаюсь на Оснемара. Мой бравый заместитель тут же начинает докладывать о наших скорбных делах:

– Потерь нет! У бойцов много ссадин и ушибов, но никаких серьезных повреждений нет. Наши рунные мастера уже начали оказывать пострадавшим медицинскую помощь.

Фух! Успокоил! Хоть какие-то хорошие новости. Замечаю, что ссадина на голове полусотника смазана какой-то зеленой мазью. Похоже, что он тоже получил эту самую медпомощь. Принюхиваюсь. А мазь-то знакомая. Магическая. Кирит называется. Ее гномьи лекари используют для заживления ран. Подстегивает бешеную регенерацию тканей. Легкие порезы от такой мази заживают прямо на глазах. Даже шрамов не остается. На Земле такое вот суперлекарство произвело бы настоящий фурор. Хотя его изобретателя, скорее всего, удавили бы в подвале и прикопали где-нибудь в овраге. Крупные фармацевтические корпорации очень не любят, когда кто-то отбирает у них прибыли. Они же предпочитают продавать те лекарства, которые не лечат, а залечивают. И еще кучу побочных эффектов добавляют, развивая новые болезни. Ведь каждая ваша болячка – это прямая прибыль фармацевтов.

Я все же последовал совету Хранителя и связался с другими кораблями эскадры. Хорошо, что у нас был связной артефакт, работающий от дубликата Кланового Алтаря.

Не зря перед нашим отплытием гномы наделали такие полезные штуки для каждого корабля эскадры. Благодаря этому все корабли с членами нашего клана могли связаться друг с другом в любой момент. С виду прибор магической связи был похож на небольшое карманное зеркальце с ручкой. Только поверхность зеркала имеет черный матовый цвет. Во время сеанса связи в «зеркале» появляется самое настоящее видеоизображение твоего собеседника. Все это подозрительно напоминает новомодные земные смартфоны. Только выполненные в старинном стиле. Вот еще одна монетка в копилку странностей этого мира. Сеанс связи прошел продуктивно, и моя тревога частично улеглась. На мой вызов откликнулись все корабли нашего каравана. Кроме одной каракки. Мой клан уцелел. И это главное. Конечно, наши суда разбросало бурей на значительное расстояние. Но меня заверили, что все они смогут прибыть к конечной точке нашего путешествия. Правда, нашу каракку забросило дальше всех от основной массы кораблей нашего каравана. А учитывая повреждения «Русалки», мы, скорее всего, прибудем к Пику Драконов позже всех.

Наш капитан развернул каракку так, чтобы она начала огибать остров Оплор по широкой дуге. Будем надеяться, что пронесет, и мы не наткнемся на пиратов.