Гюнтер Нетцер давно знаком с Зеппом Блаттером. главная поп-звезда футбола сделала карьеру благодаря экономической мощи футбола, но, несмотря на это, он критически отзывается о развитии.
Он пришел из ниоткуда и покорил футбол элегантностью, стилем и обаянием. Помимо трюков на газоне, он излучал такую жизненную энергию, которая сводила с ума молодежь, и заставляла задумываться их родителей. Он носил стрижку, как у «Битлз», водил быстрые машины и очаровывал женщин так же легко, как мячи на футбольном поле. В старом городе Гладбах он открыл дискотеку «Lover’s Lane». И способствовал укреплению любви к футболу в обществе.
Гюнтер Нетцер был гениальным плеймейкером и настоящим повстанцем европейского футбола. Его трансфер из «Боруссии Менхенгладбах» в «Реал Мадрид» вызвал бурную реакцию в СМИ в 1973 году, его годовая зарплата в Royal (295 000 немецких марок) в то время поражала воображение. Сегодня Криштиану Роналду получает столько же в Мадриде – в неделю.
Нетцера не волнуют эти суммы: «Лучшие звезды, такие как Роналду, Месси или Неймар, заслуживают этого – они дают нам столько удовольствия и радости от их способностей, что это едва ли можно измерить в деньгах». С другой стороны, он с тревогой отмечает, что с новым источником денег в английской премьер-лиге игроки среднего класса внезапно стали получать зарплату как, у топ-менеджеров из частного бизнеса: «Это создает дисбаланс и делает весь бизнес настолько крупным, что становится опасным». Нетцер говорит о пузыре, который может лопнуть в любой момент, если телевизионные деньги перестанут поступать с той же интенсивностью. Только в премьер-лиге 20 клубов получат 6,9 миллиарда евро в период между 2016 и 2019 годами. Перешедшие в низшую лигу в 2016 году получат 140 миллионов евро. В разгар истерии бельгийский полузащитник Кевин Де Бройн перешел из «Вольфсбурга» в «Манчестер-Сити» за 75 миллионов евро в августе 2015 года: «Бизнес достиг, казалось бы, невообразимых размеров, – говорит Нетцер. – Я считаю это аморальным – инвестировать в людей такие ужасающие суммы денег». Но будем честными: не сожалеет ли он, что он не родился на 40 лет позже? Нетцер смеется: «Недавно я говорил с Францем Беккенбауэром. И мы оба пришли к мнению: мы бы взяли деньги, но в остальном раньше было лучше, потому что меньше контролировалось и было не так прозрачно. Было больше свободы.
71-летний немец знает, что с его критикой денежного развития его могут обвинить в том, что у него двойные стандарты. Как исполнительный директор швейцарского агентства спортивных прав Sports & Media AG, компании давнего босса Adidas Роберта Луи-Дрейфуса, он в значительной степени обязан своим профессиональным успехом медиашумихе вокруг футбола – и, следовательно, косвенно к новаторской роли Зеппа Блаттера в экономическом развитии футбола. «Он поднял наш спорт на новый уровень благодаря его таланту, деловой хватке и дипломатическим навыкам».
Теперь можно утверждать, что Нетцер говорит не без корысти. В конце концов, он давний друг Блаттера, и его партнером по Infront, в свою очередь, является Филипп Блаттер, племянник президента ФИФА. Но Нетцер ясно дает понять: «Не в моей природе говорить вещи, в которых я не уверен. В противном случае я предпочел бы молчать. И вообще: в 2010 году мы потеряли права на ФИФА. Это было честное соревнование, а не шутка».
Нетцер был неортодоксальным и экстравагантным футболистом. Будучи бизнесменом, он остался верен этому стилю. У него нет адреса электронной почты. Он предпочитает давать интервью в роскошном отеле Цюриха «Баур-ау-Лак». Начиная с переезда в Цюрих 24 года назад пятизвездочный отель между озером и вокзальной улицей стал его любимым местом: «Я люблю гранд-отели и традиционные места».
Нетцер сидит в удобном плюшевом кресле в салоне отеля. Официантка приветствует его по имени. Он заказывает чай с вербеной. Когда, размешивая его в фарфоровой чашке, он на мгновение задумывается. С 27 мая 2015 года «Баур-ау-Лак» стал значимым местом на карте мирового футбола, но не из-за стильных номеров, величественного вида на озеро или изысканной кухни. Это произошло из-за «обслуживания номеров» по-американски полицией Цюриха, закончившегося арестом семи футбольных чиновников, которые помогли «Бауру-ау-Лак» попасть на страницы газет.
