Слова подействовали. Через час представитель профсоюза, которого все назвали «бароном», огласил решение рабочих: «Мы едем в Мюнхен!» Генеральный директор Альхес похвалил Блаттера: «Ты просто молодец». Даже представитель компании Omega, Питер Хюрцелер, снял шляпу перед Блаттером: «Его лидерские качества и сила убеждения были ярко выражены уже тогда».

C усложнением и распространением телевизионных трансляций возрастала важность хронометража. Блаттер быстро понял, что без ноу-хау от Omega для Longines будет трудно справиться на летних Играх. Для соревнований по плаванию их конкуренты разработали сенсорную панель, чтобы вовремя останавливать секундомеры на финише. У Longines не было ответа. Американская система оказалась несовершенной, и снова потребовалось умение Блаттера вести переговоры. Швейцарец вспоминает: «Мы были просто обязаны убедить Omega работать с нами, хотя мы были прямыми конкурентами». Однако это было непросто. Потому что, когда Omega увидели, что Longines будут продолжать активно заниматься олимпийским хронометражем, интерес компании снова пробудился. Это привело к сложной ситуации, потому что сначала Longines получили гонорар за хронометраж как олимпийские монополисты. Но новое соревнование изменило это очень быстро. «Omega уничтожил рынок, предлагая свои услуги бесплатно», – вспоминает Блаттер.

Швейцарец быстро понял, что справиться с этим получится только объединившись. Потому что обе компании специализировались в разных направлениях. Например, Longines впервые использовали две новые видеосистемы для розыгрыша рейтингового списка на чемпионате Европы по легкой атлетике 1971 года в Хельсинки: «Теле-Longines» и «Видео-Longines». Нововведение пришлось как раз кстати. Поскольку бегуны стали настолько близки друг к другу, что было бы невозможно с помощью старых средств определить рейтинг.