В часовой индустрии Зеппа Блаттера считали человеком, мыслящим нестандартно, не уважавшим условности, глотком свежего воздуха в устаревших структурах. Помимо этого, ему помогало душевное спокойствие. Между управляющим директором Фредериком Алесом и директором компании Люком Ниггли были напряженные отношения. Однажды Альхес позвал Блаттера в свой кабинет: «Слушай, ты сможешь стать преемником мистера Ниггли? Понимаешь, я не могу продолжать с ним работать. Он считает себя умнее других и думает, что знает, как лучше. Поэтому ему стоит развивать свои таланты в другом месте».

Блаттер предвидел такое развитие событий и сразу согласился. В тот же день Альхес вызвал несчастного Ниггли и сообщил ему об увольнении. После чего Нигли сказал: «Альхес уволил меня! Потому что я был слишком квалифициированным для Longines и мои таланты стоит развивать в другом месте. Единственное утешение в том, что, вы, Блаттер, замените меня».

Был сделан решающий ход. Теперь оставалось найти президента для Swiss Timing. Президент Федерации швейцарской часовой промышленности Жерар Бауэр предлагал кандидатуры Альхеса и Брандта. Но в итоге последнее слово было за Блаттером: 3 июля 1972 года под председательством президента Томаса Келлера было подписано соглашение о сотрудничестве между Longines и Omega. Первым делом для Swiss Timing стал чемпионат мира по лыжным гонкам 1974 года в Санкт-Морице, а в 1976 году – Олимпийские игры в Инсбруке (зима) и Монреаль (лето). Их слоганом было: «Швейцарская точность».

В то время Зепп Блаттер уже работал в ФИФА, но на Олимпийских играх 1976 года он в последний раз присутствовал в качестве ответственного за связи с общественностью.