«Это был тот день, который изменил все, стал началом новой эры», – говорит Нетцер. Не только аресты, которые Блаттер позже назовет «цунами», повлияли на плеймейкера: «Это была, прежде всего, шумиха в прессе, придававшая действию такой размах. Ожидание избирательного конгресса и застой в то время, когда весь мир наблюдал за ФИФА». И по совпадению журналисты и фотографы «Нью-Йорк Таймс» находились в лобби отеля, распространяя новости на (европейском) рассвете во всем мире.
То, что это неизбежно поставило Зеппа Блаттера в центр внимания средств массовой информации под лавину критики, было неизбежно для Нетцера: «В общественном восприятии Зепп Блаттер – это ФИФА, а ФИФА – это Зепп Блаттер». Никто не интересовался тем фактом, что арестованные были исключительно представителями американских конфедераций. «СМИ сообщили о чиновниках ФИФА и скандале в ФИФА. Это был, прежде всего, американский случай, который имел место в американских континентальных ассоциациях».
Нетцер знает правила игры – касательно того, когда нужно уйти с поля. В интервью Schweizer Handelszeitung несколько лет назад он рассказал о необходимых качествах в торговле спортивными правами: «Вы должны быть хитрыми. Но вы не должны прибегать к каким-либо нечестным методам». Но где заканчивается хитрость и где начинается нечестное? Разве вы не постоянно двигаетесь в серой зоне в этой профессии?
Нетцер категорически возражает: «Нет, существуют четкие моральные и юридические границы. Вы должны придерживаться их – иначе даже самый лучший бизнес ничего не стоит. Это как на футбольном поле. Любой, кто нарушил правила, будет вызван рефери и увидит желтую карточку».
Гюнтер Нетцер знает Зеппа Блаттера уже четыре десятилетия. Он все еще хорошо помнит их первую встречу – хотя бы потому, что Блаттер сам любит об этом рассказывать. Это было на симпозиуме в выставочном центре Swiss Sports в Магглингене. Местный ресторан назывался «Конец света». Но в тот день в середине 1970-х годов на симпозиуме появился самый известный футбольный клуб «Реал Мадрид» в лице суперзвезды Гюнтера Нетцера и менеджера Аугустина Домингеса. И «Конец света» стал центром галактики.
Зепп Блаттер был делегирован на саммит ФИФА в качестве технического директора по программам развития и с удивлением обнаружил, что Нетцер отлично говорил по-испански с репортерами. «Это произвело на него впечатление, – улыбается Нетцер, – немецкий футболист, который говорит по-испански, это не вписывалось в его представления. Зепп любит говорить, что это стало для него хорошим стимулом изучить этот язык».
Нетцер описывает Блаттера как обаятельного хитреца, обладающего великими человеческими качествами, о которых мало кто знает. «И на работе он всегда хозяин положения». То, что он, будучи президентом ФИФА, был обвинен во всех смертных грехах, означает, что Нетцер также напрямую связан с все более беспокойным медиабизнесом и быстро разрастающейся интернет-паутиной: «Там распространяются предвзятые мнения и такая информация, о которой даже репортеры часто не знают. Но как вы можете обвинять президента ФИФА в глобальной коррупции и противозаконных действиях других людей?»
Особенно в Германии или Англии у Зеппа Блаттера практически нет шансов реабилитироваться, поскольку никто не собирается менять свое мнение, из-за слишком большой зависти и негодования. При этом Нетцер считает, что европейский футбол является угрозой для футбола – с все более доминирующей Лигой чемпионов и 24 командами в финале чемпионата Европы: «Зрители хотят видеть лучших в финале. На месте УЕФА я бы оставил 16 команд». Объявление Мишеля Платини о расширении турнира чемпионата мира с 32 до 40 команд стало плохой новостью для Нетцера: «Опасность заключается в том, что страдает качество игры и теряется очарование профессионализма. Определенная эксклюзивность по-прежнему остается залогом успешной торговли». Гюнтер Нетцер говорит как продавец прав на трансляции матчей, но, прежде всего, как футбольный болельщик: «Футбол всегда должен быть на переднем плане – мы должны защищать его спортивные ценности».