Я павлинов кормить всегда через антилоп гну ходил. Их в клетке трое жило – Борька, Борькина супруга и Борькин сын. Правда, где кто – различить сложно. Но я потом научился определять. По поведению. Тот, кто бежит за мною вдоль забора, – территорию охраняет и потому – Борька. Та, которая стоит посреди выгона и ласково на Борьку смотрит, мол, во как охраняет! – его супруга. А тот, который от служителя Серёги за забор прячется, – Борькин сын. Не знает он ещё, что Серёга бы сам к нему не пошёл, потому что у него, у Борькиного сына, рога. А как узнает, то Серёга от него прятаться начнёт.

Ну, ходил я месяц, ходил другой, в Борькиной клетке всё три антилопы было. Вдруг иду, смотрю – четыре! Я даже глаза протёр! Откуда бы ещё одной взяться? Точное Борькино отражение, только маленькое, лежит возле Борькиной супруги и большими глазами хлоп, хлоп.

– Ничего себе! – думаю. – Два Борьки!

Тут гляжу, Серёга мимо идёт.

– Зачем, – спрашиваю, – тебе два Борьки? Одного, что ли, мало?

– А это, – отвечает Серёга, – не Борька вовсе, а Борькин сын!

– Неужели второй? – удивился я.

– Точно! – кивнул Серёга. – Если не дочка.

Ну это мы потом легко определим! Если будет за мной вдоль забора бегать, то сын, ну а если на горке стоять и на Борьку смотреть ласково, то дочь.